Под сводами высокой лжи - [4]
– Я всегда хотел тебя, мечтал о тебе и завидовал Юрке, – удручённо проговорил он. – Может, я любил тебя… Я подумал, что сейчас ты нуждаешься…
– Не будь сволочью, Паша. Ты же называл себя его другом. Как же ты можешь? Вот так сразу? – её рот презрительно скривился, но лицо от этой гримасы не стало менее привлекательным. Наоборот, этот высокомерный взгляд сделал Татьяну в глазах Павла Костякова ещё более желанной.
– Не надо так говорить, Таня, не надо. Тебе прекрасно известно, что мы с Юрием служили вместе, – он шагнул вперёд. – Между нами сложились хорошие отношения, но ведь ты знаешь, что в разведке…
– Не бывает друзей, – закончила она фразу. – Юрка повторял эти слова не раз. Для меня повторял. Хотел, чтобы я затвердила их… Но это не даёт тебе права набрасываться на жену твоего недавнего товарища, едва у тебя встанет на неё член! – В голосе Татьяны зазвенели стальные нотки. – Уходи, Павел! Уходи и не звони мне никогда. И пусть никто из ваших не звонит. Вы мне не нужны! Ни вы, ни ваши шпионские страсти!
Детство Тани Зарубиной прошло в Париже, где её отец возглавлял отделение крупного российского банка. Вернувшись в Москву, девочка долго не могла смириться с тем, что Франция – чужая страна. Узкие парижские улочки, тесно забитые припаркованными автомобилями, были ей роднее московских проспектов, французская речь казалась милее русского языка, и первое время Таня демонстративно говорила по-русски с французским акцентом. Но довольно быстро она свыклась с мыслью, что Франция осталась в прошлом, вжилась в новую атмосферу, полюбила Москву. После летних каникул пошла в школу, обзавелась подругами и друзьями. Легко находила общий язык со своими сверстницами, была заводилой в детских компаниях, выделялась в своей среде и обычно занимала главенствующее положение, мягко подчиняя себе не только девочек, но и мальчиков. Когда на её двенадцатилетие пришли гости, отец с приятным удивлением обнаружил, что дочь выгодно отличалась от подруг.
– В ней угадывается элегантность будущей женщины, – сказал он жене. – Пожалуй, она будет сногсшибательно красива, когда подрастёт.
– Ещё бы! – жена многозначительно фыркнула. – Моя порода!
Сергей Анатольевич ухмыльнулся и подумал: «Порода! Эх, Люда, порода твоя ровно в столько оценивается, сколько денег я даю тебе на твою косметику, шубы и шёлковое бельё. Что бы ты представляла собой сейчас, если бы я не подобрал тебя в своё время в ночном клубе, где ты трясла на сцене своими молодыми сиськами?» Но вслух сказал:
– Да, с породой Таньке повезло.
Он провёл ладонью по открытой шее жены. Ему нравилось, когда Людмила забирала волосы наверх, у неё была удивительная шея, лебединая, нежная, влекущая. Пожалуй, в той молоденькой стриптизёрше в ночном клубе, о котором вдруг вспомнил Сергей Анатольевич, его привлекли именно шея и охапка поднятых к затылку каштановых волос, а не стройные ноги, не поджарый живот, не упругие груди. Он был тогда уже солидным бизнесменом, смотрел на юных девиц как на товар, и к Людмиле отнёсся поначалу также; но однажды обнаружил, что основательно привязался к девушке, и предложил ей, сам себе удивившись, стать его женой.
Он стиснул пальцы на шее жены.
– Сергей, прекрати, – она отстранилась от его руки. – Дети увидят.
– Дети, дети, – проговорил он, – сколько им, беднягам, ещё предстоит увидеть… Порода, говоришь?
Людмила бросила на него подозрительный взгляд:
– Что-нибудь не так?
– Всё так, дорогая. Всё именно так и никак иначе. В этом и есть мудрость жизни: всё идёт только так, как должно идти. Несчастлив тот, кто не понимает этого.
