НШ -- СВПШ - [2]
Вы бы, вот вы лично согласились бы с такой системой доказательств? Особенно учитывая записанное рядом -- и озвученное тем же прокурором утверждение, что ни одному слову Сутягина верить вообще нельзя? Н-да, жидковата доказательная база… И вот на её основе принимается решение об осуждении за государственную измену?! Э-э, как тут всё запущено!
То есть картина складывается довольно неприглядная. Шпион пойман -- и даже осуждён. Отбывает срок на Севере. Звёзды и должности получены. А какая именно информация утекла за рубеж -- так до сих пор и не известно! И никто ничего не сделал -- и не делает, -- чтобы узнать, какой ущерб причинён Родине.>(1) Чтобы локализовать и устранить этот ущерб. Никто не делает. Страшно за Родину -- деятельность контрразведки даже не предполагает установление того, какие секреты враги похитили! А вам разве не страшно? За безопасность Родины -- при таком-то "усердии" её защитников. И за юридическую квалификацию "дела Сутягина" по 275-й статье…
Раз не знают, что конкретно передано -- как можно говорить, что передачу хоть чего-то конкретного доказали? Раз не известно наверняка, что передано, как можно доказать, что переданное составляет секрет, государственную тайну? Не вытанцовывается что-то 275-я статья…
Совсем отдельный разговор -- о субъективной стороне состава преступления. Видите ли, закон вообще-то утверждает, что государственную измену можно совершить только с прямым умыслом. Нельзя изменить государству случайно или по неосторожности -- тогда это точно не государственная измена. Так говорит закон -- и требует от обвинения доказать этот прямой умысел. Вот то самое ""шпиён" отчётливо понимает: отдаёт он именно секреты и именно представителям иностранной разведки". Странный, конечно, закон, очень много неудобств обвинителям создаёт, но -- Dura lex, sed lex.>(2) Тут уж ничего не попишешь.
Что касается осознания секретов… -- похоже, с этим уже всё ясно. Ну нет никакой у прокуроров возможности доказать, что Сутягин ясно понимал -- отдаёт секреты, если прокуроры по-хорошему вообще не могут внятно и уверенно сказать, что же Сутягин на самом деле отдал! Насчёт же принадлежности "Альтёрнатив Фьючерз" к чужой разведке и осознания этого факта Сутягиным…
Отдали бы вы своего ребёнка, мучающегося с острым аппендицитом, в лечение машинисту тепловоза -- вместо хирурга? Правильно, и я бы тоже не отдал. Каждый должен заниматься своим делом. Машинист -- водить тепловозы. Хирург -- удалять воспалённый аппендикс. Определять, принадлежит ли тот или иной человек к чужой разведке, должен контрразведчик. Потому что умеет -- учился. Физик, пускай даже и работающий в Институте США и Канады Академии наук, не может определить принадлежность кого бы то ни было к разведке, что чужой, что своей. Ну не учили его на это! Так что с осознанием Сутягиным факта работы Кидда и Локк в военной разведке США, по-моему, тоже всё понятно.
Главное же, что и осознавать, похоже, было особенно нечего. Тут вот какая история. Следователи, работавшие по моему делу, вообще-то официально признали, что даже и их познаний совершенно недостаточно для ответа на вопрос: так разведчики Кидд и Локк или же нет? Для того, чтобы пролить свет на эту загадку, нужны ещё более специальные, чем у следователей ФСБ, навыки -- на этот счёт было вынесено несколько постановлений. (Все они тихо ждут своего исследователя в томе 9 "дела Сутягина".) По определению "разведывательной принадлежности" моих британских работодателей работал Научно-исследовательский центр (НИЦ) ФСБ России. Восемь месяцев работал! А затем заместитель начальника НИЦ по науке, доктор контрразведывательных наук (и такие, оказывается, существуют!) полковник В. Семёнов докладывал в суде результаты проведённого исследования. Слушали мы его, затаив дыхание.
-- Подтверждаете ли вы вывод своего экспертного заключения о том, что Кидд и Локк являются представителями спецслужб США? -- был вопрос суда полковнику.
После двухдневного допроса в зале суда полковник дал потрясающий ответ.
-- Я действительно не могу однозначно сказать, что они принадлежат к американским спецслужбам, -- вот что сообщил доктор наук Семёнов ошеломлённым слушателям.
-- Но в вашем заключении говорится, что Кидд и Локк -- кадровые сотрудники американской военной разведки! -- прозвучало уточнение.
Полковник был непреклонен.
-- У меня нет фактических данных, свидетельствующих о том, что Кидд и Локк принадлежат к разведке вообще и к военной разведке США в частности. Из материалов дела не следует, что Кидд и Локк являются представителями разведки вообще и кадровыми сотрудниками в частности.
Ну что я мог в такой ситуации "осознавать"? Я и не думал, что они чьи-то шпионы…
В общем, никак не конструируется из моего дела 275-я статья. Факт передачи чего-то конкретного не доказан -- потому что госбезопасности по большому счёту вообще неизвестно, что же "передано" (словам Сутягина верить нельзя, а перепроверить их не удалось -- потому что и не пытались). По этой причине затруднительно доказать и утверждения о "секретности" того самого неизвестного "переданного". И, соответственно, об осознании мною этой "секретности". Принадлежность британцев к американской военной разведке и вовсе повисает в воздухе… Нет, не могла юридически грамотно применённая статья 275 УК РФ стать основой для моего осуждения! Нельзя признать виновным в том, что не доказано! Конечно, если вы не Королева из льюискэрролловской Страны чудес…

