Праздники, звери и прочие несуразности - [10]
— Если не вернете, вы просто так не унесете отсюда ноги. Непременно побьют.
Мактавиш распрямился во весь рост:
— Я готов драться.
— Не валяйте дурака, — устало сказал Ларри. — Если все эти крепкие парни разом на вас набросятся, они вас растерзают.
— Тогда компромисс. — Мактавиш выгреб из кармана все драхмы. — Вот, — обратился он к старейшине по-гречески. — Хотя эти деньги не ваши, я отдаю вам половину, чтобы вы могли купить себе вина.
— НЕТ! — в один голос заорали деревенские. — Вы отдадите ему всё!
Проводив на катер Леонору и Марго, мать вернулась спасать меня, и вид разъяренной толпы привел ее в ужас.
— Ларри! Ларри! — закричала она. — Спасай Джерри!
— Глупости, — крикнул он ей в ответ. — Если кого-то из нас не побьют, так это его.
Тут он был абсолютно прав. Даже в такой ситуации грек может ударить ребенка разве что случайно.
— Надо отступить в угол и попробовать отбиться, — сказал Дональд. — С какой стати мы должны подчиняться этим иностранцам? В Итоне я неплохо боксировал.
— А вы… м-м… обратили внимание, что у большинства из них… э-э… есть ножи? — произнес Теодор так, словно он обсуждал музейные экспонаты.
— Я знаю, как дратьза на ножах, — сказал Макс.
— Только у тебя нет ножа, — заметил Дональд.
— Это правда, — задумчиво произнес Макс, — но езли ты одного из них звалишь, я заберу у него нож, и тогда мы им взем покажем.
— По-моему, это не очень хорошая идея, — сказал Теодор.
А толпа продолжала бушевать, пока Мактавиш пытался уговорить старейшину поделить доходы от его бороды пополам.
— Ты спасешь Джерри или нет? — крикнула мать из-за чужих спин.
— Мать, прекрати, — закричал в ответ Ларри. — Джерри в порядке, а ты только усугубляешь.
— Судя по тону и отдельным словам, будет лучше, если мы его уговорим отдать все деньги, — сказал Теодор. — В противном случае нас ждут большие неприятности.
— Так ты спасешь Джерри? — снова крикнула мать.
— О господи!
Ларри, потеряв всякое терпение, одной рукой схватил Мактавиша, а другой вынул из его кармана купюры и вручил их старейшине.
— Что вы делаете? Это мои деньги! — возмутился Мактавиш.
— А это моя жизнь, с которой вы играете, — отрезал Ларри. Он обратился к старейшине по-гречески: — Вот деньги, которые этот kyrios[4] с помощью магии достал из вашей бороды. — Развернувшись, он схватил Мактавиша за плечи и, глядя ему прямо в глаза, сказал: — Сейчас вы от меня кое-что услышите, а ваше дело согласно кивать, понятно?
— Хорошо, хорошо. — От такой воинственности со стороны Ларри Мактавиш даже оробел.
Ларри приложил ладонь к его сердцу и продекламировал:
Мактавиш, огорошенный неожиданным апломбом, с каким Ларри взял бразды правления в свои руки, а также непонятными стихами, которых он раньше никогда не слышал, вовсю кивал головой после каждой строчки. Ларри повернулся к старейшине:
— Kyrios, поскольку у него доброе сердце, согласился отдать вам все деньги, но с одним условием. Вы ведь слышали про тех, кто ищет воду с помощью лозы?
В толпе закивали.
— Этим людям платят за их работу.
— Да, — согласилась толпа.
— И когда они находят воду, она принадлежит всем, — продолжал Ларри.
Он заговорил на понятном им языке. Вода и хлеб — на этом стоит любая деревня.
— Иногда лозоискатели находят воду, иногда нет. Так и этот господин: иногда находит деньги в чьей-то бороде, иногда нет. Вам повезло, что у вас хороший старейшина, вот у него деньги и нашлись. Почти девять тысяч драхм. А так как, повторяю, kyrios человек добрый, он решил не брать своей обычной платы.
Толпа дружно выдохнула «А-а-а-а», в котором соединились радость и непонимание подобной щедрости.
— Но в ответ он просит вас о милости, — сказал Ларри. — Чтобы старейшина потратил эти деньги на благо всей деревни.
Тут старейшина сильно помрачнел, а толпа зааплодировала.
— Ибо, — как настоящий оратор, возгласил Ларри, который поглотил достаточно вина и вошел в раж, — с деньгами, — как с водой: они должны принадлежать всем.
Грянула такая овация, что слова, промямленные старейшиной, потонули в ней.
— Пожалуй, сейчас самое время откланяться, — встрял Теодор. — Так сказать, на высокой ноте.
Мы шли по главной улице, а за нами следовала толпа, и каждый желал похлопать Мактавиша по спине или пожать ему руку. В общем, к тому моменту, когда мы дошли до причала, он чувствовал себя главным офицером королевской конной полиции и полагал, что такое поклонение вполне оправдывает потерю пятнадцати фунтов. Наше отплытие даже задержалось на несколько минут, потому что старейшина должен был его обнять и поцеловать в обе щеки, а затем его примеру последовали другие старики.
