О еде: cтрого конфиденциально. Записки из кулинарного подполья - [9]
В этот свой первый год в Провинстауне я часто наблюдал «плохое поведение», если можно так выразиться, что произвело на меня сильное впечатление. Эти ребята были настоящие мастера, преступники, сексуальные гиганты — не то, что мои дружки по колледжу. Грабители с большой дороги, браконьеры, головорезы — они представлялись мне, жалкому мойщику посуды, заколдованными принцами. Жизнь повара была полна приключений, воровства, мародерства. Они дефилировали по жизни, не обращая никакого внимания на разные условности. Мне понравилось быть по ту сторону черты.
Но был один момент в то лето, когда я совершенно точно осознал, чего же именно хочу.
К тому времени я несколько продвинулся по служебной лестнице. Майк был в одном из своих мефедриновых марафонов, и меня поставили на салаты: я раскладывал по тарелкам коктейли из креветок, открывал раковины устриц, заправлял консервированного омара майонезом, наполнял бокалы для шампанского клубникой со сливками.
Линия в «Дредноуте» длинная и узкая: холодные закуски у самой входной двери, «двухпалубный» агрегат, в который мы штабелями укладывали дюжины омаров по полтора-два фунта, а потом захлопывали тяжелые металлические дверцы и поворачивали «штурвал», пуская пар. Затем идет ряд фритюрниц, затем большой выдвижной рашпер фирмы «Гарленд», еще несколько печек и, наконец, кирпичный камин для жарки на гриле. А с другой стороны — все обычные на кухне предметы: деревянная доска, стойка с мармитом, а под ней — холодильные камеры для продуктов. За печью, у которой работал Бобби, шеф-повар, была голландская дверь с открытой верхней створкой — чтобы туристы могли взглянуть на омаров или поджаривающиеся куски мяса, если у них будет настроение.
Однажды в выходной приехала большая свадьба: невеста, жених, шаферы, семья, друзья и родственники. Счастливая молодая пара прибыла к нам праздновать сразу после бракосочетания и, возможно, небольшой вечеринки. Они уже были хороши, когда приехали. Даже издалека, от моих салатов, я увидел, как Бобби что-то втюхивает кому-то из гостей. В какой-то момент в кухне появилась невеста и спросила, «нет ли у кого травки». Потом вся свадьба переместилась в обеденный зал, и я забыл о них.
Некоторое время мы гремели тарелками, Лидия развлекала нас своей болтовней, Тони макал моллюсков и креветок в горячий жир — в общем, обычная кухонная суета. Потом в проеме голландской двери снова появилась невеста. Это была хорошенькая блондинка в непорочно белом свадебном платье. Некоторое время они с шеф-поваром о чем-то тихо переговаривались. Бобби вдруг улыбнулся от уха до уха, и сильнее обозначились морщинки — «вороньи лапки» в углах глаз. Она опять ушла, но Бобби уже весь дрожал. Он вдруг сказал мне: «Тони! Подмени-ка меня», и быстро улизнул через заднюю дверь.
Одного этого хватило бы, чтобы произвести на меня впечатление. Доверили жарить мясо на решетке! Что называется, постоять у штурвала несколько минут, — это же мечта! Но всех оставшихся в кухне распирало любопытство. Нам надо было это увидеть.
В окно за посудомоечной машиной была видна огороженная помойка — всякий хлам, консервные банки с остатками еды, — их отправляли на свиноферму. И скоро все мы — Томми, Лидия, новый мойщик посуды и я — прилипли к этому окну. На глазах у своей команды Бобби яростно трахал невесту. Она с готовностью нагнулась и оперлась на пятидесятипятигаллоновую канистру, Бобби задрал ей подол, а его фартук лежал у нее на спине. Он знай себе работал, а девушка, выпучив глаза, стонала: «Ддда… ддаа… давай… давай…»
Пока жених и вся семья лакомились в обеденном зале «Дредноута» жареным филе камбалы и эскалопами, невеста с пылающими щеками получала напутствие в семейную жизнь от совершенно постороннего человека.
Именно тогда, дорогой читатель, я впервые ясно понял: хочу быть шеф-поваром!
