На острие танкового клина. Воспоминания офицера вермахта, 1939–1945 - [154]
У меня часто возникало ощущение – двойственное чувство того, что всю первую половину своей жизни я словно бы пребывал в плену – в плену у времени: сначала я был как в тиски зажат прусскими традициями, связан присягой, каковая позволила фашистскому режиму так легко использовать в своих целях военное руководство. Потом моей стране пришлось расплачиваться за это. Мне тоже, наряду с многими и многими тысячами, довелось рассчитаться за все пятью годами русских лагерей.
Как профессиональный солдат, я поневоле несу часть общей вины, но как человек – просто человек – я таковой не чувствую.
Я надеюсь, что нигде в мире не найдется больше страны, в которой молодежь позволит правительствам воспользоваться собой.
Январь 1989 г. Мой телефон вновь зазвонил:
– Говорит Герард Бандомир. Вы меня помните? Я служил в 21-й танковой дивизии командиром 3-й роты 1-го батальона вашего 125-го полка. Мне понадобилось столько времени, чтобы разыскать вас, и я так счастлив, что мне это удалось. Хотите послушать о том, что тогда случилось на нашем участке?
– Бандомир! Боже мой, какое чудо! Просто не верится! Прошло уже 45 лет! Но ваш батальон перестал существовать после операции «Гудвуд»! Вы первый, от кого я услышу о том, что действительно происходило. Нам надо встретиться!
Бандомир приехал в Гамбург и рассказал мне о том, в какой мясорубке очутился в Нормандии 1-й батальон тем солнечным июльским утром. Он с радостью принял мое приглашение поехать в Нормандию в июне 1989 г., где мне предстояло читать об операции лекции курсантам Шведского Военного училища. Бандомир впервые оказался в местах, ставших адом для его роты много лет назад.
Вот рассказ Бандомира.
В период после дня «Д» и до 18 июля 1944 г. мы дислоцировались в районе населенного пункта Ле-Мениль-Фремантель. Наша дивизия входила в состав резерва корпуса, но тем не менее мы готовили себе оборонительные позиции севернее этого небольшого селения.
Ввиду 100-процентного превосходства в воздухе противника работали мы только по ночам. Наш штаб располагался в овражке немного к востоку от фермы. Овражек, который мы значительно углубили, прикрыли балками, соломой и присыпали грунтом, находился за оградой, окружавшей ферму. Моя 3-я рота и 2-я рота рассредоточились к северу от фермы и хорошо окопались. Где размещались другие роты, я не помню. Стараясь подготовить все как можно лучше, мы трудились на позициях в темное время суток, а отдыхали днем. Ничего особенного не происходило.
Вот такое положение сложилось у нас в ночь с 17 на 18 июля.
Перед самым рассветом 18 июля я находился в нашем штабе в овражке. Мы едва успели приготовить завтрак, когда около 6 утра услышали рокот двигателей приближавшихся со стороны моря самолетов. Мы увидели множество бомбардировщиков, которые шли высоко и отчетливо просматривались в высоком небе прямо над нами. Казалось, им нет конца. Мы решили, что эти эскадрильи, должно быть, участвуют в очередном налете на немецкие города, и с сожалением подумали о том, каково придется нашим там, куда летят эти стаи. Но вдруг первый клин принялся сбрасывать бомбовую нагрузку над районом Эмьевиля, затем то же сделали машины и второго эшелона. Наши зенитчики в Кане и около него открыли огонь и сбили один бомбардировщик.
На земле между тем стало не лучше, чем в аду.
Вражеские формирования, сменяя одно другое, бомбили и бомбили нас в течение двух часов. Мы ничего не предпринимали – просто ничего не могли поделать – только сидели и ждали, когда за нами явится смерть. Цель налета заключалась, по-видимому, в том, чтобы вывести из строя наше тяжелое вооружение. Сам видел, как прямым попаданием бомбы была уничтожена хорошо подготовленная огневая позиция – 10,5-см противотанковое орудие превратилось в дым. Между тем благодаря тому, что мы очень глубоко зарылись в землю, потери у нас оказались сравнительно невысокими. Однако нельзя не признать, сколь глубоко сказывался на солдатах психологический эффект от демонстрации противником своего безграничного господства в воздухе.
