Мы для нас - [8]
— Пять тридцать — это не разговор, — сказал Петров. — Тут морально-этическая сторона. Привяжемся мы к нему, понимаете, а он к нам. А в сентябре отдавай.
— И не надо! — вдруг страстно сказал администратор. — Берите насовсем. И бесплатно. Даже нет, не бесплатно, даже приплачу вам десятку.
Петров изумился еще раз:
— А что хозяин-то скажет? Потом вам-то какая выгода? Приварок-то должен быть для вашей конторы, разве нет?
— Эх, товарищ! — с отчаянием сказал Ожидаев. — Объяснюсь начистоту: вся эта идея с собачьим сервисом выдумана нашим районным заведующим, чтоб ему пусто было! Решил в области отрапортовать: мол, новая форма обслуги населения, по моей инициативе. Только на деле-то пшик получился, никто собак не сдает. То ли не доверяют, то ли черт их знает. Вот этот экземпляр единственный. А мне в отпуск нужно. Куда я его дену?
— Но Шарля все ж таки кто-то вам доверил?
— Да не Шарль он, просто Шарик. Сам прибился. Жалко животное, вот и мучаюсь с ним второй месяц.
— Значит, и никакой он не победитель конкурса?
— Почему? Победитель. Правда, небольшой был конкурс, внутренний. Я бы сказал, камерный.
— Да? Расскажите.
— Да вам неинтересно будет, — засмущался Ожидаев. — Ну, в общем, поставил я ему тарелку борща. И себе. Кто, значит, быстрее съест. Он и выиграл. Обогнал меня минуты на две.
Петров мысленно представил себе этот конкурс и засмеялся.
— Так вы же, наверное, ложкой ели?
— Ну не лакал же.
— Вот и проиграли. Условия неравные были. Я бы опротестовал.
— Ну вот еще! — сказал Ожидаев. — Ничего, я зла на него не держу. И не отдал бы, в отпуск вот только. Возьмите, а? Вот десятка.
— А ну вас с вашей десяткой! — нахмурился Петров и взялся за поводок.
Кузнецовы первый и второй
Тоскующим взглядом проводив отъезжающий автобус с комиссией народного контроля, директор фабрики бытовых лазеров Кузнецов вздохнул, снял через голову ненужный уже финский искрометный галстук, засунул его в карман и, шаркая подошвами, пошел к Иннокентию Крапивину, начальнику отдела кадров.
Крапивин, как всегда, был ряб и деловит. Внимательно нажимая на клавиши микрокалькулятора, он вычислял процент человеко-прогулов за минувший квартал. На столе лежала стопка объяснительных.
«Я, Сидорчук Марат Захарович, наладчик биолазерных установок, настоящим сообщаю, что отсутствовал на рабочем месте с 2 по 16 августа включительно исключительно по причине родного зятя...» — успел прочитать директор на верхнем листке.
Крапивин вскинул на директора стальные глаза и спросил:
— Что, Александр Николаевич? Скверно?
— Иннокентий, Иннокентий, надо бы сквернее, да некуда, — ответил Кузнецов. — Не люди, а водовозы. Телегу с бочкой покатили. Не выполняем, вишь, план. Рекламаций гора, Минторг наши лазеры не берет...
— Так ведь так оно и есть.
— Недостача на складе, — продолжал директор. — Четырнадцати лазеров не досчитались.
— И это истинно так, — кивнул кадровик. — Те лазеры главный инженер на спирт сменял, это всем известно. Сорок два литра ректификата.
— Ну-к, я ж не отпирался. Да, говорю, был такой гешефт со стороны бывшего главного инженера. И спросу с него никакого, потому что уволился и в алкогольное заведение подался, на принудлечение. Действительно, отвечают мне, какой спрос с больного человека, так что, выходит, по всем статьям отвечать вам придется.
Директор плюхнулся в зеленое выцветшее кресло, прикурил сигарету от настольного лазера.
— И как же просил я тебя, Иннокентий: найди ты мне стоящего главного инженера, толковый чтоб был и непьющий. Погибаю ведь. Я общее руководство осуществляю, а в этой чертовой технике разбираться не обязан. Для меня все эти новации — что лазеры, что мазеры, что, скажем, стихи Вознесенского — сплошные черные дыры. Вот скажи: почему потребитель на нашу продукцию волком смотрит? Почему, к примеру, наш лазер ольховые дрова пилит, а в сосновых увязает? Специалист мне нужен, Иннокентий, позарез. Или уже непьющих специалистов нету?
— Почему нету? — сказал Крапивин. — Есть один непьющий. Вчера только с ним беседовал. Дело знает до тонкости. Не привлекался, грамотой награжден.
— Так что ж ты молчишь, терзатель! — воскликнул директор. — Выкладывай, золото ты мое!
— Загвоздка некоторая имеется, не знаю, как и быть...
— Аморальная? — попытался догадаться Кузнецов.
— Нет, по этой линии у него свято. Женат, детей четверо. Одно дитя ясельное, одно садовское, одно школьное, а четвертого, собственно, нет еще, но вот-вот будет. И не загвоздка даже, а так... недоразумение. Понимаешь, он с тобой одной фамилии. Тоже, стало быть, Кузнецов.
— Эко дело! — сказал директор. — Кузнецовых, Иннокентий, что на небе звезд. Конечно, частичная путаница может произойти, ну да разберемся!
— Путаница, — меланхолично повторил Крапивин. — Но главное, что и зовут-то его тоже Александром Николаевичем. Это уж как-то совсем неприлично получается.
— Да что ты? И зовут так же? Н-да...
— А так мужик толковый, совсем дельный мужик. И его это место как нельзя устраивает.
— Нет, отказываться невозможно! — решительно сказал директор. — Так подфартить раз в жизни может. Зови его, придумаем что-нибудь.
— Ладно, на завтра, на утро договорюсь.
![Коты в кактусах, или Поцелуй юной блондинки](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Шумим, братцы, шумим...](/storage/book-covers/4a/4a54490f6b365662b785b081406cb567bb3bc891.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Чудо на переносице](/storage/book-covers/84/84e5b9e5b53d8fe6c4bc9a1373b01ddd559716fe.jpg)
В сборник вошли рассказы:ПеснярыМоя прекрасная ледиМарианнаПерепискаРазбегПоворотФорс-мажорЧудо на переносицеМеханическая свахаКак мне покупали штаныОрешки в сахареГастрольные страстиЗвезда экранаТолько две, только две зимыКиноафиша месяцаЕще раз про любовьОтель «У Подвыпившего Криминалиста»Пальпация доктора КоробковаИ за руку — цап!Злоумышленник.
![Слабые мира сего](/storage/book-covers/e7/e723c21fd8d378b9a425aa50d58ea7f20e5a38e3.jpg)
Феликс Давидович Кривин не раз издавался в библиотеке «Крокодила». На страницах журнала регулярно печатаются его ироничные новеллы-притчи о представителях живой природы. В книжку «Слабые мира сего» включены «Записки юмориста из живого дома природы».
![Линия длиной 15000 метров](/storage/book-covers/b0/b02a6f816a19f120f50a64a26ad744fc387cb1d8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.