Наконец он присоединился к нам, порозовевший от всеобщей любви, и заявил с порога:
— Ну, что я вам говорил? Я умею находить общий язык с простыми людьми.
— Ноги моей больше не будет в этой деревне! И поскольку сегодня мой день рождения, я надеюсь, что мои пожелания будут учтены, — сказала мать.
— Конечно, матер, дорогая, — заверил ее Макс. — Мы найдем для ваз прекразное место, где можно поесть.
Мы подняли якорь, завели мотор, и громче его тарахтения звучали пожелания удачи и аплодисменты, сопровождавшие наш отъезд.
![Моя семья и другие звери](/storage/book-covers/32/320af506433a0d10d3b5b22ada5c8b8e82714723.jpg)
Книга «Моя семья и другие звери» — это юмористическая сага о детстве будущего знаменитого зоолога и писателя на греческом острове Корфу, где его экстравагантная семья провела пять блаженных лет. Юный Джеральд Даррелл делает первые открытия в стране насекомых, постоянно увеличивая число домочадцев. Он принимает в свою семью черепашку Ахиллеса, голубя Квазимодо, совенка Улисса и многих, многих других забавных животных, что приводит к большим и маленьким драмам и веселым приключениям.Перевод с английского Л. А. Деревянкиной.
![Сад богов](/storage/book-covers/27/27ae48bd2c66d07eb79e248f509119a04202d9d7.jpg)
В повести «Сад богов» Джеральд Даррелл вновь возвращается к удивительным событиям, произошедшим с ним и его семьей на греческом острове Корфу, с героями которых читатели уже могли познакомиться в книгах «Моя семья и другие звери» и «Птицы, звери и родственники».(livelib.ru)
![Говорящий сверток](/storage/book-covers/cb/cb782e3687909fd0b30692cae3d200785754da7e.jpg)
Сказочная повесть всемирно известного английского ученого-зоолога и писателя. Отважные герои захватывающей истории освобождают волшебную страну Мифландию от власти злых и грубых василисков.
![Птицы, звери и родственники](/storage/book-covers/6f/6ff60b19fae3fd1c546c387615fce87a0ef8f338.jpg)
Автобиографическая повесть «Птицы, звери и родственники» – вторая часть знаменитой трилогии писателя-натуралиста Джеральда Даррелла о детстве, проведенном на греческом острове Корфу. Душевно и остроумно он рассказывает об удивительных животных и их забавных повадках.В трилогию также входят повести «Моя семья и другие звери» и «Сад богов».
![Зоопарк в моем багаже](/storage/book-covers/1a/1af4c684fe852dea3e9471527ee2fa7f4586423b.jpg)
В книге всемирно известного английского зоолога и писателя Джеральда Даррела рассказывается о его длительном путешествии в горное королевство Бафут и удивительных приключениях в тропическом лесу, о нравах и обычаях местных жителей, а также о том, как отлавливают и приручают диких животных для зоопарка. Автор откроет для читателей дивный, экзотический мир Западной Африки и познакомит с интересными фактами из жизни ее обитателей.
![Ай-ай и я](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Старшинов](/storage/book-covers/d6/d62884459f140e8eed2f45a5ac83ec113abf92e5.jpg)
Поэт Николай Старшинов (1924–1998) относится к людям незабываемым, чья биография вобрала в себя все приметы эпохи — ее величие, драмы, парадоксы и противоречия. Фронтовик, написавший о войне классические строки («Когда, нарушив забытье, / Орудия заголосили, / Никто не крикнул: «За Россию!..» / А шли и гибли за нее»), замечательный лирик, многолетний редактор молодогвардейского альманаха «Поэзия», неутомимый наставник нескольких поколений молодых поэтов, азартный собиратель народных частушек, непревзойденный рыбак, он и сегодня присутствует в литературной жизни светлой памятью о нем.
![Фостер](/storage/book-covers/c0/c03a02d9477626bf7809c696b3bf54f37e501bbd.jpg)
Эта книга об одном из основателей и руководителей Коммунистической партии Соединенных Штатов Америки, посвятившем свою жизнь борьбе за улучшение условий жизни и труда американских рабочих, за социализм, за дружбу между народами США и Советского Союза.
![«Мы жили в эпоху необычайную…» Воспоминания](/storage/book-covers/22/22607670947df19bc5c2f9bb901639090ebada0a.jpg)
Мария Михайловна Левис (1890–1991), родившаяся в интеллигентной еврейской семье в Петербурге, получившая историческое образование на Бестужевских курсах, — свидетельница и участница многих потрясений и событий XX века: от Первой русской революции 1905 года до репрессий 1930-х годов и блокады Ленинграда. Однако «необычайная эпоха», как назвала ее сама Мария Михайловна, — не только войны и, пожалуй, не столько они, сколько мир, а с ним путешествия, дружбы, встречи с теми, чьи имена сегодня хорошо известны (Г.
