Работа над фальшивками, или Подлинная история дамы с театральной сумочкой - [160]
As post-modernism replaced modernism as a dominant approach in Western art history, the emphasis in Malevich studies also changed, especially in relation to the artist's paintings of the late 1920s and early 1930s. Since the extensive display at the major retrospective of 1988-9, however, these paintings have become more of a focus of interest in their own right. Instead of being dismissed as merely repetitive and defeatist, they have been reassessed and reinterpreted. Now, instead of representing the eclipse of Suprematism, they are considered to be innovative and a continuation of the Suprematist enterprise, and even to represent a new phase of Suprematism.
Christina Lodder, “Malevich Scholarship: A Brief Introduction” in ed. Charlotte Douglas & Christina Lodder, Rethinking Malevich, London, The Pindar Press, 2007, pp. xix-xx
Self-Portrait (“Artist“), 1933
State Russian Museum, St. Petersburg
Portrait of Artist's Wife, 1933
State Russian Museum, St. Petersburg
Portrait of E. Yakovleva, 1932
Private Collection, The Netherlands
Portrait of Nikolai Punin, 1933
State Russian Museum, St. Petersburg
Portrait of the Artist's Wife, 1934
State Russian Museum, St. Petersburg
ARTISTIC CONTEXT OF THE LATE WORKS
In the context of the political changes occurring in Russia in the 1920s, modernist aesthetics have been declared bourgeois, while growing conservatism was imposed by Soviet cultural politics. The new aesthetics imposed by the system propagated a return to type of realism resembling late nineteenth century pictorial traditions. Nevertheless, it would be simplistic and reductive to solely interpret Malevich's late works solely through the prism of this political context.
[…] the work from the late 1920s and early 1930s roughly falls into two categories. The first is a series of often featureless figurines, whose stylized bodies, typically depicted against an equally stylized landscape, act as hybrids of the earlier suprematist compositions and themes and subjects from the very beginning of Malevich's career. Peasants has always been a common subject, as were woodcutters, group and close-up portraits, but now they are rendered in strident color schemes that bear no relation to observed reality, instead following a rationale that is determined from within the paintings themselves, very much in accordance with the logic of suprematism.
The secondis an altogether different body of portraits, some of them painted in a more overtly realist style, others with an oddly mannered posture evocative of early Italian Renaissance portraiture. Frequently, the sitters, whether members of the artist's family or more generic male or female workers, are dressed in garments that seem infused with suprematist color schemes or ornaments, such as coats or hats trimmed with contrasting stripes or a bright red bodice transfiguring the torso of its wearer into a solid volume of primary color. Neither of these groupings suggests that Malevich was inclined to abjure his radical pictorial inventions of the second half of the 1910s, nor do they suggest that he understood abstraction and figuration as mutually exclusive in the way in which he have come to view them under the influence of much later art-historical writing. This is made even more explicit by the fact that he frequently signed these canvases not just with his name, but with a small square. It is as if the more political pressures on avant-garde aesthetics grew and the more he ran the risk of his late work being mistaken for a “return to order“, the more Malevich wanted to make sure that his name became inseparable from the icon of suprematism, the Black Square.
AchimBorchardt-Hume, “An Icon for a Modern Age”, in Malevich, ed. Achim Borchardt-Hume, London, Tate Publishing, 2014, pp. 28-29
[The late works] are considered to be innovative and a continuation of the Suprematist enterprise, and even to represent a new phase of Suprematism.
PROF. CHRISTINA LODDER, President of the Malevich Society
Portrait of E. Yakovleva, 1932
Portrait of Nikolai Punin, 1933
Suprematist Composition, c. 1919-1920
Mystic Suprematism (red cross on black circle), 1920-1922
The crucial example with which to conclude a consideration of various guises and shades of suprematism with the still-enigmatic late figurative works of Malevich's so- called 'Second Peasant Cycle' from the late 1920s and early 1930s, and the role and the function of color therein. These range from overly emphatic bands of pure color in works such as Head of a Peasant 1928-9 (illustrated on page 207 of the catalog), with blocks of red and green gesturing towards the furrow of a ploughed field, or the striated bands of pure color that act as horizon lines in Running Man 1930-1 (Centre Pompidou, Paris) and Three Female Figures c. 1930 (illustrated on page 212 of the catalog), through to the seemingly more orthodox figurative paintings such as Portrait of E. Yakolevna of 1932 (illustrated on page 120 of the catalog). In all of these, it is color that effects a rapprochement between the compositional norms of suprematism and the conflicting demands of figuration.