Он прошёл через комнату, где девочки, сбившись в кучку, ворковали о платьицах и туфельках. Таня сидела на диване, положив ногу на ногу, и беседовала с одной из подружек.
– Я буду путешественником, – убеждённо говорила она, водя руками перед собой и изображая тем самым неведомые дали чужих стран. – Когда вырасту, привезу бабочек из всех краёв света. У меня везде будут красивые бабочки за стеклом. И ещё повешу на стену много африканских масок с цветными перьями. Я очень люблю всякие маски. А тебе нравятся маски? Когда человек надевает маску, он перестаёт быть собой. Я прочитала это в одной книжке. Ты любишь читать? Нет? А я люблю читать и люблю истории, поэтому хочу стать путешественником. Только я не люблю летать на самолётах. Они похожи на консервные банки с крыльями.
В тот год на майские праздники на дачу к Зарубиным приехал Николай Петрович Полётов с сыном Юрием. Мать Татьяны прошептала на ухо дочери:
– Танечка, у Юры не так давно умерла мама, будь к нему повнимательнее.
– Умерла? – Для Тани смерть была абстрактным понятием, немного пугающим, но не настоящим – чем-то таким, что больше относится к книгам, а не к жизни, к книгам с грустным концом. Но Юра был не персонаж из книги, а живой человек, и слово «смерть» никак не увязывалось с ним. Однако раз его мама умерла, значит, он соприкоснулся со смертью, познал нечто таинственное и необъяснимое, вошёл в мир, куда Тане вход был ещё воспрещён. Она смотрела на Юру как на существо особенное. Вдобавок он был на два года старше неё, а для подростков каждый год – вечность.
![Я, оперуполномоченный](/storage/book-covers/79/7981b4f2ec87a86f431c132e23be6939caf7e59e.jpg)
Это вторая часть трилогии (первая – «Случай в Кропоткинском переулке»). Честная книга, написанная на документальном материале работы сотрудников сыска. Здесь нет «развесистой клюквы», надуманных ситуаций. Всё достоверно, профессионально. Правда, и только правда.Однако острые моменты во время работы сотрудников правоохранительных органов неизбежны, что делает чтение этой книги захватывающим, напряжённым.«Я, оперуполномоченный…» – о милиции доперестроечных лет, с её успехами и горькими утратами. Книга о милиции, которую мы потеряли.
![Во власти мракобесия](/storage/book-covers/70/7012705424036d29969aec355ce3ab40e0b6a2b5.jpg)
«Во власти мракобесия» – заключительная часть трилогии о российских правоохранительных органах и спецслужбах. Первые две книги («Случай в Кропоткинском переулке», «Я, оперуполномоченный…») уже знакомы читателям. «Во власти мракобесия» повествует о совсем недавней истории, главные действующие лица которой известны всей стране и выведены на страницах книги под собственными именами. Увлекательный сюжет, подробности о Службе безопасности президента России, непредвзятый рассказ о коррупции чиновников правительства – всё это делает роман «Во власти мракобесия» неповторимым, а трилогию в целом – уникальной.
![Скалистые Горы](/storage/book-covers/7d/7d2f80be0f1b897bdfec6bf9f8d08a0cf735c13d.jpg)
«Скалистые Горы» — сборник повестей о Диком Западе. Четыре самостоятельные истории с непредсказуемыми сюжетными линиями рассказывают о жизни индейцев и первых белых торговцев, проникших на дикую территорию. Много этнографии, много споров, много замешанной на романтике отваги, много любви — простой, даже грубой, но всё-таки любви. В книге речь идёт о Проткнутых Носах, Абсароках, Лакотах и Черноногих.
![Белый Дух](/storage/book-covers/c6/c6bbf3533a07e75d9f09987f075bf9d7b163f0d8.jpg)
Штандартенфюрер Рейтер возглавляет Отдел реконструкций в Институте древностей, входящем в структуру «Аненэрбе». Он серьёзно увлечён магией и занят поисками информации о Тайной Коллегии Магов, не подозревая, какие причины лежат в основе его страсти. Безоговорочно веря в реинкарнацию, Рейтер ищет способы узнать что-нибудь о своих прошлых жизнях, используя все рычаги имеющейся у него власти. В расставленные им сети попадает русская эмигрантка Мария. Кажется, что судьба её предрешена, однако внезапно появляются Ван Хель и Амрит, и в жизни Марии происходит неожиданный поворот.