За бомбардировками последовал мощный артиллерийский обстрел с моря и суши. Снаряды буквально перепахали каждый метр на нашем участке. На наш штаб пришлось два или даже три попадания, однако он уцелел. В наш блиндаж забежал заяц, запрыгнул ко мне на руки и принялся лакать кофе из моей чашки! А на прощание он прогрыз дырку в моем рукаве.
Позднее я пришел к убеждению, что 18 июля стало прелюдией новой эры войны – ядерной эры.
Когда артиллерийский огонь вдруг по прошествии нескольких часов прекратился, мы страшно поразились тому, что все еще живы. Мы осторожно высунулись из окопов и увидели, что вся равнина к северу от нас словно усыпана танками, медленно продвигавшимися через разбомбленный район по направлению к Каньи. К большому нашему удивлению, техника шла без сопровождения пехоты. Мы были бессильны что-либо предпринять против танков с нашими винтовками, автоматами и пулеметами. Между тем, несмотря на плотный пулеметный огонь бронетехники, когда ползком, когда перебежками мы смогли добраться до стены фермы, где надеялись отыскать кого-нибудь из нашей роты, но никого не нашли. Я перепрыгнул через ограду, стремясь поскорее добежать до штаба 1-го батальона, но тут же бросился обратно, потому что танки уже врывались на командный пункт. Тогда мы решили уходить на юг, чтобы пробраться в штаб-квартиру нашего полка. По дороге нам попадалось множество убитых и раненых. Те раненые, кто еще сохранил способность сражаться, присоединялись к нам. В ожидании темноты мы укрылись в поле. Но и тут не было спасения от наступающих танков. Мы понесли потери. Тем, кто еще оставался в строю, я приказал прекратить сопротивление.
![Адмирал С.И.Мордвинов. Сподвижник Петра](/storage/book-covers/6a/6a8c62108d2346031e2324da26d866ef8176fa95.jpg)
Перед Вами история жизни нашего соотечественника, моряка и патриота, учёного и флотоводца, с детских лет связавшего свою жизнь с Великим Преобразователем России и любимым детищем Петра-Русским Флотом. Пройдя отбор в Навигацкую Школу, получив начальные знания и практику плавания, отправлен для обучения во французский флот, где прошёл полный курс обучения от корабельного гардемарина до офицерского звания корабельного подпоручика. Доказав затем всей своей жизнью и службой правильный выбор Петра и свою преданность Родине.
![Адмирал Лефорт. Начало Русского флота](/storage/book-covers/41/41bae4d80dbf6ab1c93f1e805fc133f50c1d3add.jpg)
Перед Вами история жизни интереснейшего человека, авантюриста и искателя приключений, соратника молодого Российского царя по реформированию всех сфер жизни страны – первого Российского Адмирала, Франца Яковлевича Лефорта. Адмирал Лефорт проявил себя не только, как грамотный военачальник – в боях и походах, но и как незаурядный дипломат и государственный деятель. Многие монархи Европы желали, чтобы он не помогал осуществлять Петровские реформы, но он до конца остался верен России и Петру Первому. Ныне стоит вспомнить о незаслуженно забытом адмирале, его подвигах и заслугах перед Россией. В Приложение: Часть неизданного биографического сочинения старшего библиотекаря Императорской публичной библиотеки Д.М.Поссельта Морской сборник за 1863 год.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
![Адмирал Конон Зотов – ученик Петра Великого](/storage/book-covers/2a/2a2fb7345740bb881838ef38ba71000c40c32e22.jpg)
Перед Вами история жизни первого добровольца Русского Флота. Конон Никитич Зотов по призыву Петра Великого, с первыми недорослями из России, был отправлен за границу, для изучения иностранных языков и первый, кто просил Петра практиковаться в голландском и английском флоте. Один из разработчиков Военно-Морского законодательства России, талантливый судоводитель и стратег. Вся жизнь на благо России. Нам есть кем гордиться! Нам есть с кого брать пример! У Вас будет уникальная возможность ознакомиться в приложении с репринтом оригинального издания «Жизнеописания первых российских адмиралов» 1831 года Морской типографии Санкт Петербурга, созданый на основе электронной копии высокого разрешения, которую очистили и обработали вручную, сохранив структуру и орфографию оригинального издания.
