Остров Утопия - [68]
Камни. Много кристаллов, отражающих свет. Лапа чудовища загребла из кубка горсть. Стала по одному ссыпать кристаллы обратно. Первым упал чёрный алмаз.
– Душа – это свет, правда? – хитрил демон. – Тогда почему некоторые камни чёрные? Красивые, но чёрные?
– Потому что душа может чернеть. Как у тебя.
– Скажи… им, таким, как я, можно «помочь»?
– Нет.
– Правильно. Видишь, мы понимаем друг друга. Посмотри, – он продолжал пересыпать камни. – Разве они не красивы, эти чёрные алмазы? Ониксы, агаты и морионы? Пусть они чернеют. От боли или страха. Неважно. Пусть небо над каждым островом превратится в долгую ночь. Только так они узнают цену света. И, быть может, станут достойны его.
– Ты думаешь, что имеешь право решать?
– Я – порядок вещей. Послушай, ты же видел мир вокруг. Ты знаешь, что никогда не поймешь его. Так доверься мне. Порядок вещей сделает всё сам.
– Чего ты хочешь от меня?
– Убей тех, кто пришёл с тобой.
Светильники повернулись так, что неподалёку, на полу, стали видны тела Эл и Рома.
– Убийство освободит тебя.
– Опустошит.
– Одно и то же. Согласись с моей властью. Моя сила станет твоей. Она заменит боль в груди.
– Никогда.
И тут демон растаял. Растворился в воздухе без следа.
«Боя не будет?» – удивился я. Хотя быстро понял – он уже состоялся. Все вокруг твердили, что не поможет ни меч, ни магия. Нужно столкнуться с порядком вещей и остаться самим собой. Это единственная победа, какая возможна.
Освещение вновь изменилось. Точнее, его убрали. Я понял, что стою на безлюдной площади города. Пыточное кресло рядом, на влажном чернеющем асфальте мегаполиса. Ангар тоже являлся оптической иллюзией. Либо иллюзия – моё настоящее. Эл, Ром и те, кто пытал меня, исчезли. Пыточное кресло рядом, а из живых людей никого.
Вокруг город. По крышам домов разгуливали безучастные голуби. Они лишь мельком поглядывали на меня. Вряд ли они беспокоились из-за происходящего внизу. У них есть небо.
Неожиданно впереди зажглась большая, в три-четыре человеческих роста, голограмма Лиан. Её голос выражал удовлетворение:
– Ты нашёл меня.
– Да.
– Что ты понял, увидев настоящий мир?
– Здесь свободны только птицы, – произнёс некто внутри меня.
Голограмма замерла на несколько секунд, затем оживилась. Машина улыбнулась совсем как человек:
– Я отправила ей твой ответ. Он очень понравился.
– Кому?
– Настоящей живой «Ли Ан». Возможно, она свяжется с тобой.
11. Финал № 1. Киберпанк
Газопровод не действовал уже лет двадцать.
Точка выхода «Турецкого потока» на берег считалась небезопасной. Якобы там складировалась старая военная техника, отслужившая своё. Примерно половина железок являлась роботизированной – безэкипажные танки, автономные подводные аппараты, боевые андроиды. Поговаривали, что военные машины периодически «просыпаются» и начинают заниматься тем, что умели раньше.
Однако по факту, трудность посещения «Турецкого потока» заключалась в другом. Зона находилась под запретом. Официально – из-за повышенной биологической и радиационной опасности.
Надо сказать, Система вообще не любила, когда люди выезжали за городскую черту. Посещение островков дикой природы приводило к потере накопленных скидок на обновления антибиотиков и питьевую воду. Система прямо-таки ревновала к природе. Это чувствовалось во всём. В мелочах. Например, в зданиях, принадлежащим Системе, было трудно отыскать живые цветы. Она любила голографические.
На территорию газового комплекса я пробрался через подземные коммуникации. Те трассы оказались полузатоплены, из-за подъёма грунтовых вод или по причине размыва береговой линии. Оборудование, которое когда-то откачивало стоки, сейчас…
Работало?
