Пуля без комментариев - [6]

Шрифт
Интервал

В августе 1991 года грянул путч. Народ в стране прилип к телевизорам. Кто победит, Горбачев или ГКЧП? Интерес этот, надо сказать, был чисто академическим. Путчистам никто не доверял, а Горбачева народ просто ненавидел. Он предал надежды и чаяния миллионов советских граждан. Вместо обещанного генеральным секретарем ЦК КПСС материального и жилищного благополучия советский народ получил пустые полки в магазинах и кровавые межнациональные конфликты по всему периметру СССР.


20 августа, проанализировав расстановку сил в Москве, Владимир Козодоев понял, что час настал! Путчисты не осмелились на решительные действия. Они побоялись штурмовать Белый дом и арестовать Ельцина, значит, проиграли. В тот же день Козодоев вызвал Юркевича и скомандовал: «Пора!»

К концу августа в АО «Орион» и СГТС произошли изменения. Все свои активы «Орион» передал в «Сибгазтранссервис». Рабочие и служащие «Ориона» перешли на работу в новую организацию. С переменой активов изменились и производственные отношения. Теперь обслуживанием и ремонтом газопроводов стал заниматься СГТС, а за «Орионом» осталась только поставка оборудования из Германии.

Петров и Борисов случайно узнали о метаморфозах, произошедших за их спинами, и пришли за разъяснениями к Владимиру Семеновичу. Но Козодоев даже разговаривать с ними не стал.

– Вы оба уволены! – объявил он.

– А как же наши немецкие партнеры? – попытался уяснить суть перемен Борисов. – Они же фактически лишились активов фирмы на территории СССР!

– Если немцы чем-то недовольны, пускай подадут иск в международный арбитраж.

– Так сейчас же… – пробормотал бывший финансист.

– Наш президент, – Владимир Семенович выделил слово «наш», то есть его, Козодоева, президент, – Борис Николаевич Ельцин объявил о приоритете российских законов над правовыми нормами СССР. Если наши немецкие партнеры считают, что я их чем-то обделил, то в своих претензиях они должны сослаться на российские законы, регулирующие сферу размежевания частной собственности. Таких законов пока нет. Они еще не придуманы. Формально-то мы живем при социализме. Господа, вам понятна суть этой правовой коллизии?

Петров и Борисов понуро кивнули в ответ. Они проиграли, и жаловаться было некому. Ельцин запретил деятельность КПСС на территории России.

– Я рад, господа, что вы поняли меня с полуслова, – заявил Козодоев. – А сейчас пошли оба вон, и чтобы я вас больше не видел! – Владимир Семенович нажал потайную кнопку, и в кабинет вошли несколько одетых в камуфляж охранников из новообразованного отдела безопасности СГТС.

Петров и Борисов без лишних напоминаний покинули помещение.

Уладив дела внутри фирмы, Владимир Семенович назначил директором СГТС себя, а сына перевел на должность заместителя директора по общим вопросам.


В марте 1992 года к Козодоеву из Москвы приехал некто Лемешев, отрекомендовавшийся представителем западногерманских акционеров «Ориона». С первого взгляда Владимир Семенович понял, что Лемешев – бывший высокопоставленный офицер КГБ, спорить с которым не стоит.

– Вам надо подписать пакет документов о передаче вашей доли акций в «Орионе» господину Мюллеру, – объявил московский гость.

– Товарищ Васильев возмущаться не будет? – издевательским тоном спросил Козодоев.

– Товарищ Васильев в августе прошлого года покончил жизнь самоубийством, застрелился из наградного пистолета. После путча в Москве много кто свел счеты с жизнью. Вот и Василий Иванович решил, что лучше самому завязать со всем разом, чем под старость лет отправиться на нары баланду хлебать. Застрелился он, скажем прямо, оригинально. Всю жизнь Васильев был правшой, а тут пистолет взял в левую руку. Ну да это ерунда! Подумаешь, руки перепутал. Вот его коллега Пермяков учудил так учудил. Он вначале выпрыгнул в окно с последнего этажа, а потом вслед за собой табуретку выбросил. Вы подписали документы?

– Да, пожалуйста! – Владимир Семенович протянул договор о передаче своей доли акций немецкому партнеру.

– Я надеюсь, про некий счет вам напоминать не надо?

– Что, снова платить?! – От возмущения, захлестнувшего его, Козодоев даже приподнялся с места и сжал кулаки.

– Нет-нет, что вы! – тут же проговорил Лемешев. – Перечислять средства на этот счет больше не надо, но и говорить о нем я вам не советую. Забудете то, что было, и будете спать спокойно. – На прощание московский гость сказал: – Скоро начнется приватизация. Не удивлюсь, если вы, Владимир Семенович, останетесь без последних штанов. Вы ловко превратили «Орион» в фирму-пустышку, но летом в игру вступят такие монстры, которые проглотят вашу СГТС и не заметят.

