Соловки - [3]
Когда старец отходил ко Господу, его келию осиял великий свет, а по воздуху разлилось благоухание. Услышав неземное пение, ученики с удивлением обнаружили, что оно исходит из келии умирающего. В последний миг лицо схимонаха просияло неизъяснимой радостью. Так с улыбкой и отошел в жизнь вечную…
Анзерский скит. Храм во имя Пресвятой Троицы.
В Голгофо — Распятском скиту был самый строгий на Соловках устав. В пищу дозволялось употреблять только овощи, по большим праздникам рыбу; братьям запрещалось иметь любую собственность, а также использовать труд келейников. Молитвенное правило состояло из пяти кафизм, пятисот Иисусовых молитв и трехсот поклонов в день. В храме у гробницы первоначальника Иисуса день и ночь читалась неусыпаемая Псалтирь с поминовением живых и мертвых братий и всех, просящих молитвенного поминовения о здравии и упокоении, причем через каждые два часа смена чтеца — инока извещалась ударом в колокол. Женщины, даже самые благочестивые, на Голгофу не допускались ни под каким видом. Мужчинам было запрещено ночевать здесь. Иногда они благословлялись посещать богослужения, но кров все равно получали в Анзерском скиту. Немудрено, что здесь могли жить немногие, и братия Распятского скита, как правило, не превышала пятнадцати человек.
Прошло несколько столетий, и почивающий под спудом праведный прах схимонаха Иисуса сделался невольным свидетелем христианского мученичества, которое, по пророчеству Владычицы, постигло Голгофский скит. Во времена СЛОНа на остров Анзер ссылали людей, нуждающихся в особой изоляции: рецидивистов и сифилитичек на штрафной паек, сектантов. Поначалу на Голгофе были размещены «мамки» с младенцами, позже скит использовался для священнослужителей высокого сана.
Соловецкие каторжницы жили в Архангельской гостинице. Застигнутых за амурными делами, а также «объявившихся» — открывших свою беременность, отправляли в штрафной изолятор на Заяцкий остров, где царило засилье уголовниц. В этом бабском аду особенно туго приходилось «каэркам», которые, как никто, не были застрахованы от «Зайчиков»: падкие на «благородных» чекисты особенно охотно делали их матерями, и несчастные вынуждены были молчать, чтобы не сгинуть на лесозаготовках. Когда подступало время разрешаться от бремени, их отправляли на Голгофу.
Один из мемуаристов видел этих рожениц, одетых в грязные мешки с дырами для рук и головы, в лаптях на босу ногу. Они лежали на еловых ветках, прижимая к груди худосочных младенцев. В глазах их светился бездонный ужас[2]. Не Та ли, Которой оружие прошло душу и открылись помышления многих сердец, не Споручница ли грешных, не Заступница ли усердная взяла под Свой покров поруганных женщин, не допытываясь, кто «каэрка», кто проститутка, зная одно: мать?..
Призывающих бросать работу сектантов рассредоточивали по глухим командировкам, ссылали на Кондостров, «Зайчики» и на Анзер, где погибли тысячи лиц разных исповеданий: имяславцы, духоборы, христосики. Убежденные, что пришел Антихрист, сектанты отказывались брать документы с печатью, а также открывать свое христианское имя. На вопрос, как их зовут, они отвечали «Бог знает», другого ответа добиться было невозможно.
Иеросхимонах Иисус, основатель Голгофо — Распятского скита.
Одну группу духоборов поручили палачу Новикову. Тот бил их плетьми, покуда не онемеларука. Верующие умоляли застрелить их, не мучить. Их вывели из церковного притвора с руками, связанными за спиной. Палачей возглавлял Д. Успенский, попавший на Соловки за то, что убил отца — священника, как социально чуждого[3].
Голгофо — Распятский скит в XIX веке.
Лязгнули затворы. Бородатый старик, по виду старший, попросил: «Помирать будем, молитву бы на исход души». Ответом ему была жуткая тишина. «Не терпит Антихрист креста, руки вяжет, — вздохнул бородач и разрешил: — Крестись, братия, умом». Раздались выстрелы. На мшистую землю Голгофы хлынула кровь…
Летом 1929 г. на Соловки прибыло тридцать монахинь, в большинстве из Шамординского монастыря, что близ Оптиной пустыни. Они решительно заявили, что на Антихриста работать не будут. К инокиням были применены все принятые в таких случаях меры: ругань, голод, избиение, карцер — безрезультатно. Таких расстреливали или ссылали на Анзер, где они сами умирали медленной смертью. Но протест монахинь происходил настолько достойно, без скандалов и хулиганства, что сам начальник лагеря Зарин не мог перенести их смирения. Это были фанатички, ищущие страданий, и за это их все жалели.
Одного из соловецких врачей и доктора Жижиленко (епископа Максима Серпуховского) вызвали к начальнику санчасти Антиповой и рекомендовали признать монахинь нетрудоспособными, чтобы освободить от работ на законном основании. Врачи, как могли, пытались уговорить упрямых женщин, чтобы те разрешили признать себя больными, без медосмотра, но сестры стояли на своем, даже ссылка на работающих иерархов не помогла. «Спасибо, мы здоровы, просто не хотим служить Антихристу». Но через несколько дней согласились стегать одеяла для лазарета; при работе пели молитвы и псалмы.