Я едва не упал в отстойник.
Считалось, что зона «Турецкого потока» необитаема. Однако канализация просто кишела жизнью. По подземным тоннелям слонялись бомжи, и об этом не знали на «большой земле». Конечно, кто должен, тот был в курсе. А кто не должен – то есть абсолютное большинство – нет.
Здешнее население обслуживало нехитрую инфраструктуру. Однако сам огромный газопровод не работал.
Значит, работало нечто другое.
Пьяные, дурно пахнущие, в ужасных лохмотьях, люди сновали туда-сюда с разводными ключами, сантехническими приспособлениями, с мотками силовых кабелей. Попался один с промышленным ноутбуком.
Я не верил глазам: это рабочие… это бомжи. Бомжи на зарплате. Именно так. Им платили за то, чтобы они работали бомжами. Они даже могли иметь некую свободу в пределах комплекса, но вряд ли их отпускали на волю.
В канализационных трассах, из-за смрадного тумана, раздавались то выстрелы, то пьяные крики. Радостные и не очень.
Один раз, вдали, удалось разглядеть патруль, похожий на полицейский.
В сточной воде, параллельным мне курсом, проплывало бревно. Но странное: вода вокруг него кипела. Я присмотрелся. Оказалось, труп осла, который, в отличие от меня, уже успел собрать приличную аудиторию. Его плоть рвали пираньи. Я почти не удивился. Или здесь есть радиация, или над генетикой местной фауны поработали умельцы.
Иногда в подземелье раздавались странные звуки: будто оно тяжко вздыхает. Или вдали, в глухом и тёмном углу, испускает последний вздох старое чудовище.
![Укуси меня, имплант!](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Тайные знания и технологии рептилоидов изменят все, и будет не ясно, с кем ты встречаешь закат: со своим парнем или с той тварью, что убила его... Космос не примет тебя, дорогуша. Ни слабого человеческого тела, ни разума, обманутого сомнениями и дежавю. Готова ли ты отречься от того, что мешает переступить порог голубого неба и белоснежных облаков? Возможно, ты никогда не нуждалась в этом по-настоящему...
![Сумма биомеханики](/storage/book-covers/42/42a532a2b374a31537cfd42b5e302d08ba1b248e.jpg)
На твоих глазах черная повязка. Ничего не видно, и до разума доносится лишь эхо чьих-то шагов. Неизвестно – выстрелит конвоир или… Он уже сделал это?! Что, если… ты не идешь по тоннелям подземного Кенигсберга, а лежишь на грязном полу с простреленной головой, и движение подгибающихся ног – только судорога? Что, если эти неясные шаги – не твои, а палача, который выполнил свой долг? В прошлом Калининграда, прямо под его улицами, в так и не взятой крепости, война никогда не заканчивалась. Мрачный лабиринт из плит фортификационного бетона до сих пор живет апрелем 1945-го, безумием нацистов и их верой в обретение абсолютной власти.
![Град на холме](/storage/book-covers/20/20c60aca25d1f053939e0c2006db9cc0e35e3a44.jpg)
В руки детектива попадает странное дело. Некто крадёт музейные экспонаты, исторические документы, чтобы… внести в них кое-какие правки и вернуть обратно – в музеи и галереи, в учебники. Кому-то захотелось создать версию истории, в которой нет места прогрессу. Научному, культурному, социальному. Но зачем?
![Machinamenta Dei](/storage/book-covers/da/daac44f4068573a905d37ba8e5d8cd06f1eee00f.jpg)
Парадоксальный мир киберпанка. Холодный и пасмурный рай. Наполовину ад, где иногда сквозь строй неоновых вывесок прорывается настоящий живой свет – точно заблудившийся среди громад полупустых небоскребов. Это будущее, в котором ценности и мораль делают последнюю попытку угнаться за технологиями. Это частные концлагеря и приватизированная полиция, электронные тени, скитающиеся по брошенной людьми инфраструктуре, и поумневшие машины, рассуждающие о своих создателях.