Октавиан Август. Революционер, ставший императором - [7]
Понять Августа непросто, и необходима осторожность при работе с каждым видом источников. Очень важно также учитывать пределы их возможностей. Есть вещи, которых мы просто не можем знать и, вероятно, не узнаем никогда. Гораздо больше существует того, в отношении чего мы можем лишь строить догадки, и опять‑таки мы должны помнить о той основе, на которой наши догадки строятся. Нам не следует настаивать на истинности своих утверждений там, где возможно все. Абсолютная истина зыбка, возможно, недостижима вообще, однако это не означает, что мы не должны пытаться приблизиться к ней по мере наших сил. Мы можем сказать об Августе многое, и мы можем привлекать всевозможные свидетельства, коль скоро стремимся понять человека и его мир.
Часть первая
Гай Октавий (Фурин)
63–44 гг. до н. э
Во младенчестве он был прозван Фурийцем в память о происхождении предков, а может быть, о победе, вскоре после его рождения одержанной его отцом Октавием над беглыми рабами в Фурийском округе. (…) Впрочем, и Марк Антоний часто называет его в письмах Фурийцем, стараясь этим оскорбить; но Август в ответ на это только удивляется, что его попрекают его же детским именем.
Светоний. Божественный Август. 7.1[11]
I «Отец отечества»
В день его рождения, когда в сенате шли речи о заговоре Катилины, Октавий из‑за родов жены явился с опозданием; и тогда, как всем известно, Публий Нигидий, узнав о причине задержки и спросив о часе рождения, объявил, что родился повелитель всего земного круга.
Светоний. Божественный Август. 94.5
В 63 г. до н. э. Рим был одним из самых крупных городов известного тогда мира. Его население насчитывало как минимум три четверти миллиона человек и выросло до более чем миллиона к концу столетия. Большинство его обитателей проживало в убогих перенаселенных сдававшихся внаем домах, или инсулах (insulae, досл. «острова»), легко горевших и отличавшихся антисанитарными условиями. В местах, где находилось так много народу, ежедневно множество людей рождалось и умирало. Поэтому ничего особенно примечательного не было в том, что у женщины по имени Атия начались родовые схватки и перед рассветом 23 сентября она родила своему супругу сына.
Атия оказалась счастливее многих матерей, поскольку принадлежала к аристократии, а ее муж Гай Октавий являлся сенатором и мог обеспечить отменный по тем временам уход, владея комфортабельным домом на восточном склоне Палатинского холма. Когда настало время разрешиться от бремени, рядом были женщины из ее семьи, рабыни, вольноотпущенницы из домашней прислуги, а также опытная повивальная бабка. Обычай не допускал присутствия мужчин в помещении, где происходили роды, и мужчина‑врач допускался лишь в случае серьезных осложнений, хотя, в сущности, он мало что мог сделать при таких обстоятельствах. Атия знала, что ее ждет, ибо несколько лет назад уже подарила своему супругу дочь.
Ни опыт, ни комфорт не гарантировали Атии безопасности. Деторождение было делом опасным и для матери, и для ребенка, и многие дети, родившиеся в тот день, появились на свет мертвыми или умерли через несколько дней. Скончались и многие из матерей. Девять лет спустя двоюродная сестра Атии, Юлия, умрет после родов, разделив через несколько дней судьбу своего ребенка – и это несмотря на то, что ее муж был одним из самых богатых и могущественных людей в Риме. Детородные годы были, вероятно, наиболее опасными в жизни женщины.
С Атией все обошлось благополучно. Она удачно разрешилась от бремени, и ребенок родился здоровым. Когда повивальная бабка положила мальчика на пол, чтобы осмотреть его, признаков уродства или других проблем не обнаружилось. Затем новорожденного передали отцу. Римская традиция давала отцу, paterfamilias, право жизни и смерти над всеми домочадцами, хотя в крайней форме оно применялось в это время редко. Тем не менее во власти Гая Октавия было принимать или не принимать нового ребенка в семью. Он сделал это с готовностью, показав мальчика родственникам и друзьям, собравшимся в ожидании, или тем, кто явился с визитом, как только узнал о рождении младенца. Гай Октавий уже имел двух дочерей (старшая из них – от первого брака). Дочери были полезны для честолюбивого политика, поскольку брачные союзы, осуществлявшиеся с их помощью, помогали приобрести и политических союзников. Однако только сын мог сделать карьеру в публичной сфере, следуя по стопам отца, или даже суметь превзойти его и увеличить славу родового имени.
На домашних алтарях зажгли огонь, были принесены жертвы богам семьи и домашнего очага – ларам (lares) и пенатам (penates), а также иным божествам, особо почитавшимся семьей. Когда гости возвратились в свои дома, они совершили тот же самый ритуал. Одним из визитеров был, несомненно, тридцатисемилетний дядя Атии, Гай Юлий Цезарь, честолюбивый сенатор, который уже успел приобрести известность. Недавно он одержал победу в ходе отчаянной борьбы на выборах на наиболее высокий и престижный жреческий пост великого понтифика (pontifex maximus). Эта должность носила прежде всего политический характер, и Юлий Цезарь не демонстрировал глубоких религиозных чувств. Тем не менее, подобно многим римлянам, он придавал большое значение традиционным обрядам. Ритуал окружал римских аристократов в течение всей их жизни, и благополучное рождение ребенка было удачей для сенаторской фамилии и ее связей.
