Откровения романтика-эротомана - [10]
Я готов был кончить, но хотел подольше растянуть момент, насладиться не только волнами удовольствия, скачущими в области поясницы, но еще и красивой пошлостью сладострастных стонов Сэм, и поэтому движения моего члена внутри нее стали слабее, а мои глаза загорелись, когда я заметил пульсацию коричневого кольца ее ануса (она никогда не предлагала мне попробовать попку, хотя я подозревал, что ее анус должен быть невероятно тугим), и тогда, нечаянно замечтавшись, я посмотрел вверх, на отдаленного готического каменного уродца, — пятнадцать минут одиннадцатого.
— Что это? — спросила Сэм, почувствовав мое внезапное охлаждение.
— Ничего, — ответил я.
— Ты в порядке? — продолжила она.
— Да, — сказал я, но моя елда внутри нее уже увядала, момент был упущен.
Я оторвался от нее, развернул к себе и продолжил удовлетворять орально. Я вылизывал ее и осознавал, что вкус соков больше не был таким притягательным, каким-то образом изменился.
После всего я сходил в ванну и вымыл свой пенис, и Сэм отсосала у меня — ей не нравилось, когда мой хуй был покрыт ее выделениями. Теперь мои яйца были полны, и ей легко удалось довести меня до завершения. Вернувшись из ванной, где она выплюнула мое семя, она заметила:
— На вкус ты стал другой.
— Но ты же не глотала?
— Я все еще чувствую твой вкус на языке.
В тот вечер мы ели устриц в ресторане на рю Буси. Я в шутку сказал, что именно это повлияло на вкус моей спермы. Я читал об этом где-то. По крайней мере, я не ел спаржу…
На следующее утро мы одевались отдельно друг от друга, готовые взять такси в Тар дю Норд, где забронировали билеты на поезд «Евростар», чтобы добраться обратно в Лондон. Я раздумывал о том, что изменившийся вкус наших гениталий выдавал всю безнадежность наших отношений. Тогда я еще не был уверен, что это свидание с Сэм должно стать последним, но решение уже зрело у меня в голове. К похожему выводу, кажется, пришла и она. Мы расстались у Ватерлоо с поцелуем, с традиционными обещаниями созвониться, и отправились каждый своим путем.
Я больше никогда не звонил ей. И она мне тоже не звонила. По крайней мере, не по поводу дальнейших встреч.
Сэм оставила Корнелии свою визитную карточку, и две женщины договорились быть на связи и, может быть, встретиться снова и поболтать. «Когда раны будут не такими свежими», — как выразилась Сэм, все еще думая — потому что никто этого не отрицал, — что Корнелия была еще одной бывшей любовницей Конрада.
Еще один самолет, пролетев над головой, продолжил снижение над взлетными полосами Хит-роу Корнелия, стоя во внешнем дворике крематория, перенесла вес своего тела на левую ногу и подумала, мол, какого черта она приняла этот заказ. Она не была детективом. Просто периодически привлекаемой наемницей с обманчивым маньеризмом, который облегчал ее работу. «Что дальше?» — подумала она, когда далекий самолет исчез за плоским горизонтом и тишина восстановилась.
Она видела, как силуэт Сэм движется по направлению к парковке крематория, и в конце концов, когда гости начали маленькими группами выходить из часовни, расслышала приглушенные звуки и шепот. Светловолосая женщина средних лет, которую с двух сторон поддерживали молодой человек и девушка, спокойно кивала гостям, что подходили к ней, пожимали руку или обнимали. Вдова. Дети.
Корнелия выбрала себе удобное место для обзора происходящего. Стоя в отдалении и наблюдая, она заметила, что многие одинокие женщины уходят прочь, сознательно не выразив соболезнований семье Конрада Корженьовски. Как подытожила Саманта Херн, остальные бывшие любовницы пришли сюда, чтобы в последний раз проститься, безо всякого желания сталкиваться с женой мертвого писателя. Корнелия рассматривала их. Их лица, некоторые в слезах, другие — невозмутимые. Женщины были разного возраста и по-разному одеты. Корнелия рассматривала их фигуры. Если бы это были обычные похороны, то их бы попросили бросить горсть грязной земли на опускающийся гроб с телом этого мужчины, который, по-видимому, слишком сильно любил женщин. Но его мертвое тело было сожжено, и остался только пепел, урна с которым прямо сейчас, без сомнения, стоит в производственном отделе этой мирной часовни, и женщин оставили без должного ритуала, не дали выразить свою печаль, разрушить свои воспоминания о былом любовнике. Его жена должна была знать, в какую игру и на чьем поле он играл, не так ли?
Некоторые из этих женщин просто стояли здесь, застыв в недоумении, как будто их внезапно осветили фарами в ночи на темном шоссе, а другие бродили вокруг, внимательно прочитывая надписи на венках, расставленных вокруг часовни. Некоторые с подозрением смотрели друг на друга, некоторые отводили глаза, плохо имитируя погруженность в собственные мысли.
Наконец присутствующие начали расходиться: одни направлялись к машинам, другие шли к воротам.
Корнелия как раз раздумывала, не подойти ли к вдове, когда чья-то рука мягко легла на ее правое плечо.
Она обернулась. Это был Джон Керит, литературный агент Конрада.
— Вы все еще здесь? — спросил он.
