Остров надежды - [6]
Леди потянулась за пирожным.
— Может быть, у вас уже есть конкретный план выйти за кого-нибудь замуж на наших чудесных островах? И что говорит ваш отец о ваших планах переселиться туда?
На эту тему Нора говорить не хотела и вместо этого еще раз попыталась разузнать об альтернативах.
— А как обстоят дела с купцами на островах? — спросила она. — Скажите, нет ли... хм... Посредников или кого-то подобного, которые...
Леди Вентворт отрицательно махнула рукой.
— Не в таком количестве, которое заслуживало бы упоминания, дитя мое. Пара капитанов занимаются импортом, скорее всего, на свой страх и риск, но обычно мы торгуем с родиной напрямую.
Это, в принципе, не представляло никаких трудностей, поскольку большинство плантаторов имели один или даже несколько домов в Англии. Вентвортам, например, принадлежал не только этот изысканный городской дом, но еще и загородное поместье в Эссексе. В больших семьях практически всегда один из мужчин жил в Англии и мог вести переговоры с купцами. Если картель, конечно, сразу же не добивался договоренностей о ценах, обязательных для всех.
Нора прикусила губу. Леди была права: торговля сахарным тростником не нуждалась в торговых домах на Ямайке или Барбадосе.
— Естественно, пара купцов имеется, — немного погодя добавила леди Вентворт, — в особенности на больших островах, в городах. Ведь самые важные товары завозят обычно с родины... — Короткими жестами она указала на ценную мебель своего дома, которая определенно ни в чем не уступала меблировке ее дома на плантации, на картины на стенах и, не в последнюю очередь, на пышное домашнее платье, объемные рюши которого свешивались на подлокотники ее кресла. — Но, естественно, и на островах есть портные, пекари, лавочники... — По выражению лица леди Вентворт было видно, что она весьма невысокого мнения о данном слое населения. — Конечно, их деятельность невозможно сравнить со значительностью такого торгового дома, как дом вашего отца.
Нора подавила вздох. Плохие перспективы для нее и Саймона, в особенности учитывая то, что ее любимый совершенно не годился на роль пекаря, закройщика или хитрого владельца какой-нибудь лавки. Что касается самой Норы, то она вполне могла себе представить, что при необходимости встанет за прилавок и будет болтать с женщинами в Кингстоне или Бриджтауне, показывая им свои товары. Но робкий воспитанный Саймон... Услышав первую по-настоящему сочную сплетню, он тут же смущенно удалится восвояси.
Саймон, запыхавшись, вошел в старую контору Томаса Рида на северном берегу Темзы. Контора сия была довольно мрачной, особенно помещения для писарей и секретарей — маленькие, с едва освещенными письменными столами. В таких условиях пожилым служащим зачастую было весьма непросто разбираться в цифрах. Однако личный кабинет Томаса Рида с удобными креслами для посетителей и клиентов украшали высокие окна, открывающие вид на реку. И в этот день, казалось, Рид тоже кого-то принимал. Когда, стоя в коридоре перед кабинетом, Саймон с трудом стягивал с себя пальто, он услышал раскатистый голос купца и другой голос, не менее громкий, с шотландским акцентом.
— Боже, Рид, только не надо внушать мне моральные сомнения! У нас дела обстоят еще терпимо — на других островах законы намного строже. Датчане разрешают живьем сжигать строптивых негров! Такая жестокость, естественно, не приличествует честным британцам, однако дисциплина быть должна. Тогда на Барбадосе можно выжить даже в качестве раба. — Говоривший засмеялся. — Я это точно знаю. В конце концов, я сам был одним из них.
Саймон наморщил лоб. Это звучало интересно. О белых рабах на островах он никогда не слышал. А посетителя он уже узнал по гербу, который украшал выставленную в коридор сумку. Ангус Мак-Эрроу — с недавних пор даже лорд Феннилох. Саймон вспомнил, что Томас Рид выступил посредником при покупке им места в парламенте. Теперь, видимо, шотландец, который называл плантацию в Барбадосе своей собственностью, нанес ответный визит. Из сумки торчала пара бутылок самого лучшего темного рома, а по голосам мужчин можно было понять, что еще одну из них они уже открыли.
— Я могу туда зайти? — нервно спросил Саймон одного из старших служителей в бюро. В конце концов, ему нужно было отдать хозяину письмо.
Мужчина великодушно кивнул ему.