![Между жизнью и честью. Книга I](/storage/book-covers/46/4659633363fb926a4a42e9a9e2ce12c4f5b95f4b.jpg)
Нина Фёдоровна — дочь гвардии лейтенанта, командира взвода отдельного 148 инженерно-танкового полка танкистов-тральщиков. «Тех, кто с первых дней Великой Отечественной войны вступил в неравную схватку с вооружённым до зубов врагом, прошагал „полземли“, — говорит автор, — давно нет в живых. Но ещё живы прямые наследники Победы — дети фронтовиков, которые из первых уст слышали рассказы о героическом солдатском пути, о том, как тяжело ковалась Победа. Я имела счастье жить рядом с героями, общаться и поэтому просто обязана передать потомкам боль и вместе с ней гордость за могучий советский народ.
![Между жизнью и честью. Книга II и III](/storage/book-covers/11/1101c485585cb237d8b5d12ac35b2f3cf1d2a0eb.jpg)
Вторая книга Нины Фёдоровны Войтенок посвящена героям бронетанковых и механизированных войск, в которых проходил службу и воевал с первых и до последних дней её отец гвардии лейтенант Войтенок Фёдор Иосифович — командир взвода 148 отдельного инженерного танкового полка 3-го Белорусского фронта. Приграничное сражение, битва за Москву, «Ржевская мясорубка», операция «Багратион», Восточно-Прусская операция, война с Японией — всё это довелось пройти двадцатилетнему деревенскому пареньку вместе с боевыми товарищами. Они шли сквозь огонь и воду, горели, замерзали, были не единожды ранены и контужены.
![На боевом курсе](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Войска СС в бою](/storage/book-covers/e5/e58527755b955acbeade02de9e8c7a6a6d676ff7.jpg)
Впервые на русском языке публикуется книга генерал-полковника Пауля Хауссера - одного из создателей войск СС, который принимал участие в формировании мировоззрения и идеологии гвардии Третьего рейха. Его книга, написанная с прямотой старого офицера, отчасти наивная и даже трогательная в этой наивности, будет весьма интересна для читателя. Это - другой взгляд на войска СС, не такой, к какому мы привыкли. Взгляд гвардейского генерала на черномундирные полки, прошедшие длинный фронтовой путь и особенно "отличившиеся" в сражениях на восточном театре военных действий.
![Сталинградская трагедия. За кулисами катастрофы](/storage/book-covers/dc/dc052172c45b5fa3a96f7374239d06e6ca1fb0ca.jpg)
Маршал А.И. Еременко: Иоахим Видер участвовал в битве на Волге в составе 6-й армии в качестве офицера для особых поручений и офицера разведотдела VIII армейского корпуса этой армии. Он принимал участие в сражениях под Харьковом, а затем с 6-й армией дошел до Сталинграда, где разделил участь окруженных войск. В течение нескольких лет Видер находился в советском плену, а затем возвратился в Западную Германию, где проживает и поныне. Видер – сын католического священника, весьма религиозный человек, которого не заподозришь в симпатиях к коммунизму.
![Вервольф. Осколки коричневой империи](/storage/book-covers/43/43915da8849728e915b7aa3d4e448875ef60b81d.jpg)
Немецкое партизанское движение («Вервольф») еще до некоторых пор оставалось закрытой страницей для отечественного читателя. Многочисленные добровольцы, сражавшиеся после капитуляции Германии против Красной Армии и Союзников, долгое время оставались в массовом сознании фанатиками, которые предпочитали погибнуть за сгинувший нацистский режим. Данная книга позволяет ответить, кто и как попадал в немецкое партизанское движение «Вервольф». Были ли они фанатиками, ослепленными идеологией, или невольными участниками, которые в силу обстоятельств не могли выбрать мирную жизнь.
![Крестовый поход на Россию](/storage/book-covers/96/963e59543b7b9e6fbcd0607aceb46a7e4af8fdc9.jpg)
Восточноевропейские земли своей красотой и природными богатствами издревле привлекали к себе внимание чужеземных захватчиков, как со стороны Азии, так и со стороны Западной Европы. Знаменитый лозунг «Drang nach Osten» («Поход на Восток») был провозглашен Германией еще в Первую мировую войну. В конце 1930-х он вновь стал актуальным. Однако на этот раз он связывался с «крестовым походом» против большевизма. Скорее ради материальной выгоды в виде захвата территорий, нежели по идеологическим соображениям в войну против большевизма наряду с Германией включились такие европейские страны, как Италия, Румыния, Венгрия, Финляндия.