Осада, или Шахматы со смертью - [3]

Шрифт
Интервал

— Это точно, сеньор комиссар?

Тисон, не снизойдя до ответа, в задумчивости разглядывает стену там, куда угодила французская бомба.

— Скажи-ка мне, дружок, когда это произошло?

Пако — большие пальцы за кушаком — стоит с ним рядом, всем своим видом являя почтение и предупредительность. Он давно знаком с комиссаром и знает, что обращение «дружок» ничего не значит, а прозвучи оно в ответ из собственных его уст — беды не оберешься. Надо сказать, кстати, что хромотой страдал не он, а дед его, но в Кадисе клички переходят по наследству верней, чем деньги. И клички, и профессии. У Хромого — славное прошлое моряка и контрабандиста, о чем известно всем, не исключая и Тисона. Комиссар знает, что подвал венты битком набит товарами с Гибралтара и что по ночам, когда море спокойно, а ветер умеренный, прибрежный пейзаж оживляют силуэты баркасов и быстрые тени, снующие взад-вперед с тюками и ящиками. Порою грузят даже скотину. Впрочем, пока Хромой будет исправно и сколько положено платить таможенным, военным и полицейским — опять же не исключая Тисона — за то, чтоб смотрели в другую сторону, все, что происходит на этом берегу, никому не доставит неприятностей. Совсем другое будет дело, если Пако начнет мудрить, занесется, пренебрежет своими обязательствами или по примеру кое-кого в городе и за пределами его начнет возить контрабанду неприятелю. Но не пойман — не вор. И в конце концов, война войной, осада осадой, но от замка Сан-Себастьян до моста Суасо по-прежнему действует старинное правило: живи и жить давай другим. Это касается и французов, которые уже довольно давно ослабили натиск и ограничиваются тем лишь, что постреливают издали, как бы по обязанности.

— Вчера утром, часов около восьми, — отвечает Пако, указывая на восточную часть бухты. — Палили вроде бы оттуда, с батареи на Кабесуэле. Жена как раз белье развешивала, увидала вспышку. Потом грохнуло, а чуточку погодя рвануло вон там.

— Ущерб велик?

— Да нет, какой там ущерб: кусок стены разнесло, в птичник попало, нескольких кур убило… Но перепугались сильно, что говорить. Жена так и сомлела. Шагов бы на тридцать поближе — и быть мне вдовцом.

Тисон, ковыряя ногтем в зубах — в левом углу рта посверкивала золотая коронка, — смотрел меж тем на полоску воды шириной в этом месте примерно в милю: от занятого французами материка она отделяет перешеек, который вместе с городом Кадисом образует полуостров, одним боком обращенный к побережью Атлантики, а другим — к бухте, к порту и к плавням Исла-де-Леона.

Задувавший левантинец делал воздух прозрачным и чистым, и можно было невооруженным глазом рассмотреть неприятельские укрепления на мысе Трокадеро: справа — Форт-Луис, слева — полуразрушенные стены Матагорды, а несколько выше и позади — батарею Кабесуэлы.

— А еще бомбы долетали оттуда?

Хромой покачал головой. Показал на перешеек, тянущийся по обе стороны от его венты:

— Рвались вон там, возле Агуады, а особенно много — в Пунталесе: падает день и ночь, тамошние боятся нос высунуть, живут как кроты… А здесь — впервые.

Тисон рассеянно кивает. И продолжает вглядываться в позиции французов сощуренными глазами, потому что солнце, отблескивая на белой стене, на морской глади и на дюнах, слепит нещадно. Он прикидывает траекторию и сравнивает ее с другими. Как это его раньше не осенило? Впрочем, в военном деле, а тем паче — в баллистике, он разбирается слабо да и не убежден, что догадка его верна. Наитие, смутное прозрение. Особого рода беспокойство, ни на что не похожая тревога, которая перемешивается с уверенностью в том, что так ли, иначе, но все это он уже проживал когда-то. Словно бы на игральной доске города кто-то сделал ход, а Тисон этого вовремя не заметил. Две пешки, считая сегодняшнюю. Две съеденные пешки. Две девушки.