![Во имя Рима: Люди, которые создали империю](/storage/book-covers/27/27a2f40be9eeab6f62d6226af8f4290a71a697e4.jpg)
Книга посвящена истории Рима и его пятнадцати великим полководцам, охватывает период от начала Второй Пунической войны до эпохи Юстиниана, когда Западная римская империя уже перестала существовать.Спицнон Африканский и Гай Марий, Помпей Великий и Цезарь, Тит и Траян, Юлиан и Велизарий… Именно под их руководством плохо обученное ополчение превратилось в те железные легионы, которые завоевали полмира.Книга будет интересна как специалистам, так и любителям истории.
![Юлий Цезарь. Полководец, император, легенда](/storage/book-covers/f2/f2073ed2ed6a2991c013bc349ccea94196ab28d0.jpg)
Адриан Голдсуорси. Юлий Цезарь / Адриан Голдсуорси; [пер. с англ. К. Савельева]. — М.: Эксмо, 2007. — 672 с.: ил. Гай Юлий Цезарь — самый известный римлянин, чье имя знает каждый, — уже на протяжении нескольких столетий является героем бесчисленного множества книг, а после появления кинематографа — и кинофильмов. Он по праву считается одним из величайших полководцев всех времен, а также мудрым и дальновидным политиком, заложившим основы Римской империи, покорившей почти весь известный людям Античности мир. Книга современного британского историка Адриана Голдсуорси, обладающего, помимо глубокого знания предмета, и несомненным литературным даром, позволит читателю погрузиться в сложный и противоречивый мир римской политической жизни I в.
![Падение Запада. Медленная смерть Римской империи](/storage/book-covers/b8/b880e7a202ab5bdbe438cbe32f699e6e9f3c7460.jpg)
Римская империя не пала в одночасье, под копьями варваров в 476 г. — окончательный коллапс знаменовал собой лишь финальную сцену многолетней трагедии.По мнению Адриана Голдсуорти, первые признаки разложения империи появились уже при просвещенном правлении «императора-философа» Марка Аврелия.Но почему процесс разрушения не остановился? И что послужило причиной гибели государства — бездарность императоров, смена религии, всесильная коррупция, страх позднеримских правителей перед социальными реформами?В поисках ответов на эти вопросы Адриан Голдсуорти привлекает самые современные находки исследователей истории позднего Рима — свидетельства как документальные, так и археологические.
![Гойя](/storage/book-covers/c2/c2d3f3b67ab61f5ea92d27e69b7d6a7b01508984.jpg)
Франсиско Гойя-и-Лусьентес (1746–1828) — художник, чье имя неотделимо от бурной эпохи революционных потрясений, от надежд и разочарований его современников. Его биография, написанная известным искусствоведом Александром Якимовичем, включает в себя анекдоты, интермедии, научные гипотезы, субъективные догадки и другие попытки приблизиться к волнующим, пугающим и удивительным смыслам картин великого мастера живописи и графики. Читатель встретит здесь близких друзей Гойи, его единомышленников, антагонистов, почитателей и соперников.
![Петербургский текст Гоголя](/storage/book-covers/25/256831386c8da24032ee02d096faa27a20a9e347.jpg)
Монография известного российского литературоведа посвящена петербургскому периоду в творчестве великого писателя, когда тот создавал циклы «Вечера на хуторе близ Диканьки», «Арабески», «Миргород», комедию «Ревизор»… Автор видит истоки «петербургского текста» во взглядах молодого провинциала через увеличительное стекло столицы на историю родной Малороссии – древнейшей, «материнской» части русской земли, чье прошлое легло в основание славянской Империи. Вот почему картины и проблемы прошедшего Гоголь в своих произведениях соединил с изображением и насущными проблемами столичного «сегодня», сочетавшего старое и новое, европейское и азиатское, «высокие» науки, искусство и культуру с «низовыми» народными взглядами и лубком, вертепом, просторечием; красоту, роскошь дворцов и убожество окраин, величие государства – с мирками «маленьких людей»… Эти явные антитезы требовали осмысления и объяснения от литературы того времени.
![Евграф Федоров](/storage/book-covers/d6/d616b3cd7d22a4e861adfbbf27c66a1389fa7561.jpg)
Имя гениального русского ученого-кристаллографа, геометра, минералога, петрографа Евграфа Степановича Федорова (1853–1919) пользуется всемирным признанием. Академик В. И. Вернадский ставил Е. С. Федорова в один ряд с Д. И. Менделеевым и И. П. Павловым. Перед вами биография этого замечательного ученого.