Еда — это больно
Мне бы не хотелось, чтобы вы подумали, что все происходившее со мной тогда было связано исключительно с развратом, выпивкой и наркотиками. Я мог бы описать для вас прелесть португальского рагу из кальмаров, веллфлитских устриц, похлебки из моллюсков, как ее готовят в Новой Англии, жирных, великолепных, огненно-красных колбасок чоризо, овощного супа. Я мог бы вспомнить, как полосатый окунь выпрыгнул из ведра прямо на обеденный стол.
В 1974 году я понятия не имел о том, что такое кулинарная культура. В Провинстауне не было, да и сейчас нет, выдающихся шеф-поваров — специально обученных, с инициалами на куртках, тех, чьи имена то и дело повторяют в своих разговорах гурманы, чьими фотографиями, как фотографиями знаменитых бейсболистов, обмениваются фанаты. Тогда были не в ходу подначки типа «Оп-па! Возьмите на заметку!», которыми теперь одурманивает легковерных телевидение. Американская кухня только начиналась. Кальмары, например, считались мусором, их продавали в порту за бесценок, а тунец — рыбой для кошек или консервов. По-другому думали разве что некоторые предприимчивые японцы, которые «только путали нас», платя за эти продукты высокие цены. Кальмара тогда еще называли «фальшивой рыбой», и его можно было встретить на обеденном столе в Манхэттене. Рыбу в Провинстауне подавали прожаренной до костей, без кожи, сбрызнутой рафинированным маслом и поперченной. Блюда украшали разве что веточкой петрушки и ломтиком лимона. Героев «Дредноута» ценили в основном за выносливость — за то, сколько обедов приготовлено за вечер, сколько часов проведено в жару и чаду, сколько официанток оприходовано в чулане, сколько коктейлей проглочено без видимого эффекта. У нас были свои звезды, и мы восхищались ими.
![Это съедобно? Муки и радости в поисках совершенной еды](/storage/book-covers/df/dfc2b70fff44962313bc1ad6baafb84f13c3cdb5.jpg)
Энтони Бурден, шеф-повар нью-йоркского ресторана «Ле Аль», не просто любит готовить и путешествовать — он познает мир на вкус во всем его многообразии, пробуя и размышляя. Ему известны тайны и тонкости ресторанного дела, и заглядывая в кухни по всему свету — от Сингапура до Гренландии, от Австралии до Шотландии, от кафе на токийском рынке до круизного лайнера для миллионеров, — он заново открывает сочный и яркий мир живых традиций для себя и со смаком делится своими открытиями с нами.
![Мясо с кровью](/storage/book-covers/98/98b54989158f989b84761ee03403ac870e5615f8.jpg)
Скандальная книга знаменитого американского шеф-повара, путешественника, телеведущего Энтони Бурдена изменит ваше представление о высокой кухне и ресторанных буднях. С точностью инсайдера и беспощадным остроумием профессионала Бурден вытаскивает на свет все тайны закулисной жизни гастрономической Америки. И никакие громкие имена и признанные авторитеты не способны его остановить. Истории, которые Энтони Бурден снежной лавиной обрушивает на вашу голову, сколь увлекательны, столь и полезны. Уже потому что заставляют вас усвоить несколько правил, главное из которых: никогда не поливай шеф-повара дерьмом, если не хочешь, чтобы оно оказалось в твоей тарелке.Esquire.
![Вокруг света: в поисках совершенной еды](/storage/book-covers/47/475afb1904d15807d0a16b1e599cacdffede6221.jpg)
Энтони Майкл Бурден родился 25 июня 1956 года в Нью-Йорке. Подрабатывая студентом колледжа в ресторанах городка Привинстаун, он уже твердо решил связать жизнь с поварским искусством. После окончания Американского института кулинарии в 1978 году Бурден работал в нью-йоркских ресторанах «Supper Club», «One Fifth Avenue» и «Sullivan's», пройдя все ступени поварской иерархии. В 1998 году Энтони Бурден стал шеф-поваром нью-йоркского ресторана «Brasserie Les Halles», сейчас он носит звание почетного шеф-повара этого ресторана.Во второй половине 1990-х годов Энтони Бурден вступил на литературную стезю, выпустив кулинарно-криминальные триллеры «Кость в глотке», «Обамбученный» и др.