Да, тут может быть взаимосвязь, заключает он. Ему самому, бывало, случалось за столиком кофейни Коррео придумывать еще и не такие комбинации. Придумывать, а потом или сразу воплощать их, или исподволь подводить к ним противника. Молниеносные озарения. Внезапная вспышка постижения. Неторопливое перемещение фигур, безмятежное спокойствие дебюта, и вот — после неожиданного хода конем, слоном или даже пешкой — возникает Угроза во всей ее Очевидности, и у подножья дюны ветер заносит песком труп. И, осеняя все это черной тенью, сверху парит смутное воспоминание о чем-то уже однажды виденном или пережитом, и перед глазами у тебя — ты сам: будто уже стоял когда-то на коленях перед оставленными следами и раздумывал над ними. Ах, если бы только удалось вспомнить, сказал себе Тисон, этого было бы довольно. Неожиданно он понял, что надо немедля, безотлагательно вновь выйти за городские стены и провести розыск. Рокироваться, не прекращая размышлений. Но сначала вернуться, ни слова не говоря, к телу девушки, нашарить в песке закрученный спиралью металлический осколок и спрятать его в карман.


В это самое время в трех четвертях лиги[4] к востоку от венты Хромого небритый и заспанный капитан Симон Дефоссё, прикомандированный к штабу артиллерии 2-й дивизии Первого корпуса императорской армии, чертыхаясь сквозь зубы, пронумеровал и подшил к делу письмо, только что доставленное с Севильского литейного двора. Полковник Фроншар, начальник заводской военной инспекции, сообщает, что установлена причина дефектов, обнаруженных в трех 9-дюймовых гаубицах, которые предназначены для войск, осаждающих Кадис. И причина эта — саботаж: была умышленно нарушена технология литья, отчего и возникло то, что на языке металлургов называется раковиной. Стволы дают трещины уже после первых выстрелов. Четыре дня назад, как только Фроншар установил, в чем дело, двоих рабочих и мастера — все трое испанцы — расстреляли, но капитану Дефоссё от этого не легче. На пушки, ныне признанные негодными, он возлагал немалые надежды. И не только возлагал, но и разделял их с маршалом Виктором и другим начальством, которое наверняка будет по-прежнему требовать, чтобы он решил задачу — а задача эта ему теперь не по плечу.


Еще от автора Артуро Перес-Реверте
Капитан Алатристе

Герой многотомного романа Артуро Переса-Реверте – капитан Диего Алатристе, наемный солдат, неустрашимый авантюрист, поэт плаща и шпаги – оказывается в самом сердце зловещего заговора, наживает себе врага на всю жизнь и с честью выходит из смертельных переделок, а его верный спутник Иньиго Бальбоа встречается с таинственной незнакомкой.Итак, XVII век, Испания. Приключение только начинается…Новая классика мировой приключенческой литературы – впервые на русском языке.


Итальянец

«Я мечтал написать эту немыслимую и совершенно подлинную историю с тех самых пор, как мне в детстве рассказал ее отец», – говорит Артуро Перес-Реверте о романе «Итальянец», который на родине автора разошелся тиражом в несколько сотен тысяч экземпляров. Реальная история итальянских боевых пловцов, потопивших четырнадцать британских кораблей, – история торжества отдельных людей над мощной военной машиной вопреки всем вероятностям – много лет рассказывалась иначе: итальянцы традиционно изображались бестолковыми трусами, и Перес-Реверте захотел восстановить справедливость.


На линии огня

1938 год, Гражданская война в Испании. Десять дней республиканцы и франкисты отбивают друг у друга городок Кастельетс-дель-Сегре, не имеющий особой стратегической важности. Интербригадовцы и фалангисты, ополченцы и «красные береты», мужчины и женщины, те, кто ушел воевать по убеждению, и те, кого забрали в армию против воли, храбрецы и трусы, те, кому нечего терять, и те, кому есть куда вернуться, – тысячи людей, которых объединяет очень многое, а разделяет только линия фронта, сражаются друг с другом и гибнут, не всегда помня, за что, и до последнего мига отчаянно не желая умирать.


История Испании

«История Испании» («Una historia de España») от писателя и журналиста Артуро Переса-Реверте, автора бестселлеров «Фламандская доска», «Кожа для барабана» и многих других, вышла в свет в 2019 году и немедленно разошлась в Испании гигантским тиражом. В этой книге автор предлагает свой едкий, забавный, личный и совершенно неортодоксальный взгляд на свою родную страну. Перес-Реверте повествует об основных событиях прошлого Испании – от ее истоков до 80-х годов XX века, – оценивая их подчеркнуто субъективным взглядом, сформированным на основании глубокого знания истории, понимания ее процессов, опыте и здравом смысле.