![Тропа](/storage/book-covers/6a/6a257483f5447d00cd573602121c02149e36e4ee.jpg)
Сюжет романа «Тропа» разворачивается на американском Дальнем Западе в девятнадцатом столетии, поэтому по всем признакам это произведение принадлежит к жанру вестерна. Но по сути это книга рассказывает о проблеме выбора: кем стать, во имя чего жить. Всякое событие (даже самое незначительное) может оказаться поворотным пунктом в нашей жизни. Каждая минута наполнена энергией всех предыдущих лет, поэтому нужно быть очень внимательным к тому, что происходит с тобой, ибо эта энергия может быть выброшена совсем не в ту сторону, как нам кажется.
![Осенние ветры](/storage/book-covers/62/626835b9ff3625da5f6976abcb4584792153d63f.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Исчезающий труп. Тайна пентхауса. Алые буквы](/storage/book-covers/e2/e22e2ba591a28e3980d7d2ef42eb9d622985b6c3.jpg)
Произведения, включенные в сборник, объединяет образ очаровательной Никки Портер, благодаря предприимчивости и бесстрашию которой знаменитый сыщик-любитель и автор криминальных романов Эллери Квин раскрывает тайну гибели богатого предпринимателя («Исчезающий труп»), помогает молоденькой девушке отыскать отца («Тайна пентхауса») и вычисляет убийцу по кровавой надписи на стене («Алые буквы»).
![Чудо десяти дней. Две возможности.](/storage/book-covers/fc/fce8d45e8a91c89f45963e352a2ccd10e0c90509.jpg)
Романы «Чудо десяти дней» и «Две возможности» объединены местом действия — городком Райтсвилл, в котором уже некогда побывал знаменитый писатель и сыщик-любитель Эллери Квин и в котором снова творятся преступления. Обеспокоенные горожане справедливо надеются, что и на этот раз проницательный Эллери сумеет отыскать убийц.
![Загадка персидского кота](/storage/book-covers/78/7834b9211db28a82e2d16edf56d3cec34d1cd09a.jpg)
Школьная учительница средних лет, Гильдегарда Уизерс, путешествует на пароходе из США в Европу, когда на происходит самоубийство молодой женщины. А может быть, это убийство?..Напечатано в газете "Возрождение" (Париж) 1937 г., 18 июня — 3 сентября. Текст переделан на современную орфографию, исправлены замеченные опечатки.
![Тайны японского двора. Том 2](/storage/book-covers/76/76e5a6e8f81c0877125bd2b928aff6e469227878.jpg)
Граф Амори — псевдоним Ипполита Павловича Рапгофа(1860–1918). В конце XIX века Рапгоф получил известность как музыкальный критик и педагог, он являлся профессором психологии педагогических курсов при петербургском Фребелевском обществе, был избран членом Академии изящных искусств в Риме. Однако продолжать столь удачно начавшуюся карьеру на ниве искусства Рапгоф не стал. С 1904 года он резко переключился на написание авантюрно-приключенческих романов, первым и лучшим из которых стал роман «Тайны Японского Двора».
![Тайна семьи Вейн. Второй выстрел](/storage/book-covers/18/18ca83b9807add93f5d4fb5700798253852ed646.jpg)
У прибрежных скал найдено тело молодой женщины. Все указывает на несчастный случай, но полиция не исключает: произошло хладнокровное и тщательно спланированное убийство. Подозрение падает на родственников погибшей – у каждого из них были свои мотивы. И, разумеется, каждый отрицает свою вину.Одновременно за расследование берутся знаменитый инспектор полиции Морсби и журналист Роджер Шерингэм. Кому из них суждено одержать победу и первым распутать это дело?Автор детективов Джон Хиллъярд устраивает в своем доме спектакль.