Поворот судьбы - [15]

– Нет, – ответила она, понимая, куда он клонит.

– Мне знакомо ваше лицо. – Он выглядел по-настоящему озадаченным. – Возможно, я ошибаюсь. Иногда, когда видишь лицо, которое врезалось тебе в память, начинаешь думать, что видел его раньше. Вы никогда здесь не работали?

– Нет. Я парикмахер.

– Что ж, у вас эффектная прическа. Кэтрин возвела глаза к небу.

– Я сижу здесь расстроенная, потому что моя лучшая подруга в коме, а вы и ваш персонал ничем не можете ей помочь. Вы же рассуждаете о моей прическе!

– Это невинное замечание, – возразил он.

– Оно совершенно неуместно.

– Нет. Неуместным было бы, если бы я стал обсуждать с вами медицинские подробности состояния вашей подруги или, того хуже, давать вам пустые обещания. Вместо этого я сделал наблюдение. У вас действительно эффектная прическа. Вы владелица парикмахерской?

Он угадал, но Кэтрин ничего не ответила. И почему это врачи считают себя вправе задавать любые вопросы?

– Где вы живете? – спросила она.

– В Пасифик-Гров.

О Боже. Пасифик-Гров – фешенебельное место.

– Семь лет назад я купил там небольшой дом, – сказал Стив Бауэр. – Ближний к океану.

– У вас есть семья?

– Бывшая жена, два сына и дочь, все взрослые.

Это ее удивило. Несмотря на волосы с проседью, она дала бы ему не больше сорока пяти.

– Сколько вам лет?

– Пятьдесят три. А вам?

Внезапно смутившись, она встала из-за стола.

– Достаточно, чтобы понять, что мне пора возвращаться к Рейчел. До свидания.

У школы Джека уже ждали десять ребятишек. Хоуп первой открыла дверцу и забралась на заднее сиденье.

– Как мама? – спросила она.

– Довольно хорошо. Все еще спит, – сказал он как ни в чем не бывало.

Саманта, сев рядом с ним, указала на группу подростков.

– Это мои друзья: Джошуа, Адам, Шелли, Хедер, Брендан, Аманда, Сет и Лидия. Они хотят узнать, как мама. Она пришла в сознание?

Джек помахал рукой, поприветствовав их всех.

– Пока нет.

– Ей лучше? – спросила девочка, стоявшая ближе всех к машине.

Он догадался, что это Лидия, которую он знал только по имени.

– Врачи говорят, что дело идет на поправку, – ответил он. К нему приблизилось лицо мальчика.

– Я Брендан. Моя мама просила передать вам, что подготовка к балу идет полным ходом, так что можете не беспокоиться. В понедельник она звонила маме Саманты, и они обо всем договорились.

Саманта захлопнула дверцу.

– Пора ехать.

– О чем они договорились? – спросил Джек.

– О подготовке к балу. Поехали. Я хочу видеть маму.

– К какому балу?

– К тому, для которого мне нужно новое платье. Я же тебе говорила.

Возможно, говорила, но сейчас ему приходилось держать в голове слишком много всего.

– Откуда взялся этот бал? Тебе всего пятнадцать.

С заднего сиденья последовало торопливое разъяснение, явно рассчитанное на то, чтобы предотвратить схватку:

– В конце года у девятых и десятых классов бывает бал.

– Когда он будет?

– На следующей неделе в субботу, – ответила Саманта. – В этот уик-энд мы должны купить платье. Ты сказал, что поедешь со мной в магазин.

– Папа, – прозвучало с заднего сиденья, – а что нам делать с пикником? Мама собиралась устроить мне пикник.

Джеку показалось, что в руках у него груда кирпичей, а ему подкладывают все новые, и он уже с трудом стоит на ногах. Съездить в магазин за платьем он в состоянии. Но устроить пикник совсем не просто. Джек подумал, что он еще способен наполнить багажник двухлитровыми бутылками с газировкой и доставить их в назначенное место, способен даже купить пару дюжин сандвичей. Но с начала до конца организовать пикник? Для этого был нужен кто-то другой.

– Вечером я позвоню твоей учительнице. У тебя есть ее телефон?

– У мамы есть.

– А что будет с ее выставкой? – спросила Саманта.

– С какой выставкой?

– У мамы открывается выставка в галерее П. Эммета. Это здесь, в Кармеле. Через две недели в субботу. Что, если она до этого не придет в себя?

– Придет, – решил он.

– А если нет? Или если она не придет в сознание хотя бы за неделю до выставки? Картины еще не закончены. Она работала как ненормальная. По-моему, тебе следует поговорить с Беном.

– С Беном?

– С Беном Вулфом. Владельцем галереи. Это он устроил маме выставку. Они встречались, – прибавила Саманта, как ему показалось, со злорадством. – Бен продает больше маминых картин, чем все остальные галереи.

Джек понимающе присвистнул.

– Что же делать с незаконченными картинами? – спросила Саманта. – В его галерее это первая персональная выставка за много месяцев. Мама так мечтала о ней.

– Я поговорю с Беном, – пообещал Джек и тут же перестал об этом думать. Он все сильнее хотел, чтобы Рейчел побыстрее очнулась.

Когда Джек привез девочек в больницу, Бен Вулф был уже там. Каштановые волосы, очки в металлической оправе – вполне заурядный мужчина, если говорить о росте, весе и наружности. Отнюдь не яркая личность, какую, по мнению Джека, должна была выбрать Рейчел. И она еще называла Джека консервативным? Бен Вулф был воплощением консерватизма, однако это ей почему-то не мешало.

Сидевшая рядом с ним женщина была его полной противоположностью. Все в ней кричало о мятеже: от розовых прядей волос до полудюжины сережек в ухе. Еще до того, как их представили друг другу, Джек понял, что она – скульптор из кружка книголюбов, который посещала Рейчел.