Фалько

Лоренсо Фалько, агент разведывательной службы, работает внутри страны и за рубежом, его отправляют на самые сложные задания, он может выпутаться из самых тяжелых ситуаций. На этот раз Фалько нужно замаскироваться и под вымышленным именем войти в доверие к представителям вражеского лагеря, чтобы вызволить из плена важную персону, в судьбе которой заинтересованы не только в Испании. Как и герой, роман тоже маскируется – под шпионский триллер и исторические приключения, но под жанровой маской скрывается драматическая история о предательстве и чести.


Тайный меридиан

Тайна, погребенная на дне морском два с половиной столетия назад по воле иезуитов, постепенно раскрывается по воле современной женщины, красивой, решительной, умной. Ее окружают мужчины и бескорыстно влюбленный в нее моряк, и алчные враги-соперники. Она же идет своим путем, добиваясь цели во что бы то ни стало. Море, бурная история Испании XVIII века, архивы, кладоискательство, штормы, человеческие страсти, страсти литературных персонажей и многое-многое другое найдет читатель на страницах этого романа.


Рекомендуем почитать
Кодовое имя: «Вервольф». Список

Это 1975 год. Среди обломков самолета, разбившегося у берегов Испании, найден лист бумаги. Оказывается, это часть документа, вызывающего шок: кто-то собирается убить Франко. Но Франко подходит к концу своей жизни. Значит, у убийства есть определенные намерения. Крайне правые намерения. Вот почему вызывают Ника Картера. Потому что убийца — профессиональный убийца. Его кодовое имя: Оборотень. У Ника мало времени. Он должен действовать немедленно и — как бы это ни казалось невозможным — всегда быть на шаг впереди неизвестного убийцы.


Шемячичъ

Действие этой историко-детективной повести разворачивается в двух временных пластах — в 2012 году и рассказывает о приключениях заместителя начальника отдела полиции номер семь УМВД России по городу Курску подполковника Алексея ивановича Дрёмова. Н на стыке XV и XVI веков «в Лето 69881» — вновь курянина, точнее рыльского и новгород-северского князя Василия Ивановича Шемячича — того, кого называли Последним Удельным князем Руси При создании обложки использован образ подполковника Холкина С.А. с картины художника Игоря Репьюка.


Сатурналии

Молодой сенатор Деций Луцилий Метелл-младший вызван в Рим из дальних краев своей многочисленной и знатной родней. Вызван в мрачные, смутные времена гибели Республики, где демократия начала рушиться под натиском противоборствующих узурпаторов власти. Он призван расследовать загадочную смерть своего родственника, консула Метелла Целера. По общепринятому мнению, тот совершил самоубийство, приняв порцию яда. Но незадолго до смерти Целер получил в проконсульство Галлию, на которую претендовали такие великие мира сего, как Цезарь и Помпей.


Странные сближения

Александр Пушкин — молодой поэт, разрывающийся между службой и зовом сердца? Да. Александр Пушкин — секретный агент на службе Его Величества — под видом ссыльного отправляется на юг, где орудует турецкий шпион экстра-класса? Почему бы и нет. Это — современная история со старыми знакомыми и изрядной долей пародии на то, во что они превращаются в нашем сознании. При всём при этом — все совпадения с реальными людьми и событиями автор считает случайными и просит читателя по возможности поступать так же.


Предсказания в жизни Николая II. Часть 1. 1891-1906 гг.

Автор выстроил все предсказания, полученные Николаем II на протяжении жизни в хронологическом порядке – и открылась удивительная картина, позволяющая совершенно по-новому взглянуть на его жизнь, судьбу и на историю его царствования. Он знал свою судь д своей гибели (и гибели своей семьи). Он пытался переломить решительным образом судьбу в марте 1905 года, но не смог. Впрочем, он действовали по девизу: делай что должно и будь что будет. Впервые эти материалы были опубликованы мной в 2006 г.


Ситуация на Балканах. Правило Рори. Звездно-полосатый контракт. Доминико

Повести и романы, включенные в данное издание, разноплановы. Из них читатель узнает о создании биологического оружия и покушении на главу государства, о таинственном преступлении в Российской империи и судьбе ветерана вьетнамской авантюры. Объединяет остросюжетные произведения советских и зарубежных авторов сборника идея разоблачения культа насилия в буржуазном обществе.