Поехали - [5]
. . . . . . . . . . . . . . . . . .
"Горизонт". Кое-кто из людей не местных и весьма сведущих в украинском языке все время пытается перекрестить "горизонт" в "обрiй" [3], но, к счастью и для "горизонта" и для украинского языка, ничего из этого не вышло. "Горизонт" так и остался в дальнейшем "горизонтом" и весьма этим, как установил автор, доволен.
"Горизонт" — вещь горизонтальная. Если бы шахту сравнить с домом (автор не хочет этого делать, чтобы не обидеть шахту), то горизонт можно приравнять к этажу (автор не хочет этого делать, чтобы не обидеть "горизонт").
"Горизонт" на шахте имеет совершенно другие эпитеты, чем обыкновенный горизонт.
— Какой чистый горизонт!
— Какой заревой горизонт!
Такие поэтические выражения в жизни вы слышите довольно часто.
На шахте вы такого никогда не услышите.
Шахта дала своим горизонтам названия чисто цифровые.
Горизонт 452!
Горизонт 555!
Горизонт 800!
Чем больше число, тем почтеннее горизонт!
Что означает это число?
Метры!
Не километры, а метры!
Автору пришлось как-то услышать от одного путешественника по Донбассу, что он спускался в шахту на горизонт 500 километров.
Автор невольно подумал: не проскочил ли нечаянно этот путешественник клетью "с ветерком" сквозь весь земной шар на радость соседей, живущих визави по ту сторону земного шара.
И не спросили ли его визави:
— Откуда вы сорвались, мистер?
. . . . . . . . . . . . . . . . . .
"Зумпф". Автор в "зумпфе" никогда не был и никогда не пытался там побывать.
— Как бы нам в зумпф! — просят некоторые экскурсанты. — Слово такое звонкое, а главное, непонятное! Вот бы побывать!
— Слово действительно звонкое, но туда нельзя. Оно под клетью, оно — конец ствола и еще называется помойницей, — отвечают им.
— А-а-а! Ну, если помойницей, тогда не надо… "Зумпф" — это да, а помойница…
— Мы лучше квершлагом к штреку, а там, если захотите, уступами через поле спустимся на другой горизонт. Пошли…
. . . . . . . . . . . . . . . . . .
"Квершлаг". Мудреное слово, а сама по себе вещь "квершлаг" — хорошая, простая, и на нем чаше всего кончается экскурсионное знакомство с подземным царством. Квершлаг — широкий, большей частью освещенный, сухой, хорошо закрепленный коридор, по которому безопасно можно пройтись, пугаясь только посвиста коногонов и грохота вагончиков. Квершлаг — плоский слой, соединяющий угольные пласты один с другим, или же когда в шахте только один угольный пласт, то квершлаг ведет от ствола к нему, к пласту.
И всё.
. . . . . . . . . . . . . . . . . .
Дальше будут "штреки".
Это уже пострашнее… И когда переходят из квершлага в штрек, у экскурсантов больше всего возникают такие вопросы:
— Не опоздаем ли мы, товарищи? А то нам сегодня еще на заводе надо побывать… там тоже, кажется, небольшой прорыв… Так это, говорите, штрек? Тут, значит, собирают уголь в вагончики, к стволам, потом в клеть, на поверхность, потом в вагоны, по железной дороге в угольные склады, а там, значит, в жилкооп, в печку, и дома тепло… Смотрите, как просто. Спасибо… Ну, идемте, товарищи! Премного благодарны! Так вы, пожалуйста, нажмите, а то страна требует уголь… Знаете, в нашем доме…
— Вот это штрек. Он идет в направлении протяженности угольного пласта…
— Ну да! Понимаем… Так вы того… ликвидируйте прорыв, а то в нашем доме, знаете, не отапливали две недели и мы никак не имели возможности выполнить промфинплан… Постарайтесь…
— А уголь, товарищи, добывается…
— Понимаем… Так вы того… на поверхность нас, пожалуйста…
. . . . . . . . . . . . . . . . . .
Ах, сколько еще есть интересного в этом подземном царстве! Сколько там есть таинственного, для широкого мира не ведомого, а известного только тем черным людям легендарного Донбасса, которые зовутся шахтерами…
И как зло поступила природа, что загнала все это такое интересное глубоко под землю!
Что было бы ей заложить угольные пласты на поверхности или, еще лучше, над поверхностью земли такими, к примеру, какими-то фантастическими черно-сверкающими арками, петлями, "сталактитами".
Подъехал бы на тележке, отколупал — и домой.
А под этими арками, под этими петлями были бы сады, играла бы музыка и продавалось бы мороженое…
Квершлаги и штреки были бы наподобие аллей в городском парке культуры, по угольным пластам зимой спускались бы на салазках.
А угольные пласты для этого как нельзя лучше приспособлены, так как абсолютно "положистых" немного, а все они чаще всего наклонные (падают под углом от 30 ° до 45°) и резко крутые (угол падения от 45° до 90°).
И никто бы тогда не допытывался, что такое, к примеру, называется _"гезенком"_, что _"бремсбергом"_, что _"шурфом"_.
А то, видите, приходится все это объяснять…
. . . . . . . . . . . . . . . . . .
"Шурф" — вертикальная шахта, небольшая: ее делают для разведок, где залегают угольные пласты, или для вентиляции уже действующих шахт.
. . . . . . . . . . . . . . . . . .
"Бремсберг" — наклонный подземный участок, идущий в направление падения угольного ствола, он не выходит на поверхность, и по нему уголь подается сверху вниз.
Такой же участок, но если уголь подается снизу вверх, называется уклоном.
Видите, чего только нет в шахте.
Всего этого не видно ни из квершлага, ни из штрека.
![Ни пуха вам, ни пера](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.