Последний акт трагедии: на Соловки доставили священника, который оказался духовным отцом некоторых инокинь. На вопрос духовных дочерей он ответил категорическим запрещением трудиться на безбожную власть. Священника расстреляли, а их разъединили и отправили куда-то поодиночке. Они сгинули без следа
![Старцы о последних временах](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Страницы жизни шамординской схимонахини Серафимы](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Иоанн Кронштадтский](/storage/book-covers/4a/4aa3bbe95804a0974b3d97977d50ba158a853b6b.jpg)
В 1990 году на Поместном соборе в сонм православных святых введен один из самых известных и популярных в народе дореволюционных русских священников — Иоанн Ильич Сергиев (1829–1908). Более пятидесяти лет прослужил он приходским священником в Андреевском соборе города Кронштадта, куда на его богослужения стекались тысячи и тысячи паломников со всех концов Российской империи. Хорошо была известна его благотворительная, социальная, просветительская и политическая деятельность. Имя и дела Иоанна Кронштадтского оказались прославлены во всем православном мире. Каждый православный святой имеет свое Житие — православный взгляд на его земную жизнь и духовные подвиги.
![Князь Шаховской: Путь русского либерала](/storage/book-covers/58/58ac33a67197d98e0c0cbbc8a021ff8ec2ea8a46.jpg)
Имя князя Дмитрия Ивановича Шаховского (1861–1939) было широко известно в общественных кругах России рубежа XIX–XX веков. Потомок Рюриковичей, сын боевого гвардейского генерала, внук декабриста, он являлся видным деятелем земского самоуправления, одним из создателей и лидером кадетской партии, депутатом и секретарем Первой Государственной думы, министром Временного правительства, а в годы гражданской войны — активным участником борьбы с большевиками. Д. И. Шаховской — духовный вдохновитель Братства «Приютино», в которое входили замечательные представители русской либеральной интеллигенции — В. И. Вернадский, Ф.
![Мир-Али Кашкай](/storage/book-covers/2c/2c23b4b6f13e973f5d4256dae4b15e1b7c731c5a.jpg)
Мир-Али Кашкай прожил яркую жизнь, полностью отдав ее служению людям. Биография крупнейшего азербайджанского ученого не была гладкой. В ней отразились практически все главные изломы XX века, она наполнена большими человеческими радостями и огромными личными трагедиями. Но, несмотря ни на что, герой книги выстоял и оставил нам ценнейшее наследие. Книга рассчитана на массового читателя.
![Полпред Назир Тюрякулов](/storage/book-covers/44/440c71166afe88166ed3155a673586c4abe214e5.jpg)
Многогранная дипломатическая деятельность Назира Тюрякулова — полпреда СССР в Королевстве Саудовская Аравия в 1928–1936 годах — оставалась долгие годы малоизвестной для широкой общественности. Книга доктора политических наук Т. А. Мансурова на основе богатого историко-документального материала раскрывает многие интересные факты борьбы Советского Союза за укрепление своих позиций на Аравийском полуострове в 20-30-е годы XX столетия и яркую роль в ней советского полпреда Тюрякулова — талантливого государственного деятеля, публициста и дипломата, вся жизнь которого была посвящена благородному служению своему народу. Автор на протяжении многих лет подробно изучал деятельность Назира Тюрякулова, используя документы Архива внешней политики РФ и других центральных архивов в Москве.
![Постышев](/storage/book-covers/56/5669232f728a792dc896446198e16d1da9f81179.jpg)
Из яркой плеяды рабочих-революционеров, руководителей ивановского большевистского подполья, вышло немало выдающихся деятелей Коммунистической партии и Советского государства. Среди них выделяется талантливый организатор масс, партийный пропагандист и публицист Павел Петрович Постышев. Жизненному пути и партийной деятельности его посвящена эта книга. Материал для нее щедро представила сама жизнь. Я наблюдал деятельность П. П. Постышева в Харькове и Киеве, имел возможность беседовать с ним. Личные наблюдения, мои записи прошлых лет, воспоминания современников, а также документы архивов Харькова, Киева, Иванова, Хабаровска, Иркутска воссоздавали облик человека неиссякаемой энергии, стойкого ленинца, призвание которого нести радость людям. Для передачи событий и настроений периода первых двух пятилеток я избрал форму дневника современника.
![Лу Саломе](/storage/book-covers/4a/4ac73f40527f9cd2a79c0d29e7302a5b5776d64a.jpg)
Книга посвящена жизни и творчеству российской соотечественницы Луизы Андреас-Саломе (Лу Саломе), выдающегося деятеля культурной жизни Европы конца 19-го и начала 20-го века — философа, писателя, эссеиста, психоаналитика, врача-психотерапевта. Лу Саломе родилась в России, в Санкт-Петербурге. Отец — русский дворянин, генерал, тайный советник. В 19 лет она поступила в Цюрихский университет, так как в России женщин в университеты не принимали. Продолжала образование в Риме. Круг её интересов широк, а работоспособность феноменальна.