Последний каббалист Лиссабона - [8]
Мы вступили в таинственный мир нашего внутреннего дворика. Он был окружен белыми стенами и вымощен серым камнем. В самом его сердце росло старое лимонное дерево в окружении зарослей олеандра. Фарид стоял на крыльце своего дома в длинной исподней рубахе, босой, пытаясь пятерней расчесать черные завитки ниспадающих на плечи волос.
На мой взгляд, природа наделила его всеми качествами воина-поэта Аравийской пустыни: стройный и мускулистый, с пронзительно-зелеными ястребиными очами, нежной оливковой кожей и подвижным умом. Легкая щетина, покрывающая его щеки, придавала ему вид сонный, но обольстительный, и мужчины и женщины в равной степени часто увлекались его темной красотой.
Он помахал мне сильными, натренированными ткачеством ковров руками, желая доброго утра. Он был глух и нем от рождения, однако, это никогда не мешало нашему взаимопониманию. Еще будучи детьми, мы придумали секретный язык жестов, ведь мы родились с разницей в каких-то два дня и выросли вместе.
Ответив на приветствие друга, я проводил отца Карлоса на кухню, узкое крыльцо которой было выложено по краю зелеными и коричневыми мозаичными звездочками. Без тени сомнения в голосе он сказал:
— Давно пора покончить с этим.
Есть ли у дома тело, душа? Наш дом накренился и осел за столетия дождей и солнца, но, тем не менее, его обитатели чувствовали себя в нем в безопасности.
Как иллюстраторы рукописей, мы с дядей Авраамом пытались придать дому подобие библейского жилища. Стены мы покрывали молочными белилами, а низкие, провисшие потолки из древесины каштана, жалобно скрипевшие в дождливые дни ава и тишрея, — густо-коричневой краской, сваренной из уксуса, серебряной стружки, меда и квасцов. Песочного цвета напольную плитку, царапавшую ступни, мы выкрасили в приглушенно-алый цвет, полученный посредством смешивания ртути и серы.
Треснувший фундамент понижался к спальне мамы с восточной стороны дома, и пол там был ниже, чем в коридоре, но зато заказчикам ее шитья было гораздо удобнее попадать на улицу Храма. На восток выходила и уютная, светлая комната моих дяди и тети. Между ними была кухня с огромным дубовым столом, вокруг которого прошла вся наша жизнь, и спальня, где жил я с Иудой и младшей сестренкой Синфой. Фруктовая лавочка, пристроенная, судя по каменной кладке, лет двести назад, лепилась к нашей комнате, выходя на улицу Храма.
Когда мы с Карлосом вошли в дом, он поморщился от ударившего в нос кисловатого запаха свежей побелки. Вдвоем с моим младшим братишкой они отправились искать дядю в подвале, а я пошел к себе в комнату, чтобы заглянуть через внутреннее окно в нашу лавочку. В проходе между прилавками, загроможденными корзинами с фигами и финиками, изюмом и кишмишем, померанцами, фундуком и грецким орехом — всеми возможными фруктами и орехами, которыми изобиловала Португалия, — трудились Синфа и мама Мира, перекладывая ложками оливки из деревянного бочонка в керамические миски, чтобы выставить их на продажу. Я просунулся в окно и крикнул:
— Благословен будь тот, кто освещает каждое утро небо над Лиссабоном!
Синфа улыбнулась мне. Она была настоящей разбойницей, эта девчонка, обладавшая таинственной грацией. Ее высокий голосок, казалось, вечно протискивался сквозь зажимающую ей рот ладонь. Ей было почти двенадцать, и в ее внешности начинало проступать очарование взрослой женщины — чувственные губы, высокие скулы, благородная осанка. Место девчонки, которая часами могла гоняться за кроликами или вылавливать в пруду головастиков, занимала любящая поморочить голову скромница с карими глазами, прячущимися за тонкими стеклами очков.
Мы с Синфой поцеловались, а мама наградила меня тяжелым мрачным взглядом. Маленькая, пухлая женщина с близорукими глазами и узкими плечами, она была одета, как обычно, в просторное оливкового цвета платье, подвязанное черным фартуком, скрывавшее очертания ее фигуры.
Каштановые волосы, лишь слегка тронутые сединой, были собраны пучком на затылке и украшены серым кружевным током. Пучок держала черная бархатная лента из Иерусалима, которую много лет назад ей подарил старший брат, мой дядя Авраам. Эта строгая деталь словно стирала краску с маминого лица, которое за прошедшие годы обрело выражение глубокого неприятия любых проявлений счастья. Она была намерена до конца дней своих скорбеть о давно умерших муже и первенце — моем старшем брате Мордехае. Все, кто знал ее веселой и заботливой молодой матерью, вспоминали, видя утраченную красоту, о том, что жизнь приберегает самые острые стрелы для женщин, переживших своих детей.
— Вы не видели дядю? — спросил я.
Синфа пожала плечами. Мама облизала потрескавшиеся губы и, словно недовольная моим вторжением, помотала головой.
Отец Карлос и Иуда ждали меня на кухне.
— Его нигде не видно, — заявил священник.
