Невеста скрипача - [10]
— У них часики золотые, с секретцем: когда отстанут, а когда и поспешат! А то совсем остановятся — переучет. Выручку сдаем, товар принимаем, ревизия, тары нет. Сам в торговой сети работаю, знаю! Ненормированный рабочий день, — рассуждал хорошо знакомый Шурику пронзительный голос.
— Он у начальства ненормированный, — возразила старушка, одетая в старый офицерский китель с подвернутыми рукавами. — А продавцы что ж, разве они начальство? Это в войну, тогда — да, спорить не стану…
— Те же у фонтана, — пробормотал Шурик, узнавая Витьку Бирюка, и тронул его за рукав.
Витька живо обернулся.
— Шура, ты ли это? — вскричал он.
— Я, я, — ответил Шурик.
Витька с восхищением оглядел Шурика с фуражки до сапог, а потом с сапог до фуражки.
— Лоб вымахал, лоб, — сказал он. — Здравия желаем, гражданин генерал-сержант. Много у вас лычек! — Витька, дурачась, сделал «под козырек».
— К пустой голове руку не прикладывают, — снисходительно улыбнулся Шурик. — Ну, здорово! — И сжал протянутую Витькой руку.
— Силен, лбина, силен! — оценил рукопожатие Бирюк. — Отъелся на кирзе, — проявил он удивившее Шурика тонкое знание солдатского рациона. — Как ты насчет выпить, Шура? Я-то винца хотел на одного, но теперь, гляжу, мои планы меняются…
— Не за мылом пришел, — ответил Шурик, пряча за грубостью смущение. — Я и сам хотел…
Он расстегнул и снова застегнул ремень, втянув живот и чувствуя, как под ремнем и мундиром намокла майка. Витька как бы невзначай скользнул взглядом по ремню.
— Чтобы сердцу дать толчок, очень нужен троячок! — прищелкнув пальцами, дурашливо продекламировал он и заслужил укоризненные взгляды очереди.
Бабушка в кителе даже отвернулась, но Витька не обратил на нее никакого внимания.
— Я тут пятерочку закалымил, — шепотом пояснил он, дыша Шурику в лицо табаком, — одному тут фраеру холодильничек достал, доставил и поставил. С гарантией… Я теперь на важной работе. Я товаровед, Шура! Будь здоров, какая работенка. Но требует… — Бирюк прямым пальцем потыкал себя в лоб. — Слушай, Шура, а почему у нас с тобой нет ба-альших, — он, как в детской игре «каравай», показал, каких именно, — рублей?
— Не заработали, — отрывисто ответил Шурик.
Он извлек из кармана военный билет, а из билета десятку. «Чужие ведь, — остановили его сомнения. — А, ладно, — решил он, — семь бед, один ответ».
— Строго пополам, — сказал Витька, разрешая все Шуриковы сомнения, и вытянул десятку из его вялых пальцев. — Все строго пополам, Шура. А как же? Только так!
А тут и магазинная дверь отворилась.
Старики и старушки, толкая друг друга и стукаясь о толстое стекло, втекли в магазин. Продавщицы расходились, дожевывая и перекликаясь, — каждая к своим весам. Тощая, из кафетерия, та, что показывала очереди часы и грозила пальцем, привстав на носки, переливала из трехлитровой банки в стеклянный конус мутный и густой сок синеватого цвета. Кассирша устроилась на высоком табурете и заперла свою стеклянную клетку изнутри. Пенсионеры разбрелись к прилавкам. После давки в дверях оказалось, что их неожиданно мало. Только у штучного отдела, под плакатиком «Деньги платить продавцу», писанным от руки, скопилась жиденькая очередь. Старуха в офицерском кителе заняла позицию у прилавка и, широко расставив локти, вытаскивала из кошелки порожние бутылки разных цветов и калибров.
— Сколько возьмем, Шура? — обернулся Витька Бирюк. — Две хватит?
Он не глядя оттеснил бабушку с кошелкой в сторону. Печально звякнули бабкины бутылки. Бабка молча сопротивлялась, тыкая своим острым локтем Витьке в грудь. Глядя на них, молчала и очередь.
Шурик недоуменно развел руками.
— Боевую давай, — сказал он, вспомнив Саню-«москвача». — Смотри сам… — и отошел к витрине.
Прислонясь к большому и теплому стеклу, Шурик начал думать о том, как дальше жить. Дождаться понедельника, набить милиционеру морду, а Нину за руку увести домой?.. Но всю жизнь над ним будут смеяться, а за милиционера могут и посадить. Уехать? А мама? И потом — куда уедешь, если Витька Бирюк разменивает сейчас последнюю десятку, и та чужая?
— Ничего, — проговорил Шурик вслух, — расплачусь…
— А как же? — подтвердил Витька. — Расплатишься, Шура. Как не расплатиться! Глаз за глаз, зуб за зуб. Как учили отцы святые!
