Наш десантный батальон - [12]

Шрифт
Интервал


Александр:

_НЕ ВСЕ КОТУ МАСЛЕНИЦА._

Караваны - "осмотры" и "досмотры".

Я до сих пор абсолютно различий не чувствую. Это как для моряка "кампа'с", назови с этим ударением или ударение сделай на другом слоге - сущность от этого не меняется. Те же яйца - только вид с боку.


После отпуска по болезни вернулся я в свой батальон. Бригада перебралась из Кундуза в Гардез, мы стояли в Бараках.

Три месяца никаких "боевых" только подготовка боевая: декабрь, январь, февраль. Колонны. Завозятся материальные средства и все необходимое для "войнушки". Духи в Логаре и Пактии "жирком" стали заплывать.

Это ж где такое видано? Непорядок.

Руководство бригады и провинций приняло решение: пора завязывать с таким положением дел.


"Ценность" или индивидуальность нашего батальона заключалась в том, что "боевые" у нас более суток не затягивались. Максимум двое, как исключение. Норматив спринтера, за 24 часа "начудить" такое, что потом за себя "уши краснеют". Ночь, день - и все.

Комиссии и проверки нас на месте застать практически не могли.

Только вертушка в воздух с проверкой из Гардеза или Кабула, а нас тю-тю, и нету… Включаем ИБД (имитатор бурной деятельности) и, поминай как звали.

Наша "работа" - немножко от разведки и спецназа и от пехоты и блокпостов и сопровождения - всего по чуть-чуть.

"Многоцелевое подразделение" с намеком на десант.

О главном виде боевого обеспечения, каковой является разведка

- тока слыхивали. Сбор, обобщение, анализ разведданных… один ЗНШ батальона (капитан Петраков) да евоный солдат-писарь с картой. Вот и весь комплект занимающихся этим делом. Это позже разведвзвода в батальонах ввели. Поумнели. А в начале и так сходило.

Работали на авось. Может че и "обломится".

Обламывалось. И не только.


Прочитал свои записи… Какой-то я "лаковый" с примесью глянца. Правильный до несуразности!

Чтобы "сгладить" такое впечатление, решил сам себя "приземлить".


Про первый наш выход 1982 года я вкратце написал. А вот где за себя стыдно - опустил.

Стыдно.


Стиснув зубы, начну повествование.

В батальоне все новые. Чувствуешь себя чуть ли не ветераном.

Ну, куда там! Все взводные семерки и обстреляны, и повоевать успели.

Я из госпиталя прибыл. Наградных в штаб бригады на нас "настрочено" по нескольку штук, какие-то даже через Комитет (КГБ) в Москву ушли - за Имам-Сахиб. Это забота пограничника полковника Халейкназарова.


12 марта 1982 года.

У меня не задалось сразу. У 377й бортовой заклинило. Оставил механика Сережу Горшкова в парке:

- К приходу чтобы все было в "ажуре".


"Зеленые" подкатили на КПП, "по их данным" в Алихейле банды и караваны из "дружественной" нам страны изволят по чайханам отдыхать, земные радости вкушать, думая о вечном.

Короче, выход в двенадцать ночи. Семерка впереди.

Комбат назначил меня в головной дозор. Показал на карте точку немного восточнее Алихейля:

- Вперед, мы за тобой!

- Ого! Так это ж на границе…


Фары по-боевому. Скорость колонны не более 15-20 км. Полное радиомолчание. Рота за ротой, взвод за взводом…

Идем по пустыне, правда, какая это пустыня - камни одни.

Горное плато до пакистанской границы, от нас километров пятьдесят, а далее горы к небу уходили до 4-5 тысяч метров, нагромождаясь одна на другую, со снежными верхушками. Выход в пустыню через считанные проходы был. А между этими нагромождениями скал кишлачки прятались, соединенные между собой горными тропами. Алихейль - на высоте около

2000 метров. Вот оттуда основные караваны на Бараки и шли, сначала скученно, а затем по тропам в пустыне расползались.

И так, в полнейшей тишине, под шелест гусениц, мы прибыли в назначенный район. К пологим предгорьям.

Спешились.

Уточнили задачи.