![Замок на Вороньей горе](/storage/book-covers/e2/e2173913a6ed6f1a8ce02f49e927289ca2dffd40.jpg)
Бывает так, что обстоятельства диктуют тебе свою волю, но при этом ты лично ничего против особо не имеешь. Уличный воришка Крис Жучок по воле судьбы (выступающей в данном случае под видом немолодого мага со своими далеко идущими планами) стал третьим сыном барона, получил имя Эраст фон Рут и был отправлен вместо него ко всем демонам на кулички учиться магии в какой-то никому не известный Вороний замок. Вот только принять волю судьбы и подчиниться ей безропотно – это разные вещи. И уж совсем не факт, что планы новоявленного барона совпадут с планами того, кто изменил его жизнь навсегда.
![Осколки легенд. Том 1](/storage/book-covers/7f/7fe546f48072724f035273b6c36e8bd9587a92dd.jpg)
Отчего брат Юр начал заикаться? Понравилась итальянская кухня Родьке или нет? Какие неприятности могут заставить француза-отельера прибегнуть к помощи русского ведьмака? Что поджидало Павлу Веретенникову на одном из островов Аральского моря? Ответы на эти, а также многие другие вопросы вы узнаете из данного сборника рассказов. Внимание! Автор надеется, что досточтимый покупатель данной книги уже знаком с его произведениями. Просто если нет, то кое-что в ней досточтимому покупателю может показаться неясным и даже непонятным.
![Злые игры](/storage/book-covers/cd/cd95a220c2724f958119c20af9adb3178e56d0a0.jpg)
Для кого-то самым важным в жизни является власть, для кого-то – деньги, а для кого-то – дело, которому он служит. Александр Смолин, как это ни странно, так до сих пор и не определил для себя, что для него из этого списка наиболее приоритетно, но, правды ради, не сильно его это и печалит. Тем более что его жизнь такова, что иногда все три перечисленных понятия сплетаются в ней воедино, словно клубок змей перед тем, как впасть в осеннюю спячку. И вот тогда спокойной жизни ждать не стоит, ни ему самому, ни тем, кто рядом с ним.
![Грани сумерек](/storage/book-covers/b3/b36811aa021587f84161878c465c0a2ded0e70a3.jpg)
Восьмой роман из цикла "А.Смолин, ведьмак". Обычно возвращение домой после долгих странствий на чужбине приносит радость и душевный покой, а также сулит спокойный и славный отдых. Но то у нормальных людей, к Александру Смолину подобное не относится. Он ведьмак, потому на легкую жизнь рассчитывать не приходится, тем более что многие из тех, кто сделал его частью своих далеко идущих планов, являются особами непростыми и влиятельными. Впрочем, это не означает, что Смолин примет правила чужой игры и станет делать то, что ему скажут.
![Карусель теней](/storage/book-covers/91/9118539df6077136abbc0e069e060ad892d29f77.jpg)
Когда возвращаешься из долгого путешествия, то никогда не знаешь, к чему приедешь. То ли все будут рады тебя видеть, то ли, наоборот, накопится столько проблем, что и за год не разгребешь. Ну, а иногда такое ждет странника дома, что лучше бы и вовсе туда не возвращаться. Например — старые долги, о которых ты уже и думать забыл. А не стоило бы забывать. Ох, не стоило… Обложка работы Вадима Лесняка.
![Чужая сила](/storage/book-covers/2b/2ba31717ccddca5cd4549fd450f22fcb1961259a.jpg)
Что можно получить, совершив доброе дело? Например - благодарность. Или – похвалу. А может – просто хорошее настроение. Но это если все пойдет так, как у людей водится. Но если нет… Вот Александр Смолин, обычный московский парень, работающий среднестатистическим клерком в банке, помог вроде бы самому обычному старику, когда тому стало плохо на улице. Правда, помощь запоздала, старик умер. Казалось бы – штатная ситуация. Но старик тот возьми, да и окажись ведьмаком. А тем перед смертью непременно кому-то свою ведьмачью силу передать надо, вот Смолин и попал под ее раздачу.
