-Внутренний, строевой. . еще, эта... дисциплинарный...
Hехорошо дело. Этак следующим он спросит меня, а оставаться здесь еще на два часа, когда так хочется домой... Однако, тут вновь без стука вваливается завкафедрой.
- Hужны четверо добровольцев! - с места в карьер шпарит он, ты, ты, ты и ты! - палец с обломанным ногтем тычет в меня, моего соседа, Санька и Пашку.
В другое время я бы с легкостью измыслил непробиваемую отмазку, но сейчас даже рад избавиться от Дырощепкова. Мы выходим, и за спиной, выходя из класса, показываю ему оттопыренный средний палец. Класс взрывается приглушенным смехом. Абсолютно никакого риска - бедняга слишком медленно соображает, и когда оборачивается, дверь уже закрыта. Однако его лысая голова появляется в коридоре, но поздно - все четверо с одинаково невинным видом таскают мешки. Скрипнув зубами от бессильной злобы, Дырощепков скрывается в классе, а мы тихонько смеемся. Вот только мешки, блин, тяжелые, а тащить их вниз по лестнице четыре этажа, а потом еще до машины завкафедрой. Внутри что-то хрупкое, рассыпчатое. Мука, сахар? А впрочем, не один ли хрен? Главное, тяжело.
С работой справляемся за десять минут, но в класс не приходим до конца пары - танкист обязательно отыграется за неприличный жест за спиной, и для уверенности забананит всех четверых. Так что дураков нет.
Последняя пара кончается, но домой никто не идет. Еще, возможно, наш прикрепленный майор захочет устроить очередной разнос. Однако, нет врывается сияющий Пашка - "Сказал - свободны!". Всех как ветром сдуло, и меня вместе с ними. Еду в автобусе, а внутрях лишь тихая радость как хорошо, что эта тягомотина уже кончилась.
Впрочем, до конца военной кафедры еще полгода. Так что похоже, таких дней еще немало будет впереди, а потом еще месяц войсковых сборов. Целый месяц, а! Hо полгода - это так долго. Может, за это время отменят обязательную воинскую повинность, и на Марсе будут яблони цвести...
Следующий раз занятие военки только в среду, через неделю.
"Семь часов тридцать минут!" - защебечет говорящий буржуйский будильник...
До среды я снова свободный человек.