Ребенок - [9]
– А вы-то зачем встали? – сказал тот же голос, смягчаясь и из ледяного делаясь просто водяным.
Теперь я смогла повернуться. В проходе прямо напротив меня стояла преподавательница и явно чего-то ждала. Мой сосед, еще час назад угощавший меня углеводами и эндорфинами, тоже был на ногах, и лицо у него было пронзительно-красным. Он неловко собирал свои вещи и, собрав, стал протискиваться к выходу.
– Шпаргалку не забудьте! – громко напомнила экзаменаторша. Провинившийся тут же нагнулся, сложившись пополам, словно его ударили ногой в живот. Выйдя в проход, он секунду постоял, чуть пошатываясь, словно не мог обрести равновесия: в одной руке у него была ручка, шоколадка и недописанное сочинение, в другой – испещренный микроскопическими буквами рулончик бумаги. Затем, не дожидаясь новой команды за спиной, он быстро пошел вниз по широким ступеням. Экзаменаторша стала молча спускаться вслед за ним. Каблуки ее стучали так, словно заколачивали гвозди в крышку гроба.
Я опустилась на место, чувствуя себя как человек, рядом с которым разорвалась бомба, не задев его ни осколком. Теперь я была не просто скована страхом, а по-настоящему омертвела. Мне стало казаться, что правая рука ритмично движется по бумаге безо всякой связи с головой, просто потому, что ей ничего больше не остается делать. Словно обломку доски, попавшему в водоворот.
У меня были часы, но время я измеряла исписанными страницами. Их было уже пять, когда сидевшая справа моя соседка по комнате вдруг тоже поднялась и начала собирать свои бумаги, сразу полетевшие от нее на пол и на другой ряд. Она странно дергала не то смеющимися, не то рыдающими губами и повторяла: «Все равно, все равно!»
– Катя, ты что? Ты куда?
Катя повернулась ко мне, и я сразу поняла, какие глаза бывают у человека, понимающего, что он сорвался со скалы и летит в пропасть.
– Все равно это – пара! – сказала она, беззвучно хохоча и моргая от слез.
После Катиного ухода от нашей компании осталось всего три человека: я, девушка из Новосибирска, имеющая удостоверение корреспондента местной газеты, и парень из Майкопа, напечатавший два фельетона в «Вестнике Адыгейского университета». Все мы продержались до конца, с небольшой разницей во времени сдали работы, дождались друг друга на улице и поехали в общежитие. Через пару дней мы снова вместе, но уже не держась за руки, приехали искать в списках свои оценки. Мои товарищи получили двойку и тройку и смело могли паковать чемоданы, чтобы возвращаться в Майкоп и Новосибирск.
Я получила четверку. При полном отсутствии подготовки это было равносильно чуду.
Следующий экзамен был через день, но я не видела ни малейшего повода ни для волнения, ни для подготовки. Чудеса опьяняют, и я действительно была немного не в себе. Мне словно громким голосом объявили о моем всесилии, о неуязвимости для козней судьбы, о том, что моя счастливая звезда намертво приколочена к небосклону и ее не сорвут никакие переменчивые ветра фортуны. Выйдя из дверей факультета после того, как я узнала свою оценку, я не смогла сразу поехать в общежитие: радость бурлила во мне так сильно, что если бы я хоть немного не остыла, то, наверное, умерла бы от какого-нибудь неизвестного науке (но вполне реального в моем случае) ожога души. Я пошла ликующе-широкими шагами вдоль Охотного ряда по направлению к гостинице «Москва», свернула на улицу Герцена, поднялась до Бульварного кольца и помчалась вниз по тихим бульварам, неся улыбку на лице, как транспарант, и считая каждого встречного своим братом. Все эти чинные бабушки с малышами, девушки с серьгами в пупке и разрезанными под коленом джинсами, парни с бутылками пива, беззлобной матерщинкой и плевками под ноги, закованные в галстуки деловые люди и сросшиеся плечами, переплетенные руками парочки не могли сейчас не радоваться за меня, не могли не желать мне добра и не могли не верить в произошедшее со мной чудо.