КП батальона с нами, восьмерка с "друзьями" ХАДовцами через проходы с рассветом начинает "талаши контроль" - прочесывание. Им еще километров восемь по горкам пилять на западные вершины. Мы, т.е. семерка, седлаем с востока господствующие высотки на обратных скатах, выходящих к населенному пункту. Диспозиция ясна. К делу.

Я опять в авангарде. Доползаем до тактического гребня, переваливаем через вершину. Ни дай бог кто на фоне неба засветится.

Сразу обнаружат.


Рассветает.

Внизу из домов дымки. Скотина мычит, корма требует. Кишлак начинает просыпаться. Петухи заливаются. Собаки "брешут". Намаз к заутрене. Идиллия…

Фазик уходит вправо, за ним Леха Зиновьев - на соседние высотки. Я спускаюсь с гор ближе к кишлаку. Ротный выше метров на двести за огромным валуном с минометным взводом и с ним пару расчетов ПК. Еще выше, на гребне, комбат с камарильей (АГС, ЗРВ, взвод связи). Броннегруппу оставили на зампотеха с минометной батареей у предгорий, в резерве.

Уже ползком передвигаемся на выбранные позиции. Ползу… За мной взвод - бойцы первый раз на выходе. Виду не подают, но по глазам видно: мандраж где-то внутри запрятан.

Пррррррр… Впереди на тропке клубок… зашевелился… Ба!…

Коброчка. И не одна!!! Головку приподняла. Я - стопор, руками в грунт, включаю "заднюю" передачу, а на ботинки группа начинает давить, не понимая в чем дело.

Сиганет не сиганет. "Сдулась". Уползла. Я только пот холодный с лица смахнул.


Распределились. Начали огневые точки из камней выкладывать.


Рекомендуем почитать
Крылья Севастополя

Автор этой книги — бывший штурман авиации Черноморского флота, ныне член Союза журналистов СССР, рассказывает о событиях периода 1941–1944 гг.: героической обороне Севастополя, Новороссийской и Крымской операциях советских войск. Все это время В. И. Коваленко принимал непосредственное участие в боевых действиях черноморской авиации, выполняя различные задания командования: бомбил вражеские военные объекты, вел воздушную разведку, прикрывал морские транспортные караваны.


Девушки в шинелях

Немало суровых испытаний выпало на долю героев этой документальной повести. прибыв на передовую после окончания снайперской школы, девушки попали в гвардейскую дивизию и прошли трудными фронтовыми дорогами от великих Лук до Берлина. Сотни гитлеровских захватчиков были сражены меткими пулями девушек-снайперов, и Родина не забыла своих славных дочерей, наградив их многими боевыми орденами и медалями за воинскую доблесть.


Космаец

В романе показана борьба югославских партизан против гитлеровцев. Автор художественно и правдиво описывает трудный и тернистый, полный опасностей и тревог путь партизанской части через боснийские лесистые горы и сожженные оккупантами села, через реку Дрину в Сербию, навстречу войскам Красной Армии. Образы героев, в особенности главные — Космаец, Катица, Штефек, Здравкица, Стева, — яркие, запоминающиеся. Картины югославской природы красочны и живописны. Автор романа Тихомир Михайлович Ачимович — бывший партизан Югославии, в настоящее время офицер Советской Армии.


Молодой лес

Роман югославского писателя — лирическое повествование о жизни и быте командиров и бойцов Югославской народной армии, мужественно сражавшихся против гитлеровских захватчиков в годы второй мировой войны. Яркими красками автор рисует образы югославских патриотов и показывает специфику условий, в которых они боролись за освобождение страны и установление народной власти. Роман представит интерес для широкого круга читателей.


Дика

Осетинский писатель Тотырбек Джатиев, участник Великой Отечественной войны, рассказывает о событиях, свидетелем которых он был, и о людях, с которыми встречался на войне.


Партизанки

Командир партизанского отряда имени К. Е. Ворошилова, а с 1943 года — командир 99-й имени Д. Г. Гуляева бригады, действовавшей в Минской, Пинской и Брестской областях, рассказывает главным образом о женщинах, с оружием в руках боровшихся против немецко-фашистских захватчиков. Это — одно из немногих произведенной о подвигах женщин на войне. Впервые книга вышла в 1980 году в Воениздате. Для настоящего издания она переработана.