![Гойя](/storage/book-covers/c2/c2d3f3b67ab61f5ea92d27e69b7d6a7b01508984.jpg)
Франсиско Гойя-и-Лусьентес (1746–1828) — художник, чье имя неотделимо от бурной эпохи революционных потрясений, от надежд и разочарований его современников. Его биография, написанная известным искусствоведом Александром Якимовичем, включает в себя анекдоты, интермедии, научные гипотезы, субъективные догадки и другие попытки приблизиться к волнующим, пугающим и удивительным смыслам картин великого мастера живописи и графики. Читатель встретит здесь близких друзей Гойи, его единомышленников, антагонистов, почитателей и соперников.
![Петербургский текст Гоголя](/storage/book-covers/25/256831386c8da24032ee02d096faa27a20a9e347.jpg)
Монография известного российского литературоведа посвящена петербургскому периоду в творчестве великого писателя, когда тот создавал циклы «Вечера на хуторе близ Диканьки», «Арабески», «Миргород», комедию «Ревизор»… Автор видит истоки «петербургского текста» во взглядах молодого провинциала через увеличительное стекло столицы на историю родной Малороссии – древнейшей, «материнской» части русской земли, чье прошлое легло в основание славянской Империи. Вот почему картины и проблемы прошедшего Гоголь в своих произведениях соединил с изображением и насущными проблемами столичного «сегодня», сочетавшего старое и новое, европейское и азиатское, «высокие» науки, искусство и культуру с «низовыми» народными взглядами и лубком, вертепом, просторечием; красоту, роскошь дворцов и убожество окраин, величие государства – с мирками «маленьких людей»… Эти явные антитезы требовали осмысления и объяснения от литературы того времени.
![Евграф Федоров](/storage/book-covers/d6/d616b3cd7d22a4e861adfbbf27c66a1389fa7561.jpg)
Имя гениального русского ученого-кристаллографа, геометра, минералога, петрографа Евграфа Степановича Федорова (1853–1919) пользуется всемирным признанием. Академик В. И. Вернадский ставил Е. С. Федорова в один ряд с Д. И. Менделеевым и И. П. Павловым. Перед вами биография этого замечательного ученого.
![Князь Шаховской: Путь русского либерала](/storage/book-covers/58/58ac33a67197d98e0c0cbbc8a021ff8ec2ea8a46.jpg)
Имя князя Дмитрия Ивановича Шаховского (1861–1939) было широко известно в общественных кругах России рубежа XIX–XX веков. Потомок Рюриковичей, сын боевого гвардейского генерала, внук декабриста, он являлся видным деятелем земского самоуправления, одним из создателей и лидером кадетской партии, депутатом и секретарем Первой Государственной думы, министром Временного правительства, а в годы гражданской войны — активным участником борьбы с большевиками. Д. И. Шаховской — духовный вдохновитель Братства «Приютино», в которое входили замечательные представители русской либеральной интеллигенции — В. И. Вернадский, Ф.
![Постышев](/storage/book-covers/56/5669232f728a792dc896446198e16d1da9f81179.jpg)
Из яркой плеяды рабочих-революционеров, руководителей ивановского большевистского подполья, вышло немало выдающихся деятелей Коммунистической партии и Советского государства. Среди них выделяется талантливый организатор масс, партийный пропагандист и публицист Павел Петрович Постышев. Жизненному пути и партийной деятельности его посвящена эта книга. Материал для нее щедро представила сама жизнь. Я наблюдал деятельность П. П. Постышева в Харькове и Киеве, имел возможность беседовать с ним. Личные наблюдения, мои записи прошлых лет, воспоминания современников, а также документы архивов Харькова, Киева, Иванова, Хабаровска, Иркутска воссоздавали облик человека неиссякаемой энергии, стойкого ленинца, призвание которого нести радость людям. Для передачи событий и настроений периода первых двух пятилеток я избрал форму дневника современника.
![С холодильником по Ирландии: «Гиннеса» много не бывает](/storage/book-covers/ee/eecb3fa653e4ce7fe535076b1f88189c80fac933.jpg)
Никогда не заключайте пари в пабе! Тони Хоукс, актер, музыкант и телеведущий, на собственном горьком опыте узнал, какими могут быть последствия такого опрометчивого поступка: чтобы не отдавать приятелю 100 фунтов, ему пришлось объехать автостопом всю Ирландию в компании холодильника, который с честью вынес перелеты и переезды, знакомство с ирландским гостеприимством и серфинг в прибрежных водах, был крещен и получил собственное имя. А к его хозяину надолго прилепилось прозвище «Человек-с-Холодильником»…