Я опомнилась возле метро «Кропоткинская», сбежала по ступеням в прохладную, полупустую пещеру станции и вихрем влетела в закрывавший двери вагон. Было даже досадно, что поезд тронулся и что не нужно больше никуда спешить и врываться: я была бы счастлива отныне передвигаться лишь прыжками и скачками.
– Привет! – сказали за моей спиной. Я обернулась. Там стоял тот самый молодой человек, что был так прочно связан со своим астральным телом и умел амортизировать ногами, как рессорами. Только как его звали?.. Ах да, Антон.
– Ой, здравствуй!
Я быстро поправила свою слегка перекосившуюся от бега кофточку.
– Какими судьбами?
Антон улыбался мне так дружелюбно, словно нас связывало нечто большее, чем получасовая тренировка на газоне. У него был низкий, но удивительно мягкий и теплый голос; так мог бы говорить большой пушистый кот, обрети он дар речи. Антон казался настолько своим и родным, что мне вдруг захотелось броситься к нему на шею, делясь неожиданно грянувшим счастьем.
– Я экзамен сдавала… Знаешь, у меня за сочинение четверка!
– Ух ты, круто! Congratulations.
– Что?
– Поздравляю, говорю! Можно щечку?
Не дожидаясь ответа, он мягко поцеловал меня в щеку, уколов при этом своей, горячей и слегка небритой. Потом он спрашивал что-то еще, я что-то еще отвечала, но не отдавала себе никакого отчета в том, что говорю. После ничего не значащего прикосновения губами к щеке на меня напало какое-то блаженное оцепенение, словно я была от рождения к тому приговоренной Спящей красавицей, наконец-то уколовшей палец о веретено.
![Пятница, Кольцевая](/storage/book-covers/f1/f12a0da924aa5e1cb5cd96673bc125eeace60730.jpg)
Пятница, Кольцевая. Мелькают поезда, мелькают лица. Остановиться нельзя — толпа подхватит и понесет тебя дальше — не успеешь даже оглянуться.Как это похоже на нашу жизнь — калейдоскоп лиц, событий, судеб.Как трудно в рутине обыденной жизни найти свою любовь — человека, с которым будешь счастлив.Как часто мы ищем не там и находим не тех…А ведь каждая ошибка может оказаться роковой!Героини Евгении Кайдаловой — современные женщины, такие, как мы с вами.Они понимают — чтобы не ошибиться в выборе, надо прежде всего остановиться.Отрешиться от суеты.
![Колыбельная для варежки](/storage/book-covers/0f/0fb74be76d7b2ea7f9b42dc947ef0d0df0300b52.jpg)
Такое странное слово — любовь… Ну не странно ли, что можно сказать: «Я люблю шоколад… Я люблю свитера и кроссовки… Я люблю писать гелиевой ручкой… Я люблю Тимура». Студентка-отличница Варя, вечно растрепанная смешная Варежка, размышляла… Тимур, тот терпеть не мог ее пристрастие к свитерам и кроссовкам на все случаи жизни И съеденные на улице шоколадные батончики… Первая любовь, боль и счастье, падения и взлеты — может ли она определить всю дальнейшую жизнь современной женщины?
![Дело кролика](/storage/book-covers/7f/7f3a3e453d52ca295e2c6ed13c273307d4b7ce03.jpg)
Вниманию читателей предлагается первая книга художественной прозы Елены Кайдаловой. Ей есть что сказать людям. Порукой тому жизненный и профессиональный опыт, острый взгляд, умение подмечать то, что вызывает по меньшей мере улыбку. Автор помогает нам более пристально присмотреться к жизненным явлениям, которые достойны отрицания, безусловного осуждения, отношения с юмором или сарказмом.Что наша жизнь? Рекла…Этой книге дают рекомендацию лучшие собаководы и психотерапевты; с ней советуют ознакомиться работники «крыши» и те, кто находится под «крышей» в ней возносится на равную высоту тяжкий труд переводчика и авиатеррориста.
