Полет орла - [98]
Когда яркое солнце взошло над Бородином двадцать семь лет спустя, то будто повторилось все, как и в первые минуты и часы сражения, того, давно прошедшего, – и такой же ветерок гнал редкие облака по ясному небу, и так же чувствовалась осенняя свежесть.
И на этом осеннем солнце засверкали штыками, касками, кирасами, звездами и эполетами генералов, шитьем знамен колонны стодвадцатитысячного войска, с трех сторон окружившего памятник Бородинской битве, у подножия которого покоился Багратион. В этом месте было самое ожесточенное и кровавое побоище, когда пушки уже устали вздымать комья земли, перемешанные с разорванными телами и кусками лошадиного мяса, и люди с обеих сторон перемешались в неумолимой, звериной, рукопашной рубке, и где русские все-таки одолели и вынудили остервеневшего от ярости врага отойти.
С этого места особенно виделась и чувствовалась вся огромность поля, вместившего в себя столько живых и погибших воинов.
На Бородинском поле долго не смолкало «ура!» 120-тысячного войска, гром артиллерийского салюта и состоялся церемониальный марш стройных колонн, отдающих таким образом дань памяти погибшим героям.
Александр Никитич испытал сильное волнение при воспоминании о Бородинской битве. Он опять оценивал свои бои и разведывательные рейды в тылу врага, он представлял захваченные знамена генералов «великой армии» Бонапарта и Орлеанский канал во Франции, взорвав шлюзы на котором, он заставил Париж капитулировать. Правда, Александр I приказал восстановить шлюзы, чтобы самому предстать милосердным и снисходительным водителем Союзных армий, взявшим французскую стлицу.
Пехота, сверкая щетиной штыков, была неподвижна; конница, наоборот, постоянно находилась в движении: лошади, едва сдержанно пританцовывали, приминая копытами еще зеленую траву. А ветер шевелил белые плюмажи на касках гвардейцев.
В центре, у ограды памятника, собрались отставные офицеры и генералы; многие ветераны в ожидании сидели на ступенях монумента. Костыли и палки инвалидов лежали рядом. Среди них не было заметно того воодушевления, того торжественного возбуждения, которое царило в парадных войсках. Они вяло переговаривались, кое-кто перебрасывался негромкими шутками, щурились на солнце, многие, приехав издалека, попросту отдыхали.
Но именно они составляли на поле неделимое целое того, отголоском которого был и этот торжественный день, и эти новые, молодые, выстроенные для церемониального марша слитными колоннами войска. Прошлое, затмившее их последующее существование, прошлое, словно состоявшее из единого дня – Бородинского сражения, объединяло их, делало их похожими на одного усталого, мудрого человека.
Вне ограды выстроились «бородинские» генералы и офицеры, еще находившиеся на службе. Они соединяли в себе прошлое и настоящее и потому смотрелись особняком, полностью не принадлежа ни молодым войскам, ни инвалидам, среди которых был и Сеславин.
Появился император. Проскакал мимо замерших войск, сопровождаемый повсеместно переливающимся от одних колонн до других криком «ура!». Потом стихло; медленно, торжественно и нестройно с хоругвями и большим крестом поттянулся к памятнику крестный ход: донеслось от Бородина церковное пение, дымками ладана попыхивали взмахи кадила. Отдельно от всех присутствующих стояла, ухватившись за стальные прутья ограды, пожилая монахиня в черном клобуке и смотрела скорбным, оберегаемым от всяческой радостности и торжества взглядом. Говорили, что это вдова погибшего при Бородине генерала Тучкова, тогда же постригшаяся в монахини и построившая на свои средства храм близ заветного ее поля, где двадцать семь лет назад остался ее любимый муж. К ней подъехал Николай I, спешился, произнес несколько сочувственных слов и добавил: «Но день славный!»
При виде бывших боевых товарищей, не имевших его заслуг и не знавших такой славы, но занявших после войны высокое положение в армии и при дворе, Сеславин ощутил нестерпимую обиду и болезненно уязвленное самолюбие. Не дождавшись окончания празднеств, он покинул Бородино и довольно демонстративно укатил в Тверскую губернию, в свое скромное имение.
Уже в 1850 году семидесятилетний генерал писал брату Николаю: «Тебе угодно знать о моем здоровье? Я скажу, я так здоров, что мог бы для пользы Отечества пуститься в море, в любую службу, но боясь противных ветров, которые постоянно дуют мне с севера». По-видимому, несмотря на своё прохладное отношение к поэзии вообще (тем более, к современной ему поэзии), он читал Пушкина и, может быть, в отрывках, из альманахов знал «Евгения Онегина». Иначе трудно объяснить его дважды употребляемое в письмах выражение о вредности для него «здешнего сурового климата» или вот «противные ветры дуют мне с севера»… Сравним пушкинское: «Там некогда гулял и я, но вреден север для меня». Вряд ли это лишь совпадение.
Итак, годы шли, Сеславин был по-прежнему свеж и здоров. Он придерживался воздержанного и уединенного образа жизни. У себя он принимал только предводителя ржевского дворянства, пожилого рассудительного человека, которого он очень уважал. За столом, продолжая приятную беседу, предводитель дворянства обратил внимание на молодую, полногрудую и румяную, красивую женщину в платье городского покроя, время от времени заходившую в столовую, чтобы проследить, как слуга подает кушанья к господскому столу. Она спрашивала учтиво нежным голосом: «Не нужно ли еще чего барину и его гостю?»