![Хронограф 07 1988](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Операция „Тевтонский меч“](/storage/book-covers/cd/cda939579d7eeb487177564c1ac3412cf450d644.jpg)
Брошюра написана известными кинорежиссерами, лауреатами Национальной премии ГДР супругами Торндайк и берлинским публицистом Карлом Раддацом на основе подлинных архивных материалов, по которым был поставлен прошедший с большим успехом во всем мире документальный фильм «Операция «Тевтонский меч».В брошюре, выпущенной издательством Министерства национальной обороны Германской Демократической Республики в 1959 году, разоблачается грязная карьера агента гитлеровской военной разведки, провокатора Ганса Шпейделя, впоследствии генерал-лейтенанта немецко-фашистской армии, ныне являющегося одним из руководителей западногерманского бундесвера и командующим сухопутными силами НАТО в центральной зоне Европы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.
![Лауреаты империализма](/storage/book-covers/7f/7f89f2ab126088ab359a73ea1c17a8e09ad84a66.jpg)
Предлагаемая вниманию советского читателя брошюра известного американского историка и публициста Герберта Аптекера, вышедшая в свет в Нью-Йорке в 1954 году, посвящена разоблачению тех представителей американской реакционной историографии, которые выступают под эгидой «Общества истории бизнеса», ведущего атаку на историческую науку с позиций «большого бизнеса», то есть монополистического капитала. В своем боевом разоблачительном памфлете, который издается на русском языке с незначительными сокращениями, Аптекер показывает, как монополии и их историки-«лауреаты» пытаются перекроить историю на свой лад.
![Хронограф 11 1988](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Хронограф 04 1988](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Культовый Питер](/storage/book-covers/18/1806180f990520c8b350dd5cdebe884644b2cf01.jpg)
УДК 908(470.23-25) ББК 26.89(2-2Санкт-Петербург) П58 Иллюстрации Марии Афанасьевой Попов, В. Культовый Питер / Валерий Попов. — М.: ACT: Олимп, 2010. — 315, [5] с. ISBN 978-5-17-043065-9 (ООО «Издательство АСТ») ISBN 978-5-7390-2038-3 (ООО «Агентство «КРПА «Олимп») Это город манит к себе тысячи туристов. О нем много написано и много рассказано. Но он все равно — тайна... Санкт-Петербург. Не помпезная, чарующая золотом дворцов и гранитом набережных столица Российской империи.
![777](/storage/book-covers/50/50bd717f896d3c2b51768e28889ab04752d609ba.jpg)
Кирилла Рябова сравнивают с Хармсом и Камю, говорят, что он Балабанов в современной литературе, называют главным писателем своего поколения. Роман «777» подтверждает эту репутацию. Внезапное счастливое событие – ошибка банкомата, выдавшего главному герою баснословную сумму, – запускает череду событий, насколько страшных, настолько же и/смешных. Гай Ричи с инъекцией русской хтони. Содержит нецензурную брань!
![Двойное дно](/storage/book-covers/9f/9f569064f2b9bd6dd0b0ecea0b41b93ee5238c88.jpg)
Воспоминания В. Л. Топорова (1946–2013) — знаменитого переводчика и публициста — посвящены в основном литературной жизни позднего СССР. В объектив мемуариста попадают десятки фигур современников от Бродского до Собчака — но главная ценность этой книги в другом. Она представляет собой панорамный портрет эпохи, написанный человеком выдающегося ума, уникальной эрудиции и беспримерного остроумия. Именно это делает «Двойное дно» одной из лучших мемуарных книг конца XX века.
![Покров-17](/storage/book-covers/f5/f541403877838f2fe07af82bb2b0864e63ac4bf1.jpg)
Загадочные события, разворачивающиеся в закрытом городе Покров-17 Калужской области в октябре 1993 года, каким-то образом связаны с боями, проходившими здесь в декабре 1941-го. И лично с главным героем романа, столичным писателем и журналистом, которого редакция отправляет в Покров-17 с ответственным заданием. Новый захватывающий триллер от автора «Калиновой ямы» и «Четверо», финалиста премии «Национальный бестселлер», неподражаемого Александра Пелевина.
![Мальчик. Роман в воспоминаниях, роман о любви, петербургский роман в шести каналах и реках](/storage/book-covers/7b/7bdbef5cadcc59cb36fe8c4045dfa94996efbd7f.jpg)
Настоящее издание возвращает читателю пропущенный шедевр русской прозы XX века. Написанный в 1970–1980-е, изданный в начале 1990-х, роман «Мальчик» остался почти незамеченным в потоке возвращенной литературы тех лет. Через без малого тридцать лет он сам становится возвращенной литературой, чтобы занять принадлежащее ему по праву место среди лучших романов, написанных по-русски в прошлом столетии. В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.