Пять Колодезей - [3]

Шрифт
Интервал

Шлюпка подходила уже к Черному мысу. Справа в воде, как в толстом зеркале, отражались опрокинутые темно-бурые скалы и прибрежные камни, похожие на шлемы великанов. Впереди мыса, точно клыки гигантского чудовища, торчали четыре острых гранитных зуба. Степа знал, что еще больше камней скрывается под водой и их гряда тянется в море метров на сто. В осенние штормы, по рассказам старожилов, о подводные камни пропорола себе дно не одна рыбацкая байда. Но сейчас они не страшны, надо только их разглядеть в воде. Степа крепко сжимает румпель и смотрит вперед.

Вот наконец сквозь изумрудную зелень воды показались лиловые шапки водорослей. Между вторым и третьим камнем можно было бы проскочить. Но зачем рисковать? Безопасней пройти еще в море и, обогнув камни, продвигаться вдоль берега. Степа так и сделал.

Неподалеку за грядой открылась небольшая бухточка с сонной, остекленевшей водой.

С трех сторон ее закрывали скалы, а за ними круто вздымался берег, покрытый пожелтевшей травой. Сейчас берег четко выделялся на фоне пылавшего восходом неба.

— Вот здесь и станем, — сказал Пашка. — Тут самый забор, рыба косяками прет.

Шлюпка остановилась у входа в бухточку. Степе не терпелось скорей приступить к ловле, и он вытащил мотовильце — дощечку, на которой была намотана леска.

— А кто будет бросать якоря? — удержал его Пашка. — Становиться будем по-рыбацки.

Собственно говоря, настоящих железных якорей не было. Их заменяли два тяжелых камня, привязанных к концам длинной толстой веревки. Один камень Пашка выбросил перед носом лодки, другой, по его команде, Степа опустил с кормы. Середину веревки натянули на уключины. Теперь лодку далеко течением не снесет и при желании ее можно передвигать то вперед, то назад.

Степа первым насадил на крючок половину тюльки, взял конец нитки с тяжелым свинцовым грузилом в правую руку и замахнулся. С тонким свистом леса вытянулась на воде, а затем, увлекаемая грузилом, опустилась на дно. Чтобы привлечь к наживе бычка, Степа начал слегка подергивать лесу. Вся ловкость теперь заключалась в том, чтобы рывком подсечь рыбу, когда она ухватит крючок с наживой.

Мальчики не разговаривали, боясь спугнуть рыбу. Каждый втайне мечтал первым открыть счет — тогда, говорят, будет удача. Мысль, внимание Степы, все его обостренные чувства словно бы переместились теперь к руке и сосредоточились в пальцах, державших лесу.

Вот уже неделю между ребятами идет жестокая борьба. В прошлые дни они ловили рыбу с мостков пристани и с камней, не доходя Черного мыса. И первенство всегда оставалось за Пашкой. Только однажды Митя поймал больше всех. Степа отставал от друзей. Но за эту неделю он многому научился, и улов у него день ото дня увеличивался. Вчера он даже оставил позади Митю, но Пашку, как ни старался, не мог обогнать.

— Ну что, обловили? — торжествуя, ухмылялся Пашка. — Где уж вам, городским и деревенщине, со мной тягаться!

Под городским подразумевался, конечно, Степа, а под деревенщиной — Митя, мать которого была звеньевой и работала в степи. Себя же Пашка относил к особому сословию. Его отец тоже состоял в колхозе, но числился бригадиром рыболовецкой бригады. Летом он, как и все колхозники, работал в степи, когда же наступала путина, уходил в море. Каждый выход на подрезку ставных неводов давал богатый улов сельди и красной рыбы — осетра, севрюги, белуги. В прошлом году рыбаки принесли колхозу более ста тысяч рублей дохода. Портрет бригадира Ивана Бродова висел на Доске почета. Пашка гордился отцом и старался на словах и на деле поддерживать честь и достоинство своего рыбацкого звания.

— Рыба, она такая… Знает, к кому идти, — ухмылялся Пашка, вытаскивая большеротого, с выпученными глазами бычка. — Глянь, какую жабу я подцепил. Ох, и жирный!