Игорь Сутягин – автор многих публикаций научного и публицистического характера. Писать рассказы он начал лишь после нескольких лет пребывания в колонии. Его первые художественные произведения участвовали во всероссийском литературном конкурсе имени Анны Ахматовой и были высоко оценены жюри. В настоящее время они изданы в сборнике рассказов "На полпути к сибирским рудам".

Игорь Сутягин -- автор многих публикаций научного и публицистического характера. Писать рассказы он начал лишь после нескольких лет пребывания в колонии. Его первые художественные произведения участвовали во всероссийском литературном конкурсе имени Анны Ахматовой и были высоко оценены жюри. В настоящее время они изданы в сборнике рассказов "На полпути к сибирским рудам".

Игорь Сутягин – автор многих публикаций научного и публицистического характера. Писать рассказы он начал лишь после нескольких лет пребывания в колонии. Его первые художественные произведения участвовали во всероссийском литературном конкурсе имени Анны Ахматовой и были высоко оценены жюри. В настоящее время они изданы в сборнике рассказов "На полпути к сибирским рудам".

Игорь Сутягин -- автор многих публикаций научного и публицистического характера. Писать рассказы он начал лишь после нескольких лет пребывания в колонии. Его первые художественные произведения участвовали во всероссийском литературном конкурсе имени Анны Ахматовой и были высоко оценены жюри. В настоящее время они изданы в сборнике рассказов "На полпути к сибирским рудам".

Игорь Сутягин – автор многих публикаций научного и публицистического характера. Писать рассказы он начал лишь после нескольких лет пребывания в колонии. Его первые художественные произведения участвовали во всероссийском литературном конкурсе имени Анны Ахматовой и были высоко оценены жюри. В настоящее время они изданы в сборнике рассказов "На полпути к сибирским рудам".

Игорь Сутягин – автор многих публикаций научного и публицистического характера. Писать рассказы он начал лишь после нескольких лет пребывания в колонии. Его первые художественные произведения участвовали во всероссийском литературном конкурсе имени Анны Ахматовой и были высоко оценены жюри. В настоящее время они изданы в сборнике рассказов "На полпути к сибирским рудам".

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.

О чем эта книга? О проходящем и исчезающем времени, на которое нанизаны жизнь и смерть, радости и тревоги будней, постижение героем окружающего мира и переполняющее его переживание полноты бытия. Эта книга без пафоса и назиданий заставляет вспомнить о самых простых и вместе с тем самых глубоких вещах, о том, что родина и родители — слова одного корня, а вера и любовь — главное содержание жизни, и они никогда не кончаются.

Нечто иное смотрит на нас. Это может быть иностранный взгляд на Россию, неземной взгляд на Землю или взгляд из мира умерших на мир живых. В рассказах Павла Пепперштейна (р. 1966) иное ощущается очень остро. За какой бы сюжет ни брался автор, в фокусе повествования оказывается отношение между познанием и фантазмом, реальностью и виртуальностью. Автор считается классиком психоделического реализма, особого направления в литературе и изобразительном искусстве, чьи принципы были разработаны группой Инспекция «Медицинская герменевтика» (Пепперштейн является одним из трех основателей этой легендарной группы)

Перед вами первая книга прозы одного из самых знаменитых петербургских поэтов нового поколения. Алла Горбунова прославилась сборниками стихов «Первая любовь, мать Ада», «Колодезное вино», «Альпийская форточка» и другими. Свои прозаические миниатюры она до сих пор не публиковала. Проза Горбуновой — проза поэта, визионерская, жутковатая и хитрая. Тому, кто рискнёт нырнуть в толщу этой прозы поглубже, наградой будут самые необыкновенные ущи — при условии, что ему удастся вернуться.