![Князь Шаховской: Путь русского либерала](/storage/book-covers/58/58ac33a67197d98e0c0cbbc8a021ff8ec2ea8a46.jpg)
Имя князя Дмитрия Ивановича Шаховского (1861–1939) было широко известно в общественных кругах России рубежа XIX–XX веков. Потомок Рюриковичей, сын боевого гвардейского генерала, внук декабриста, он являлся видным деятелем земского самоуправления, одним из создателей и лидером кадетской партии, депутатом и секретарем Первой Государственной думы, министром Временного правительства, а в годы гражданской войны — активным участником борьбы с большевиками. Д. И. Шаховской — духовный вдохновитель Братства «Приютино», в которое входили замечательные представители русской либеральной интеллигенции — В. И. Вернадский, Ф.
![Постышев](/storage/book-covers/56/5669232f728a792dc896446198e16d1da9f81179.jpg)
Из яркой плеяды рабочих-революционеров, руководителей ивановского большевистского подполья, вышло немало выдающихся деятелей Коммунистической партии и Советского государства. Среди них выделяется талантливый организатор масс, партийный пропагандист и публицист Павел Петрович Постышев. Жизненному пути и партийной деятельности его посвящена эта книга. Материал для нее щедро представила сама жизнь. Я наблюдал деятельность П. П. Постышева в Харькове и Киеве, имел возможность беседовать с ним. Личные наблюдения, мои записи прошлых лет, воспоминания современников, а также документы архивов Харькова, Киева, Иванова, Хабаровска, Иркутска воссоздавали облик человека неиссякаемой энергии, стойкого ленинца, призвание которого нести радость людям. Для передачи событий и настроений периода первых двух пятилеток я избрал форму дневника современника.
![Великая Испанская империя](/storage/book-covers/a1/a1905786361c8c3638897efc0469a7e85d824ad9.jpg)
Правление Филиппа II — сына Карла V, государя, удерживавшего в своих руках значительную часть Европы и Нового Света… При нем продолжался Siglo de Oro — Золотой век Испанской империи, когда она оставалась флагманом всей католической Европы и обеих Америк. Окончательное покорение Чили, исследование рек Рио-де-ла-Платы, Параны, Ориноко. Основание Буэнос-Айреса и Асунсьона — будущих столиц новых колоний — Аргентины и Парагвая. Присоединение Португалии к Испании и переход заморских колоний Португалии под власть Мадрида. Завоевание Филиппинских островов и мечты о проникновении в Китай. Как жила первая из империй, над которой никогда не заходило солнце? Читайте об этом в увлекательном исследовании британского историка Хью Томаса.
![История папства](/storage/book-covers/75/75a1245c84485aaf10e513365e31da5bdfb68a7d.jpg)
Сэр Джон Джулиус Норвич — один из известнейших британских историков, специалист по итальянскому Средневековью и Возрождению, автор бестселлеров «История Византии» и «История Венецианской республики».Более двухсот восьмидесяти человек восседали на Святом престоле со времен святого Петра и до наших дней.Были среди них святые и убийцы, аскеты и распутники, беспринципные интриганы и великие политические деятели, мракобесы и свободомыслящие интеллектуалы.Джон Джулиус Норвич в своем блестящем исследовании не оставляет без внимания ни периодов взлета папства, ни периодов его падения и позволяет нам увидеть полную картину истории понтификата, существование которого длится уже почти две тысячи лет.
![Властелины моря. История золотого века греческого флота](/storage/book-covers/ac/accbe621f119965f5561a3229fcd5df2cddf80d8.jpg)
«Я не умею играть на кифаре или лире, — сказал стратег Фемистокл, — зато мне известно, как сделать небольшой город великим». Он не солгал: первый в истории человечества маневренный боевой флот, построенный в 483–480 годах до нашей эры, превратил Афины в величайший город Эллады. Двести афинских трирем, — истинных властителей моря, — принесли Афинам блестящую победу при Саламине и оборвали наступление войск персидского царя Ксеркса на Европу. Начался золотой век Афин, время демократии, славы, расцвета торговли и ремесел, небывалого взлета наук и искусств. И всем этим афиняне были обязаны флоту и морю. В удивительной книге Джона Хейла перед читателем предстает история героической борьбы афинян с захватчиками и несправедливого отношения к собственным военачальникам, изощренных политических интриг и необъяснимых стратегических просчетов, столкновения идеалов и триумфа человеческой воли. Перевод: Н.
![История Древнего мира. От истоков Цивилизации до падения Рима](/storage/book-covers/e8/e860dd72d7d1873aeebe437ad58bf26f19e827e6.jpg)
История Древнего мира – от самых ранних, научно документированных событий и до падения Римской империи.В этой книге Сьюзен Бауэр выдвигает и доказывает интереснейшую теорию взаимодействия и взаимопроникновения культур самых разных западных и восточных цивилизаций.Не просто сухие факты, но подробный и яркий рассказ о внешней и внутренней политике государств древности, об их литературе, религии и мифологии, повседневной жизни и системе управления.Результатом становится потрясающая мозаика событий, свидетельств и документов, в которой в равной степени важен каждый элемент.