— Как видите, — ответила Корнелия, решив, что он правильно взял инициативу на себя, как, впрочем, любой другой человек в соответствующих обстоятельствах. Он определенно должен знать, существует ли книга.
![Бей в точку](/storage/book-covers/78/78c9db415fa7b77870957f630c7d4fb2beccd175.jpg)
Питер Браун — классный врач. Он научился разбираться в анатомии еще в ранней юности, когда страстное желание отомстить за гибель бабушки и дедушки привело Пьетро Брна (так его тогда звали) в ряды наемных убийц. Теперь с темным прошлым покончено... но, как оказывается, не совсем. Мафия выходит на след Питера. За молодым доктором начинается охота. Только накачанная мускулатура, высокий профессионализм медика и, главное, чувство юмора помогают ему выйти живым из смертельной схватки.
![Утечка мозгов](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Вид с балкона](/storage/book-covers/f9/f9f86891f9c9d1cb564627a25bcb4d2ba80c1ac0.jpg)
В романе, посвященном сегодняшним проблемам и противоречиям итальянской действительности, ярко, в психологически интересной форме разоблачается мир хищничества и утверждается неизбежность нравственного разложения личности в условиях современного капиталистического общества. Прямым порождением этого общества является терроризм в его нынешних формах.
![Кобра](/storage/book-covers/82/82684fc37bcf9edd76dbdad7fb09bf85e66ed18d.jpg)
Буквально на ощупь вынуждены Алекс Брюс, офицер уголовной полиции Парижа, и его верная спутница Мартина Левин отыскивать следы таинственной и не знающей жалости Кобры, изобретательно и неуклонно уничтожающей своих врагов. Близкие загадочной Кобры, не догадываясь, что змея затаилась среди них, пытаются обнаружить ее в других местах, сметая все на своем пути… И никому из идущих по следу Кобры не приходит в голову, что след ведет к истории разбитой любви, предательства и… научного открытия.
![Атака седьмого авианосца](/storage/book-covers/e0/e0a993a2226406e4dfa13bd585880b0e7b9dcae3.jpg)
Обладающие колоссальными денежными ресурсами лидеры нефтедобывающих стран Ближнего Востока не жалеют средств для закупки боевых самолетов и кораблей. В огонь войны за мировое господство они бросают все новые и новые силы. Летчикам террористов обещана щедрая плата за каждый боевой вылет и выполненное задание. Экипаж «Йонаги», японского авианосца с фантастическим судьбой, противопоставил ярости фанатиков и «грязным» деньгам наемников преданность долгу и нормам самурайского кодекса чести.
![Царство страха](/storage/book-covers/d1/d1a28ca562a3486e358346ec79a33b6e7d459883.jpg)
Страшитесь! Хантер С. Томпсон, крестный отец Гонзо, верховный жрец экстремальности и главный летописец Американского кошмара, берется разобраться в теме, взяться за которую побоялся бы любой, – в теме самого себя.В «Царстве Страха», его долгожданных мемуарах, Добряк Доктор окидывает взглядом прошедшие несколько десятилетий существования «на полную катушку», чрезмерных злоупотреблений и зубодробительных писаний. Это история безумных путешествий, воспламеняемых бурбоном и кислотой, сага о гигантских дикобразах, девушках, оружии, взрывчатке и, разумеется, мотоциклах.
![Точка равновесия](/storage/book-covers/77/77c86614a54cc4d99e1f881da8f09341a1fcf636.jpg)
Следопыт и Эдик снова оказываются в непростом положении. Время поджимает, возможностей для достижения намеченной цели остается не так уж много, коварные враги с каждым днем размножаются все активнее и активнее... К счастью, в виртуальной вселенной "Альтернативы" можно найти неожиданный выход практически из любой ситуации. Приключения на выжженных ядерными ударами просторах Северной Америки продолжаются.
![Снафф](/storage/book-covers/4a/4a107e3878e6908b318289963b1e4ce5d3facca1.jpg)
Легендарная порнозвезда Касси Райт завершает свою карьеру. Однако уйти она намерена с таким шиком и блеском, какого мир «кино для взрослых» еще не знал. Она собирается заняться перед камерами сексом ни больше ни меньше, чем с шестьюстами мужчинами! Специальные журналы неистовствуют. Ночные программы кабельного телевидения заключают пари – получится или нет? Приглашенные поучаствовать любители с нетерпением ждут своей очереди и интригуют, чтобы пробиться вперед. Самые опытные асы порно затаили дыхание… Отсчет пошел!
![Колыбельная](/storage/book-covers/db/db6248b1f2174216926b644c927c5024dae5c1d3.jpg)
Это – Чак Паланик, какого вы не то что не знаете – но не можете даже вообразить. Вы полагаете, что ничего стильнее и болезненнее «Бойцовского клуба» написать невозможно?Тогда просто прочитайте «Колыбельную»!…СВСМ. Синдром внезапной смерти младенцев. Каждый год семь тысяч детишек грудного возраста умирают без всякой видимой причины – просто засыпают и больше не просыпаются… Синдром «смерти в колыбельке»?Или – СМЕРТЬ ПОД «КОЛЫБЕЛЬНУЮ»?Под колыбельную, которую, как говорят, «в некоторых древних культурах пели детям во время голода и засухи.