В одной руке Бирюк, зажав горлышки между пальцев, цепко держал две бутылки с водкой, а на ладони другой, под пачкой «Беломора», — мятые бумажки, присыпанные сверху мелочью.
Между большим и указательным пальцами той руки, которая сжимала горлышки бутылок, Шурик увидел тусклый синий якорек. Раньше, еще в школе, Бирюк часто рисовал на этом месте якорь — чернилами или химическим карандашом. Теперь татуировка была настоящей.
— Обязательно надо расплатиться, Шура, — повторил Витька. — Мы же женьтельмены!
Шурик вяло отмахнулся и отделился от теплого стекла. Ему было жарко в суконном мундире, с лица тек обильный пот.
— А где употребим, Шура? — нисколько не обидевшись, спросил Бирюк. — В столовой, а? А то в кино пойдем, — предложил он, и глаза его загорелись. — Есть там, Шура, одна, буфетчицей работает. Там сеанс, а ты сидишь спокойно и пиво пьешь. Как девять бутылок выпьешь, десятую бесплатно дает — удивляется!..
![Перед уходом](/storage/book-covers/e1/e1e32939c0b3d6bbd4140a93828e4141e985a237.jpg)
Героиня повести Н. Студеникина «Главпочтамт, до востребования» — молодая женщина, у которой непросто сложилось начало жизни. Но она находит в себе силы достойно преодолевать жизненные трудности, принимать верные, серьезные решения.Повесть «Перед уходом» учит доброте, говорит о том, что главное назначение человека в этом мире — делать жизнь лучше, чего бы это ни стоило.
![Коробочка с синдуром](/storage/book-covers/51/5188956c0b33ea994ecf8992e1edeacd83ab9f47.jpg)
Без аннотации Рассказы молодого индийского прозаика переносят нас в глухие индийские селения, в их глинобитные хижины, где под каждой соломенной кровлей — свои заботы, радости и печали. Красочно и правдиво изображает автор жизнь и труд, народную мудрость и старинные обычаи индийских крестьян. О печальной истории юной танцовщицы Чамелии, о верной любви Кумарии и Пьярии, о старом деревенском силаче — хозяине Гульяры, о горестной жизни нищего певца Баркаса и о многих других судьбах рассказывает эта книга.
![Это было в Южном Бантене](/storage/book-covers/a6/a63bdc00a3342afdc362d24dcd93225f410fb3c0.jpg)
Без аннотации Предлагаемая вниманию читателей книга «Это было в Южном Бантене» выпущена в свет индонезийским министерством общественных работ и трудовых резервов. Она предназначена в основном для сельского населения и в доходчивой форме разъясняет необходимость взаимопомощи и совместных усилий в борьбе против дарульисламовских банд и в строительстве мирной жизни. Действие книги происходит в одном из районов Западной Явы, где до сих пор бесчинствуют дарульисламовцы — совершают налеты на деревни, поджигают дома, грабят и убивают мирных жителей.
![Женщина - половинка мужчины](/storage/book-covers/3d/3dd24ff43765199346edc29f434dab488d5bb008.jpg)
Повесть известного китайского писателя Чжан Сяньляна «Женщина — половинка мужчины» — не только откровенный разговор о самых интимных сторонах человеческой жизни, но и свидетельство человека, тонкой, поэтически одаренной личности, лучшие свои годы проведшего в лагерях.
![Настоящие сказки братьев Гримм. Полное собрание](/storage/book-covers/38/38ec9f4af6f61c1be8a3fbc00ae1439d5e31a865.jpg)
Меня мачеха убила, Мой отец меня же съел. Моя милая сестричка Мои косточки собрала, Во платочек их связала И под деревцем сложила. Чивик, чивик! Что я за славная птичка! (Сказка о заколдованном дереве. Якоб и Вильгельм Гримм) Впервые в России: полное собрание сказок, собранных братьями Гримм в неадаптированном варианте для взрослых! Многие известные сказки в оригинале заканчиваются вовсе не счастливо. Дело в том, что в братья Гримм писали свои произведения для взрослых, поэтому сюжеты неадаптированных версий «Золушки», «Белоснежки» и многих других добрых детских сказок легко могли бы лечь в основу сценария современного фильма ужасов. Сестры Золушки обрезают себе часть ступни, чтобы влезть в хрустальную туфельку, принц из сказки про Рапунцель выкалывает себе ветками глаза, а «добрые» родители Гензеля и Гретель отрубают своим детям руки и ноги.
![Другая половина мира, или Утренние беседы с Паулой](/storage/book-covers/2b/2ba07cd19a921935d07978537aff9a43a01d690d.jpg)
В центре нового романа известной немецкой писательницы — женская судьба, становление характера, твердого, энергичного, смелого и вместе с тем женственно-мягкого. Автор последовательно и достоверно показывает превращение самой обыкновенной, во многом заурядной женщины в личность, в человека, способного распорядиться собственной судьбой, будущим своим и своего ребенка.