– Ничего, выживу, – заверил его Козодоев.

4

Ровно в девять утра Сергей Козодоев вошел в здание Союза предпринимателей Западной Сибири, находящееся на площади Советов. Охранники на проходной знали Сергея в лицо, пропуск у него не потребовали, но в специальном журнале сделали отметку о прибытии на работу одного из арендаторов. По широкой лестнице Козодоев поднялся на четвертый этаж, прошел в левое крыло. В этой части здания располагались офисы СГТС. Кабинет Сергея был по счету первым, его отца – последним.


Еще от автора Геннадий Геннадьевич Сорокин
Смерть со школьной скамьи

1983 год. Областной центр в Сибири. Начинающему оперу Андрею Лаптеву поручено расследовать убийство бывшей одноклассницы. На месте преступления сыщик находит шокирующую фотографию в стиле ню, на которой погибшая запечатлена в обнимку с… начальником Лаптева, большим милицейским чином. Оперу грозят крупные неприятности. В этот момент в поле зрения оперативника попадает обаятельная подпольная миллионерша, которая в свое время имела прямое отношение к организации досуга местной элиты…


Приговор на брудершафт

1987 год. В руки слушателя Высшей школы МВД Виктора Воронова попало старое уголовное дело. Приговор по нему давно вынесен, преступник отбывает заслуженное наказание. Но заслуженное ли?.. Внимательно изучив обстоятельства происшествия, Виктор приходит к выводу, что обвинение по делу было мастерски сфальсифицировано. Получается, что преступник на самом деле жертва продуманного сговора. Но чьего? Воронов решает провести самостоятельное расследование. Он находит основных участников тех событий и выясняет истинный мотив преступления, который поражает будущего опера своим коварством…


Портрет обнаженной

1986 год. Сибирь. Компания молодых художников организовала праздничное застолье. Вечер обещал быть ярким: ребята и девушки одержимы творчеством, веселы, влюблены друг в друга… Но в самый разгар праздника случилась трагедия: хозяйку квартиры нашли в соседней комнате с ножом в груди. Следователь Андрей Лаптев не сомневается: убийца – кто-то из участников вечеринки, ведь посторонних в квартире не было. Но кто же совершил такое жуткое преступление? Лаптев решает реконструировать события злополучного вечера, надеясь выявить убийцу с помощью одной неприметной детали…


Афера для своих

Начало эпохи Новой России. В областном сибирском центре устанавливаются рыночные правила жизни – растет инфляция, закрываются предприятия, появляются крупные коммерческие фирмы. Одну из них, обманув родных, прибрал к рукам молодой бизнесмен Сергей Козодоев. Его мать, понимая, что сын повел игру на выживание, решает расправиться с ним. Она разрабатывает хитроумную комбинацию, а в качестве сообщника привлекает человека, который на первый взгляд меньше других подходит для такого коварного плана… Ностальгия по временам, уже успевшим стать историей.


Кочевая кровь

Все началось с того, что за городом расположился цыганский табор. Сначала от любви к цыганке потерял голову один из сотрудников местного райотдела милиции. Потом при странных обстоятельствах погиб цыганский барон. А уж после того, как в лесу нашли милиционера с проломленной головой и без табельного оружия, в городском УВД забили тревогу. Следователь Андрей Лаптев понимает, что они имеют дело не с обычной бандой, а с племенем, владеющим древней магией, а потому стандартные методы работы на этот раз не годятся…


Скелет в семейном альбоме

В одном из городов Сибири убита хранительница воровского общака по кличке Шахиня. Исчезла крупная сумма денег. Свидетели утверждают, что за рулем автомобиля, замеченного на месте преступления, находился известный адвокат Машковцов. Следователь Андрей Лаптев, ведущий дело, пытается разыскать Машковцова, но тот исчез. Вскоре оперативники обнаруживают трупы налетчиков, убивших Шахиню. И снова у следствия есть предположение, что к убийству причастен Машковцов. Лаптев беседует с дочерью неуловимого адвоката, и та неожиданно открывает следователю шокирующие подробности личной жизни их семьи…


Рекомендуем почитать
Усадьба

Детективная история о таинственном стрелке, который подбирает жертв согласно мистическому закону, уходящему в глубину веков. И для того, чтобы докопаться до истины, полицейским придется прибегнуть к помощи агента Федерального Бюро Сили Бута и доктора антропологии с мировым именем Темперанс Бреннан.Метки: Магический реализм, Преступный мир, Приключения, Современность, Огнестрельное оружие, Напарники, Преступники, ОЖП, Ангст, Драма, Мистика, Детектив, Дарк, Hurt/Comfort, ДружбаФэндом: «Кости», «Строго на юг» (кроссовер).