![Царь Саул](/storage/book-covers/b5/b579f855ffe3a2e9f1cf53effc692ecfe08775fe.jpg)
Царь Саул (1029–1005 гг. до н. э.) — едва ли не самый почитаемый из древних правителей Израиля. По легенде, он был призван на царство еврейским народом, вопреки воле судей и пророков, руководивших в те времена жизнью страны. Ведя непрерывные войны с агрессивными соседями, Саулу в итоге удалось собрать разрозненные земли колен Израилевых в единое государство. Однако преждевременная гибель Саула и его сыновей помешала основанию его династии…
![Завещание мессера Марко](/storage/book-covers/ae/ae25aee3aa6e046d940a5cedb18893e4efed58e4.jpg)
В новую книгу известного писателя и историка Валентина Пронина вошли две историко-приключенческие повести о знаменитых европейцах-путешественниках. Повесть «Завещание мессера Марко» рассказывает о необычайных приключениях известного венецианского купца, дипломата и писателя Марко Поло (1254–1324), совершившего многолетнее путешествие через страны Средней и Центральной Азии в Китай и больше пятнадцати лет состоявшего на службе у хана Хубилая – внука Чингисхана, завоевателя и правителя Китая, – в качестве его официального торгового и дипломатического представителя в Индии, Иране и Персии. Повесть «Великий поход командора» посвящена знаменитому португальскому мореплавателю, торговцу и пирату Васко да Гаме, графу Видигейра (1469–1524), который на четырех маленьких каравеллах в компании со своим братом Пауло совершил в 1497–1498 гг.
![Конец «Золотой лилии»](/storage/book-covers/48/48bd897ffd8918d03a3035e61e8a68dfb7677dbf.jpg)
Бывший сотрудник одного из столичных НИИ, выйдя на «досрочную» пенсию, однажды обнаруживает, что его верная и скромная жена занимается самыми непотребными делами – прелюбодействует, да еще музицирует в лесбийском клубе «Золотая лилия». Не вынеся такого позора, пенсионер кончает жизнь самоубийством. Но когда местные сыщики взялись расследовать это дело, то неожиданно столкнулись с серьезным сопротивлением и даже прессингом со стороны ряда влиятельных чиновников. А после странной гибели вдовы пенсионера дело приняло и вовсе непредсказуемый оборот…
![Катулл](/storage/book-covers/f6/f68cc49c0e337139fbcea53aeddaaad86c0d244d.jpg)
Страницы книги, посвященной судьбе выдающегося поэта Древнего Рима Гая Валерия Катулла (I век до н. э.) погружают читателя в сказочный и трагический мир истории, наполненный бурными событиями периода кризиса римского общества. Лирика Катулла, его пылкий характер, сложные взаимоотношения с друзьями и недругами, дерзкое отношение к сильным мира сего, страстная любовь к известной безнравственной красавице Рима позволяют ощутить живое дыхание эпохи, которая предстает перед нами и в ярких образах Цезаря, великого оратора Цицерона, полководцев Красса и Помпея, мятежного сенатора Катилины…
![Жаждущие престола](/storage/book-covers/36/368448cc1b4bd824db5310e913d89155cf8416ff.jpg)
Последние месяцы царствования Бориса Годунова. С хриплым граем тучами летело воронье к столице. У западных границ Гришка Отрепьев, выдав себя за убитого царевича Димитрия, возглавил польское войско, которое под предлогом восстановления его на престоле вторглось в Московское царство. К ним присоединяются и казаки.Осада Москвы и Смоленска, интриги Шуйского и Самозванца, второй Лжедмитрий и польский королевич Владислав – длинная вереница имен и испытаний ждет землю Русскую, прежде чем тяжелая шапка Мономаха увенчает достойное чело первого царя новой династии.
![Бродовский котел](/storage/book-covers/05/05818e05aaec8c31b0384d9097f296cdcb30b2b6.jpg)
«Бродовский котел» — книга об одной из ярких страниц Великой Отечественной войны. В сборнике рассказывается о том, как войска 1-го Украинского фронта, осуществляя Львовско-Сандомирскую операцию, летом 1944 года прорвали сильнейшую оборону противника, окружили и разгромили восемь немецко-фашистских дивизий.Воспоминания непосредственных участников этих боев, очерки писателей и журналистов, публикуемые документы рассказывают об исключительной напряженности и ожесточенности боевых действий, об отваге и мужестве пехотинцев, танкистов, артиллеристов, конников, летчиков, саперов, связистов, о совершенных нашими воинами героических подвигах при окружении и ликвидации крупной вражеской группировки.
![Годы испытаний](/storage/book-covers/25/25d23f44e4d6b888ce16c7aa226af0ce722aee67.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Друг другу вслед](/storage/book-covers/7f/7fc400ccaebc7ac8d968781341e90fc8b618f9cc.jpg)
Роман рассказывает о подвигах уральцев и сибиряков в годы гражданской войны, которые под руководством В. Блюхера, Н. и И. Кашириных, И. Грязнова громили белогвардейцев на Восточном фронте, а затем броском через Сиваш определили судьбу «черного барона».
![Сильные духом (в сокращении)](/storage/book-covers/91/910cd6789f77b0160c14d45982ef05bc4348b87f.jpg)
Американского летчика сбивают над оккупированной Францией. Его самолет падает неподалеку от городка, жители которого, вдохновляемые своим пастором, укрывают от гестапо евреев. Присутствие американца и его страстное увлечение юной беженкой могут навлечь беду на весь город.В основе романа лежит реальная история о любви и отваге в страшные годы войны.