![Крымская война](/storage/book-covers/c3/c37bd4ffeb53c5ab7cd120383aa782b16d08a9b5.jpg)
Эта странная война почти не имела геополитических последствий. Героическая оборона Севастополя не принесла России победы, а захваченный англичанами и французами Крым не остался в их руках. Русский флот, одержавший одну из самых ярких побед в истории морских сражений, был бесславно затоплен выстрелами из своих же пушек, а противник потерял гораздо больше солдат из-за преступной халатности командования, чем непосредственно в ходе боевых действий.Вместе с тем именно во время Крымской войны была организована служба сестер милосердия, стал широко применяться наркоз при операциях у раненых и родилась военная журналистика.
![Забудь меня такой](/storage/book-covers/4b/4b252ff2760b3dc48864784a33deac588523b229.jpg)
Майя давно не ждет от жизни радости, а уж тем более любви и романтики. Скучная, нелюбимая работа, постоянная тревога за сына – все это не дает ей расслабиться, почувствовать себя молодой. Эти проблемы знакомы миллионам женщин. Но Майе повезло. Неожиданно судьба дала ей шанс взглянуть на мир иначе, вернуть молодость и – главное – встретить человека, который помог ей поверить, что она может любить и быть любимой.
![Самурай поневоле](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Вторая часть Амбиции Такеды Харуны. Эпоха Сенгоку набирает обороты. Вскоре должны столкнуться две непримиримые враги, кланы Такеда и Нагао. Победа одного, сулить смерть для другого. Но прежде к стопам Такеды Харуны должна склониться провинция Синано... PS/ кому не понравилась первая часть, можете не тратить время. Бета ЙАшный аФФтор. Книга закончена...
![Однажды ты проснешься...](/storage/book-covers/7b/7bc8bd95d36136d3bdee1e70d2ea365c078546c0.jpg)
Как часто мы сами себя загоняем в угол и оттуда уже не видим ничего, кроме узкого привычного кусочка пространства, где нам не хочется находиться. А выход ведь всегда есть. Стоит лишь захотеть его увидеть.
![У камина. Выпуск 3](/storage/book-covers/8f/8fc184e7974115355d1233ef6f96b0ce71b5c196.jpg)
Коллективный сборник стихов и малой прозы «У камина. Выпуск 2» – второй в серии из трёх книг. В него вошли произведения авторов из разных городов России. Сонеты и баллады, катрены и элегии, истории о любви и фантастические рассказы, байки и новеллы – жанровое разнообразие сборника позволит каждому читателю найти что-то себе по душе.Хороша книга, горячая кружка и тёплый плед – неизменные атрибуты холодных вечеров. Серия книг «У камина» придётся здесь как нельзя более кстати и будет отличным спутником всем любителям чтения.
![Вечные деревья исчезающего сада (сборник)](/storage/book-covers/92/927eb28355b90ead3aecbd0c0b129b94d79dde46.jpg)
«Однажды спросил Странник – Скажи – учитель – какова моя жизнь – если первую часть жизни я обирал бедных родителей – а вторую часть жизни я обирал собственных детей – Я ответил ему – Эта жизнь состоит из двух частей – которые тебе не принадлежат – Значит – у тебя не было – нет и не будет своей жизни – Но спросил меня Странник – Кому тогда принадлежат две части жизни – Я ответил – Ни тебе – ни родителям – ни детям – ибо у тебя не было родителей и не было детей – так как тебя и самого не было – Тогда сказал Странник – Ты прав – учитель – я стал твоим учеником – Я ответил – Да – ты ученик – а я твой учитель – ибо так же грешен…».
![Ленин и Керенский 2017. Всадники апокалипсиса](/storage/book-covers/42/423177668769b0bb339a2f3331648971916068c8.jpg)
Новая книга Александра Полюхова выходит в год 100-летия Большой Русской Революции и в отличии от предыдущих, носит не мемуарный, а пророческий характер. Как всякая книга о будущем, содержит эпизоды, которые можно назвать фантастическими. Поэтому все персонажи и происшествия в книге являются вымышленными и любое совпадение с реальными людьми и событиями случайно.Автор, используя как катализатор элемент фантастики (перенося в Россию XXI века вождей Февральской и Октябрьской революции Александра Керенского и Владимира Ленина), пытается дать прогноз на ближайшее политическое будущее нашей страны.