— Ну и ладно, — с деланным равнодушием отозвался Митя. — Я прошлый раз штук пять таких жаб поймал.

— Ему невтерпеж прихвастнуть, — кольнул Пашку и Степа.

Ух, до чего ж противным бывает этот Пашка, когда вот так, как сейчас, начинает важничать и выхваляться: «Мы — рыбаки!..» В такие минуты Степа не мог без неприязни смотреть на него. Неужели и сегодня он обставит и его и Митю?

— Ага-а! Не уйдешь! — азартно воскликнул Митя, вытаскивая упитанного коричневого круглячка.

Митя разрезал рыбу на части и, отделив небольшой кусочек мяса, насадил его на крючок.

— Теперь будет клев, — заговорщически подмигнул он Степе и покосился на Пашку.

— Конечно, будет, — подтвердил Пашка и небрежно, с нарочитой медлительностью — мол, «у нас не сорвется» — вытащил второго бычка.

Митя и Пашка то и дело вытаскивали то кругляков, то «жаб», а у Степы, как назло, ни разу не клюнуло. Он с завистью смотрел на товарищей и про себя вел счет их добыче. Почему же у него не клюет? В одной лодке сидят, на одном месте ловят, им вон какие здоровенные попадаются, а ему бы хоть какого-нибудь для начала.



Вдруг леса дрогнула. Степа, подсек и начал быстро выбирать обеими руками нитку. По ее упругому трепету он чувствовал, что на этот раз и он вытащит. Вот уже в прозрачной зелени что-то темнеет. Из воды выскочил черный бычок и с таким бешенством стал извиваться и трепыхаться, что Степе казалось, будто у него не обыкновенный хвост, а целый веер. Но в тот момент, когда Степа протянул уже руку к крючку, бычок сорвался и шлепнулся в воду.


Еще от автора Борис Павлович Азбукин
Ленькин салют

«Ленькин салют» — короткая повесть о пионере Лене Славянском, юном патриоте-севастопольце, отдавшем недолгую свою жизнь борьбе с фашистскими оккупантами.


Будни севастопольского подполья

Книга «Будни Севастопольского подполья» не претендует на всестороннее освещение огромного по размаху патриотического Сопротивления. В ней рассказывается лишь о самоотверженной борьбе и героических делах молодых патриотов, живых и мертвых, тех, кто не щадил своей жизни во имя Родины.


Выстрел в лесу

Рассказ из сборника «Ленькин салют. Выстрел в лесу. Пять колодезей» — о пареньке, проявившем мужество в трудную минуту.


Рекомендуем почитать
Совет знаменосцев

У каждой пионерской дружины есть свое красное знамя — знамя дружины, пионерское знамя. Но есть такие дружины, которые рядом со своим пионерским знаменем хранят знамена, опаленные пламенем и пробитые пулями. Эти знамена вручили ребятам ветераны революции и войны. И у каждого такого знамени своя яркая, незабываемая история. В 1961 году в Москве соберутся юные знаменосцы, которым доверены эти знамена. И каждый из них расскажет удивительную историю своего знамени. Это будет большой Совет знаменосцев пионерии. В книге писателя Юрия Яковлева «Совет знаменосцев» оживают страницы истории наших знамен.


По лесным тропинкам

Кировский учитель О. К. Кобельков любит и знает природу родного края. Многие его рассказы написаны непосредственно по наблюдениям за жизнью животных в Нургушском заказнике. Герои его сказок также связаны с окружающим их миром растений и животных.




Приключения катера «Смелый»

Рассказы о дальневосточных пограничниках 30-х годов, о том, как верно и стойко несли они свою нелегкую службу на сторожевых катерах. Для среднего и старшего школьного возраста.


Небо выбирает нас

В произведениях саратовского писателя, бывшего летчика, исследуется нелегкий процесс формирования характеров подростков, выбирающих путь в жизни, прослеживаются этапы становления личности и мужания вчерашних курсантов авиационного училища — сегодняшних защитников мирного неба Родины.