Мы уселись за стол и стали ждать. Неожиданно в дверях, выходящих во внутренний дворик, возникла тетя Эсфирь, одетая в черную кофту с высоким воротником, на фоне которой ее смуглая кожа казалась почти светлой. Ее яркие, подведенные темной краской миндалевидные глаза расширились от ужаса.
— Что это за пятна?! — вскрикнула она, указывая на мои штаны. — Иуда плакал?!
![Охота Полуночника](/storage/book-covers/08/085d4781c1002f87c62670cfe4df1939ab85115f.jpg)
Португалия конца XVIII века…Оживленные порты, куда приплывает множество кораблей из самых дальних стран, и городские улочки, на которых звучат невероятные истории о морских путешествиях…Инквизиция, преследующая еретиков-вольнодумцев и иудеев-иноверцев…Богатство купцов и ремесленников, нищета бедняков и бродяг…Именно здесь начинается история удивительных приключений юноши, которому предстоит стать участником грандиозных событий и в Старом, и в Новом Свете, пережить смертельный риск и великую, отчаянную любовь…
![Королевы-соперницы](/storage/book-covers/a5/a5b44579cf669aa0fd66a60124a2189d25621a04.jpg)
Графиня Эшби и ее верная компаньонка зашли в поисках очередного великосветского скандала чуть дальше, чем следовало, и едва успели скрыться от разгневанных представителей закона в театре.Именно там они увидели прямо на сцене ЗАЛИТУЮ КРОВЬЮ знаменитую актрису.Постановка трагедии? Нет, вполне РЕАЛЬНОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ!Подозреваемые? На этот раз их СЛИШКОМ МНОГО!Актеры, загадочный кукольник, таинственный художник... Мотивы есть у КАЖДОГО. И похоже, ВСЕ ОНИ что-то скрывают!Раскрыть ТАКОЕ запутанное дело для графини Эшби и мисс Элпью — вопрос чести.Расследование начинается!
![Чосер и чертог славы](/storage/book-covers/0b/0b2ee51604262287f56a8d25f27cc1e5e65c4c8b.jpg)
Утихшая было Столетняя война со дня на день разгорится с новой силой. Английская Аквитания может в любой момент перейти под французскую корону. Дипломатическая миссия англичан провалилась, их посланник убит. Джеффри Чосер, поэт и дипломат, отправляется в опасное путешествие, чтобы сделать то, чего не удалось его предшественнику — не дать могущественному аквитанскому графу де Гюйану присягнуть на верность французскому королю. Когда Чосер уже у цели, граф погибает на охоте, и его убийца — не вепрь, а человек.
![Кусочек для короля (Жанна-Антуанетта Пуассон де Помпадур, Франция)](/storage/book-covers/04/048bb3921f67f39f6c29c33c38ee0807bacd37fe.jpg)
Жадные до власти мужчины оставляют своих возлюбленных и заключают «выгодные» браки, любым способом устраняя конкурентов. Дамы, мечтающие о том, чтобы короли правили миром из их постели, готовы на многое, даже на преступления. Путем хитроумнейших уловок прокладывала дорогу к трону бывшая наложница Цыси, ставшая во главе китайской империи. Дочь мелкого служащего Жанна Пуассон, более известная как всесильная маркиза де Помпадур, тоже не чуралась ничего. А Борис Годунов, а великий князь и затем император российский Александр Первый, а княжна Софья Алексеевна и английская королева Елизавета – им пришлось пожертвовать многим, дабы записать свое имя в истории…
![Тевтонский орден](/storage/book-covers/ad/ad0e7388ef1aabc557841ef73485a84268cca455.jpg)
Тевтонский орден... В России он прежде всего ассоциируется с немецкими псами-рыцарями, германской экспансией на восток, Ледовым побоищем и нацистами, провозгласившими себя наследниками ордена. В уникальном исследовании Вильяма Урбана на фоне истории континента представлена почти трехсотлетняя история ордена – от его основания до упадка Война в Святой земле – и крестовые походы в Ливонии, территориальные столкновения с Польшей – и крещение Литвы, битва при Танненберге – и конец ордена в Прибалтике. Таковы вехи истории ордена, летопись его побед и поражений...
![Любовь к камням](/storage/book-covers/41/41b0a3873c3b3f377ce2b89fe77b0a69bf12ead0.jpg)
Драгоценные камни…Они переходят из рук хозяев к ворам и контрабандистам, а затем — к купцам, ювелирам, новым владельцам.Они всегда оставляют след…Кэтрин Стерн, страстно увлеченная историей камней, сквозь времена и расстояния прослеживает странный, загадочный, опасный путь драгоценности, которую некогда носила Елизавета Английская…
![Только одной вещи не найти на свете](/storage/book-covers/48/488619becfaf788a843a3ee3bdbc5ea4fe014209.jpg)
Молодая женщина по имени Алисия, пережившая страшную трагедию, из ночи в ночь видит один и тот же сон — таинственный город с четырьмя одинаковыми площадями, на каждой из которых стоит по бронзовому ангелу. Внезапно сон Алисии получает продолжение в реальности. В руки к ней попадает точно такой же бронзовый ангел, а план города из сновидений она находит в одной старинной книге. Одновременно происходит серия убийств, явно связанных со злополучным ангелом. Алисия и влюбленный в нее Эстебан начинают искать разгадку тайны.