— Судя по тону их разговора, не похоже, что они обмениваются какими-то секретами.
Саймон осторожно постучал в дверь, чего, очевидно, не услышали ни его работодатель, ни гость, потому что в это время Рид как раз громогласно расхохотался.
— Вы, Мак-Эрроу? Раб на плантациях сахарного тростника? Среди толпы черных парней? — В голосе его звучало недоверие.
— Я же вам говорю!
Саймон услышал хрустальный звон. Судя по всему, они снова налили себе рома.
— Тогда, конечно, это называлось не так. Тогда чаще говорили о наемных рабочих на плантациях. И среди негров мы тоже не жили. Их завезли позже. Но речь шла об одном и том же: я вкалывал целых пять лет, горбатился на одного из первых плантаторов и, в конце концов, получил за это кусок земли. Тогда многие так делали, пока на острова не завезли множество чернокожих. Поверьте мне, некоторые из сегодняшних сахарных баронов начинали в качестве бедных рабочих. Только большинство в этом никогда не признается, не говоря уже об их потомках. Впрочем, многие из этих белых рабов не доживали до старости. Времена принудительной работы были тяжелыми, а потом приходилось вкалывать и на своих плантациях. Так что, пока рос сахарный тростник, и взрослели дети... В общем, для них все закончилось быстро. Они в прямом смысле слова загнали себя работой в гроб. Зато их внуки теперь живут, как короли!
![Земля белых облаков](/storage/book-covers/14/143d8a6ca9f315031b5b0c8e686d7fdc94021338.jpg)
Благородную леди Гвинейру ее отец проиграл в карты, и теперь она вынуждена ехать на другой конец света, чтобы стать женой богатого фермера. Простая гувернантка Хелен откликнулась на объявление в газете и направляется в Новую Зеландию в поисках счастья. Они познакомятся в пути и, несмотря на явные различия, станут лучшими подругами. Им придется через многое пройти, чтобы сохранить свою дружбу. Смогут ли они стать счастливыми и найти настоящую любовь вдалеке от дома?
![Под парусом мечты](/storage/book-covers/93/93bbff5b786e1079ba7dd82ac2720f7c0016e421.jpg)
Глория родилась в чудесном краю, что на языке маори зовется Землей белых облаков. Но счастливое детство закончилось, когда девочку отправили учиться в английский интернат. Вдали от родных, среди чужих людей Глория чувствовала себя ненужной и одинокой. Она мечтала вернуться туда, где ее настоящий дом, и однажды решилась на отчаянный шаг — завербовалась юнгой на корабль, чтобы пересечь полмира и быть с теми, кого любит. Но какие испытания ждут невинную девушку на этом пути?
![Лазурные берега](/storage/book-covers/9f/9f0705bc06e494e1d4af51ea72759af8e403e433.jpg)
Жаркое солнце Ямайки… Под ним разгораются тропические страсти! Для местного общества Деирдре — полукровка, дочь англичанки и раба — изгой. Но находится человек, который выше предрассудков — Деирдре становится женой врача Виктора Дюфрена… Однажды Виктор дал приют двум беглецам. И один из них, пылкий Цезарь, пробудил в Деирдре неистовую страсть… Девушка еще не знает, что в их прошлом есть общая тайна.
![На край света за мечтой](/storage/book-covers/fb/fb9c2635128e3dcd89e1781ce1e637cc7f29f887.jpg)
Знаем ли мы на самом деле тех, кого любим? Сбежав в чужую страну под чужим именем, девушка влюбляется в смелого летчика. Испытывает ли он к ней ответное чувство? Или все это она придумала? Но как бы там ни было, за обман нужно платить. Девушке предстоит узнать реальную цену лжи.
![Цветы из огненного рая](/storage/book-covers/a2/a2f4df177a3ba3b3d3d38d9c731292c539759930.jpg)
Немецкие колонизаторы перебираются в Новую Зеландию. Среди них – дочь богатого ремесленника Ида и влюбленный в нее Карл. Парень из бедной семьи, поэтому у их отношений нет будущего. Отец девушки выдает ее за состоятельного Оттфрида Брандманна. Однако Ида несчастна в этом браке: супруг пьет и издевается над ней. Единственный, кто может ее спасти, – Карл. Все, что нужно сделать красавице, – позволить себе быть счастливой. Но ведь не так-то просто нарушить устои и открыть сердце для настоящей любви…
![Рай на краю океана](/storage/book-covers/b8/b8b31c9780fe6aa43fe29438e74cc2b27691c6aa.jpg)
Новая Зеландия. 1893 год. Юная Илейн унаследовала от бабушки не только красоту, но и бурный темперамент. В Уильяма, молодого золотоискателя, она влюбилась с первого взгляда. Ее чувство взаимно… Однако все меняет приезд ее кузины. Пылкая голубоглазая Кура – наследница знатного рода маори, ее экзотическая красота и талант сразили Уильяма. Сердце Илейн разбито… Но она готова бороться за свою любовь!
