— И что ты ответил?
Бо лукаво покачал головой.
— Правду. Я очень серьезно сказал: «Сожалею, сэр, но мне только пять лет».
Нежное сердце Кэсси почти растаяло. Она словно воочию увидела того маленького, испуганного, ранимого мальчика, так рано оставшегося без родителей, не знающего, что с ним станет.
Вспомнив, какой была ее дочка в этом возрасте, она почувствовала, что ее переполняет сострадание к Бо.
— Дядя Джаспер только кивнул, потом опустился на одно колено, чтобы мы могли смотреть друг другу в глаза, распахнул объятия и сказал: «Да, парнишка, мне жаль, что это случилось, но я всю жизнь ждал тебя». По его лицу медленно скатилась слеза, и тогда я понял: дядя Джаспер, вероятно, так же напуган, как и я. Крепко обняв меня, он произнес: «Я и Шорти, мы пришли забрать тебя домой, парнишка», — голос Бо дрогнул, и он покачал головой. — И я понял, что все будет в порядке, — сказал он, беззаботно пожав плечами, но Кэсси чувствовала: за его показным спокойствием скрывается буря эмоций. — С тех пор мы вместе.
— Замечательная история, — тихо сказала Кэсси, украдкой смахивая слезы. — А ты научился готовить? — внезапно спросила она.
— Нет, не умею даже варить яйца, — с ухмылкой сказал Бо и подошел к Кэсси, чтобы помочь ей снять пальто. Он наклонился, и она почувствовала на затылке его теплое дыхание.
— Кэсси, — прошептал Бо. — Я хочу, чтобы ты знала: я отношусь к твоей маме и тете также, как ты к дяде Джасперу. По-моему, они замечательные.
— Что ж, спасибо, но я напомню тебе об этом, когда мама или тетя Луэлла в очередной раз выкинут что-нибудь экстраординарное.
— Похоже, такое с ними частенько случается?
— Жизнь с мамой и тетей Луэллой всегда была для меня одним сплошным приключением, — призналась Кэсси. — Но я обожаю их обеих.
— Я рад, что ты добралась благополучно, — мягко сказал Бо, меняя тему. — Сегодня скверная ночь.
Кэсси захотелось отвернуться, чтобы не видеть его потрясающих синих глаз, и она мысленно обругала себя за трусость.
Нет никакой причины волноваться из-за того, что он просто смотрит на меня.
Проблема состояла в том, что Бо воскрешал в Кэсси давно забытые ею чувства и эмоции. Это раздражало ее, поскольку она приняла решение, что мужчинам в ее жизни места нет.
Отступив на пару шагов, Кэсси посмотрела в окно.
— Да, погода просто ужасная, — признала она. — Когда я ехала сюда, то почти ничего не видела, потому что валил снег. Даже думать страшно, как я доберусь обратно.
— Не волнуйся об этом, — Бо дотронулся до руки Кэсси. — У меня есть внедорожник. Я врач и должен иметь возможность добраться до больного в любую погоду. Если погода продолжит портиться, я отвезу тебя и Софи домой, а Шорти утром пригонит твою машину к дому твоей мамы. Идет?
Кэсси взглянула ему в глаза и снова напомнила себе, что находится здесь только для того, чтобы помочь дочке.
Все ради Софи. Между мной и Бо ничего быть не может. Вообще ничего.
Но у Кэсси не получалось справиться со своими чувствами. Они тревожили и смущали ее.
— Идет, — неохотно согласилась она, заставив его улыбнуться.
— Прежде чем заехать к твоей маме за Софи, я побывал дома у некоторых ее одноклассников. Оказывается, двое мальчиков переживают сейчас нелегкие времена. У одного разводятся родители…
— О, мне жаль, — мягко сказала Кэсси.
— А у другого совсем недавно умерла бабушка. Очевидно, они были очень близки, поэтому мальчик глубоко травмирован этой потерей.
— Бедняжка! — воскликнула Кэсси. Ей было ужасно жаль детей, которых еще днем ей хотелось выпороть. — Значит, у них действительно серьезные проблемы, и их поведение можно понять.
— Понять — да, но нельзя оправдать, Кэсси, — тихо произнес Бо. — Это не дает им права вымещать свою боль на ком-то другом.
— Да, но по крайней мере теперь мы знаем, что у их поведения есть причины.
— В нашем городке трудно найти кого-то, кто был бы бессмысленно жесток, — заметил Бо. — Но то, что я узнал, многое объясняет.
Кэсси кивнула.
— Итак, я немного побеседовал с обоими мальчиками, а потом — с их родителями. И, по-моему, я нашел решение — по крайней мере для проблемы Софи. Полагаю, ее больше не будут дразнить.
Кэсси отчаянно пыталась понять смысл его слов, но он был так близко, что она видела, как сверкают его глаза, и это сводило ее с ума.
Сейчас вместо строгого костюма на нем были мягкие, поношенные джинсы, грубый свитер, украшенный национальным ирландским жгутом, и рабочие ботинки. К огорчению Кэсси, в повседневной одежде Бо казался еще более привлекательным.
Она с трудом заставила себя вернуться к теме разговора.
— Поведение Софи удивительным образом изменилось с тех пор, как сегодня днем ты привез ее из школы. Странно, верно?
— Для детей этого возраста очень важна поддержка взрослых, — кивнул Бо. — Их самоощущение во многом зависит от отношения к ним близких людей. Родители, семья и друзья — вот мир ребенка, и пока в этом мире царит стабильность, любовь и взаимопонимание, ребенок счастлив… — Мужчина пожал плечами. — Если одна из составляющих отсутствует, возникают проблемы.
— И ты думаешь, произошло именно это? — спросила Кэсси.
Бо кивнул.
— Да. Но я поговорил с мальчиками и с Софи, и, думаю, мы сможем сделать так, чтобы все были счастливы. Ты голодна? — внезапно спросил он.