Альбер Лелак. Инспектор Демура. Романы 1-6

Андраш Тотис  венгерский писател. В 1986 году увидел свет рассказ „Голос”, который через 4 года был напечатан в числе лучших рассказов детективного жанра XX века в антологии журнала "Эллери Куин" на английском языке. Один из романов Тотиса послужил основой для голливудского фильма 1995 года "Пистолет и губная помада” (Guns & lipstick). Сюжеты многих произведений Тотиса связаны со спортом и историей карате. Тотис писал не только детективные, но и исторические романы, а также выпускает поэтические сборники.


Вторая правда

Воспитанная семьей выживальщиков, агент ФБР Мерси Килпатрик может принять любой вызов — даже враждебный прием родни и знакомых после возвращения домой. Но она — не единственная причина волнений в Иглс-Нест. Серия поджогов, сперва воспринятая властями как подростковые шалости, обернулась убийством двух шерифов. Мерси и шеф полиции Трумэн Дейли полны решимости найти поджигателя-убийцу. Но когда расследование раскроет шокирующую тайну городка выживальщиков, охотник и жертва поменяются местами…


Дочь смотрителя маяка

На Хамнесшере – маленьком острове к западу от Марстранда царило оживление. Оставалось два месяца до открытия после долгой реставрации маяка Патер Ностер. Рабочие старательно заделывали полуразрушенную стену в кладовке, когда она внезапно обрушилась. Видимо, старинные камни были больше не в силах выносить тяжесть секретов, которые так долго хранили. За руинами глазам польских рабочих предстала комната, которая когда-то принадлежала семье хранителя маяка. И в полумраке они увидели покойника. Мертвец сидел к ним лицом, словно давно ждал гостей… Карин Адлер из уголовной полиции Гётеборга берется за расследование.


Он приехал в день поминовения

В романе главный герой возвращается в городок, откуда,  чтобы пожениться, когда-то сбежали его будущие отец и мать,  возвращается, чтобы неожиданно для себя узнать о смерти своего богатого дядюшки, который оставил завещание на весьма необычных условиях.


К вопросу о миражах

Книга рассказывает о расследованиях преступлений второй половины XX века, которыми занимался инспектор уголовного розыска Евгений Кудрин. При этом прослеживается его жизненный путь с момента прихода в МУР — от молодого лейтенанта до полковника. Книга во многом автобиографична, так как прототипом Кудрина является сам автор. Автор — Георгий Викторович Куликов — родился в 1950 году. Окончил Академию МВД СССР и Дипломатическую академию МИД России. Четверть века служил в органах внутренних дел. Работал первым заместителем министра юстиции Российской Федерации, начальником Главного нормативно-правового управления Союза Беларуси и России, заместителем губернатора Калужской области. Государственный советник юстиции 1-го класса, заслуженный юрист РФ, имеет ряд правительственных наград. За последние десять лет автор написал 15 произведений, опубликованные в разных литературных изданиях, а в 2016 году издал первую книгу «Блюз опавших листьев».


Зло из телевизора

В заброшенном сквере одного из сибирских городов неизвестный напал на женщину и, угрожая ножом, сымитировал насильственный акт. Потом, скрываясь с места преступления, эффектным приемом карате вырубил двоих спортсменов, попытавшихся его задержать. Следователь Андрей Лаптев уверен, что именно по уникальным боевым качествам он легко найдет нападавшего. Но чем дальше оперативники погружались в детали происшествия, тем очевиднее становилось, что искать нужно не суперспортсмена, а человека с совсем другими, куда более страшными способностями…


Письмо ни от кого

1988 год. В одном из сибирских городов совершен теракт. В результате управляемого взрыва в кафе погибли четверо авторитетных посетителей, собравшихся для серьезного разговора. Расследование поручено группе оперативников капитана Андрея Лаптева. Он понимает: в городе начинается новая, криминальная эпоха. Неожиданно в деле происходит крутой поворот: следствие получает письмо, в котором говорится, что взрыв в кафе – дело рук таинственной организации, уничтожающей преступников, по разным причинам избежавших возмездия.


Лагерь обреченных

Осень 1983 года. В небольшом сибирском поселке намечено открытие Вечного огня. Приглашенные на торжество фронтовики в предвкушении праздника. Однако в разгар мероприятия случилось ЧП: в Доме культуры найден мертвым председатель местного Совета ветеранов. Следователь Андрей Лаптев подозревает, что смерть эта – насильственная. Не случайно рядом с телом обнаружена нарисованная кровью руна, которая в войну была символом дивизии СС «Галичина». Что это – чья-то глупая шутка или спланированная месть? Сыщик приступает к расследованию и натыкается на ошеломляющие факты, о которых последние сорок лет в здешних местах предпочитали молчать…