![Поругание прекрасной страны](/storage/book-covers/9b/9b8980bf1ddd8f36b9ce8de56e16c5bade784297.jpg)
Судьба романа «Поругание прекрасной страны» в СССР была неоднозначной.В отличие от многократно переиздававшихся переводов других классических произведений эта книга мелькнула в начале 1960-х… а потом исчезла на дальних полках библиотечных хранилищ на долгие десятилетия.Но почему так случилось? Что заставило бдительных советских цензоров усмотреть политическую крамолу в невиннейшей на первый взгляд истории взросления валлийского паренька, чья юность пришлась на бурное для Великобритании начало XIX века?Этот маленький шедевр английской прозы, напоминающий лучшие романы Диккенса, впервые публикуется на русском языке без сокращений цензуры.
![Звезды над Занзибаром](/storage/book-covers/54/5415aee9f628c43815d850e25e849685380b94ec.jpg)
Принцесса Омана и Занзибара Салме была воспитана в соответствии со строгими обычаями предков, поэтому даже выйти на крышу своего дома, чтобы насладиться тишиной, прохладой и звездами, она могла только с закрытым лицом. Но оказалось, что под покровом ночи все люди одинаково скрыты друг от друга. Так они и познакомились: она стояла на крыше своего дома, а он — у окна в своем. В темноте Салме слышала только голос своего соседа Генриха Рюте, предпринимателя из Германии, и могла говорить откровенно. С каждым днем они становились все ближе друг другу и наконец решили увидеться…
![Маски сброшены](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Действие основных событий происходит в России 1854 году и охватывает временной промежуток в шесть месяцев. Однако за двадцать лет до описываемых событий случается следующая предыстория. Молодая барышня, разбитая и разочарованная изменой своего жениха, попадает на маскарад, где встречает неизвестного мужчину, с которым проводит ночь и в объятиях которого впервые познает страсть. Наутро она покидает его, не узнав даже его имени и едва разглядев его лицо. В 1854 году на светском рауте граф Владимир Вольшанский знакомится с княгиней Елизаветой Ворожеевой, к которой у него с первого взгляда возникает симпатия.
![Возрождение любви](/storage/book-covers/70/70925fbdfd0b552c8f5cb809ea35261bb5cdfee9.jpg)
Талантливая женщина – доктор Пейдж Рандольф считает, что депрессия, в которую ввергла ее семейная трагедия, неизлечима. Но неожиданные и странные обстоятельства круто меняют ее жизнь, которая вновь обретает и смысл, и цель, когда в сердце Пейдж вспыхивает новое и трепетное чувство.
![Дож и догаресса](/storage/book-covers/2c/2c2546745a39cd6d6a5be5e36eb21b15a48cc780.jpg)
В книгу великого немецкого писателя вошли произведения, не издававшиеся уже много десятилетий. Большая часть произведений из книг «Фантазии в манере Калло», «Ночные рассказы», «Серапионовы братья» переведены заново.На картине, выставленной в берлинской Академии художеств, верно изображены престарелый дож Марино Фальер с юной супругой. Их печальную историю рассказывает зрителям таинственный незнакомец.
![Любовь и чума](/storage/book-covers/8e/8e0ffa5eb8e23a63c173e859cf5d860621ca4334.jpg)
Только любовь может совершить настоящее чудо. Даже в самые тяжелые, жестокие времена она дарит людям надежду. Даже тогда, когда мир вокруг погружен во тьму и хаос, она расцвечивает его яркими красками, делая жизнь прекрасной.«Любовь и чума» Мануэля Гонзалеса — самый трогательный роман о любви, для которой нет преград. Его можно сравнить с «Ромео и Джульеттой» Шекспира и «Любовью во время чумы» Габриэля Гарсиа Маркеса. Но мир, описанный Гонзалесом, гораздо более жесток и трагичен…Византия. XII век. Император Мануил хочет завоевать Венецию.