![Страсть к успеху. Японское чудо](/storage/book-covers/30/3027db886326dd997dd7876b45d15a38bc69dca4.jpg)
Один из самых преуспевающих предпринимателей Японии — Казуо Инамори делится в книге своими философскими воззрениями, следуя которым он живет и работает уже более трех десятилетий. Эта замечательная книга вселяет веру в бесконечные возможности человека. Она наполнена мудростью, помогающей преодолевать невзгоды и превращать мечты в реальность. Книга рассчитана на широкий круг читателей.
![Долг – Отечеству, честь – никому…](/storage/book-covers/dd/ddfe9b90b6ed22a4bfffc788c4ebcf4827396677.jpg)
Новая книга писателя и публициста Виктора Сенчи «Долг – Отечеству, честь – никому…» – не о войне и сражениях. Прежде всего, эта книга – о людях, воинском долге и «белых пятнах» Истории. Прежде всего эта книга – о людях, воинском долге и «белых пятнах» Истории. Предлагаемая работа является продолжением цикла историко-документальных расследований, посвящённых малоизученным фактам в биографиях известных людей. Овеянный славой командир бесстрашного брига «Меркурий» флигель-адъютант Александр Казарский; адмиралы Корнилов, Нахимов, Истомин; российский император Николай I; поэт Николай Гумилёв; герой Порт-Артура и Цусимы «Вятский Поддубный» Василий Бабушкин… В ряде материалов читатель познакомится с редкими архивными материалами, связанными с судьбами героев.
![Наполеон](/storage/book-covers/8f/8f4d71e0e6d4a930f8950fbd92cc679cd95d7fac.jpg)
Впервые в издании на русском языке личность Наполеона Бонапарта и факты его биографии рассматриваются с точки зрения современной теории менеджмента. Одна из самых знаменитых и величественных фигур в мировой истории — пример выдающихся управленческих качеств и источник поистине бесценного опыта для размышлений на тему о парадоксах власти и причинах головокружительных подъемов и спадов в жизни и бизнесе.
![Нечего бояться](/storage/book-covers/b2/b2682ac52e61914cc8704b0cd025edb8624d303e.jpg)
Лауреат Букеровской премии Джулиан Барнс – один из самых ярких и оригинальных прозаиков современной Британии, автор таких международных бестселлеров, как «Англия, Англия», «Попугай Флобера», «История мира в 10/2 главах», «Любовь и так далее», «Метроленд», и многих других. Возможно, основной его талант – умение легко и естественно играть в своих произведениях стилями и направлениями. Тонкая стилизация и едкая ирония, утонченный лиризм и доходящий до цинизма сарказм, агрессивная жесткость и веселое озорство – Барнсу подвластно все это и многое другое.
![Жизнь на продажу](/storage/book-covers/7a/7a89dd7277a805fff975b74ccc0ff865820ccd63.jpg)
Юкио Мисима — самый знаменитый и читаемый в мире японский писатель. Прославился он в равной степени как своими произведениями во всех мыслимых жанрах (романы, пьесы, рассказы, эссе), так и экстравагантным стилем жизни и смерти (харакири после неудачной попытки монархического переворота). В романе «Жизнь на продажу» молодой служащий рекламной фирмы Ханио Ямада после неудачной попытки самоубийства помещает в газете объявление: «Продам жизнь. Можете использовать меня по своему усмотрению. Конфиденциальность гарантирована».
![Я исповедуюсь](/storage/book-covers/6b/6b3cf2a368b7afd7f1c3e20048d05cd875ef804a.jpg)
Впервые на русском языке роман выдающегося каталонского писателя Жауме Кабре «Я исповедуюсь». Книга переведена на двенадцать языков, а ее суммарный тираж приближается к полумиллиону экземпляров. Герой романа Адриа Ардевол, музыкант, знаток искусства, полиглот, пересматривает свою жизнь, прежде чем незримая метла одно за другим сметет из его памяти все события. Он вспоминает детство и любовную заботу няни Лолы, холодную и прагматичную мать, эрудита-отца с его загадочной судьбой. Наиболее ценным сокровищем принадлежавшего отцу антикварного магазина была старинная скрипка Сториони, на которой лежала тень давнего преступления.
![Творцы совпадений](/storage/book-covers/95/9527b91585d5b8b70366b7c17f3724e0e8c44f68.jpg)
Случайно разбитый стакан с вашим любимым напитком в баре, последний поезд, ушедший у вас из-под носа, найденный на улице лотерейный билет с невероятным выигрышем… Что если все случайности, происходящие в вашей жизни, кем-то подстроены? Что если «совпадений» просто не существует, а судьбы всех людей на земле находятся под жестким контролем неведомой организации? И что может случиться, если кто-то осмелится бросить этой организации вызов во имя любви и свободы?.. Увлекательный, непредсказуемый роман молодого израильского писателя Йоава Блума, ставший бестселлером во многих странах, теперь приходит и к российским читателям. Впервые на русском!