Мы для нас - [9]
— Давай, Иннокентий, на утро, на завтра.
Тезка директору понравился. Крепкий, спокойный, моложавый. На коварный вопрос директора, почему ихние лазеры не справляются с сосновыми дровами, Кузнецов-второй лаконично сказал:
— Коэффициент емкости надо выправить в плюсовую сторону. На полчаса работы.
— А вот в Японии, слыхал я, — сказал директор, — уже лазер приспособили тараканов изводить.
— Знаю. Знакомился с рабочими чертежами, — ответил тезка. — К концу года освоим, ничего хитрого. Мало того что тараканов, он и паркет циклевать будет. Одновременно. Это уже моя придумка, у японцев такого нету.
— Золото вы мое! — восхитился директор. — Мы ж с вами в передовиках ходить будем! Все переходящие знамена завоюем! Но как же нам быть с фамилиями-то? Ну, имя-отчество — ладно, бывает, но чтобы еще и фамилия! Ведь нам же документы вместе подписывать! Выходит, две подписи будут: Кузнецов Александр Николаевич и Кузнецов Александр Николаевич. Нет, в управлении нас не поймут. Или такое представим: звонок сверху — срочно Кузнецова Александра Николаевича! А им, значит, отвечают: Александр Николаевич Кузнецов в командировке, так что на месте только Александр Николаевич Кузнецов. Кошмар какой-то! А ведомость, а зарплата? Нас же бухгалтерия путать вечно будет. С вас, скажем, за меня станут бездетность вычитать, а подоходный налог с моей премии на вас переведут. Ой-ой-ой!
Он взялся за голову. Потом с надеждой взглянул на собеседника:
— Александр Николаевич, а если вам сменить фамилию? Нет, правда? Подумайте! Ну, возьмите фамилию жены, например.
— С какой стати? — сказал Кузнецов-второй. — У жены фамилия некрасивая была, она сама-то с радостью на мою поменяла.
— Какая же, если не секрет?
— А чего секрет? Кошкодавова у нее была девичья фамилия.
— Ну и что плохого? — сказал директор. — Звучная, запоминающаяся фамилия. Не то что Кузнецов.
— Вот вы и меняйте на Кошкодавова, если вам нравится. Мы с женой возражать не будем.
— Да я бы с радостью, золото вы мое. Но мне-то никак нельзя. Я на своей должности уже одиннадцатый год. И в управлении меня знают как Кузнецова, и поставщики, и Минторг. А вдруг — здрасте — какой-то Кошкодавов вместо Кузнецова. Кто такой? Зачем? Разговоров не оберешься. А вам все равно, вы человек новый.
— Нет, мне не все равно, — сказал Кузнецов-второй. — У меня почти четверо детей, и все Кузнецовы. Их в школе задразнят. Вас дразнили в школе? Это, знаете, похлестче, чем когда начальство распекает. Нет, лучше уж я другое место поищу.
— Никогда! — закричал директор. — Вы ниспосланы нашей фабрике как манна, как перст судьбы! Костьми лягу! Дайте мне неделю, я все обдумаю, я утрясу в управлении! Договорились? Недельный срок! Давайте ваш телефончик, я сам вас уведомлю!
Как и обещал, он позвонил ровно через неделю.
— Все в порядке, золото вы мое! Все утряслось как нельзя лучше!
— Как утряслось-то? — спросил Кузнецов-второй.
— А очень просто! Сняли меня за развал работы! Так что вы теперь единственным Кузнецовым будете. Кандидатуру директора, сказали, подберут, а против вас возражений нет. Поздравляю!
— Постойте, что ж хорошего-то? А вы-то как?
— Да ну их, эти ваши лазеры, ни хрена я в них не соображаю. Как камень с души, вот вам крест! На улице не останусь, не волнуйтесь. У меня как-никак диплом зоотехника. Мне уже два места предложили: обсерваторией заведовать и в вагон-ресторан шеф-поваром. Пожалуй, в вагон пойду. Уж так я рад за вас, да не за вас, честно говоря, за фабрику мою. Все-таки десять лет как на каторге... Ну, теперь дело пойдет.
И они пошли
Внутри бетонного жилмассива, под тонкой рябиной, увешанной красной россыпью гроздьев, притулился поджарый молодой человек с плоским чемоданчиком. Черные эти чемоданчики называют по-разному: «кейс», «атташе-кейс», а также «дипломат». Но, как бы их ни называли, все равно они крайне неудобны в быту. Больше трех кило картошки в них не запихнуть. И еще: если «дипломат» раскрываешь в людном месте, лежащую на его дне бутылку «Стрелецкой» от любопытных глаз не скроешь. Обычные брюхатые портфели в этом отношении намного практичней.
Хотя наш поджарый, возможно, был непьющим. И картошку таскал в дом, может, не он, а его жена, мама либо теща. Поэтому оставим его чемоданчик в покое и обратим внимание на приближающуюся даму средних лет, обладательницу прекрасных вельветовых джинсов, цепкого взгляда и имени-отчества Нателла Петровна.
— Вы не на лекцию? — спросила она. — Лекция при дэзе — о прочности матримониальных отношений.
— Да, — сказал молодой человек. — Вот вход.
— Так пойдемте, время уже. В объявлении сказано: в тринадцать ноль-ноль. А уже ноль-четыре.
Они вошли в роскошное полуподвальное помещение, выкрашенное радостной темно-серой краской. Навстречу порхнула похожая на суетливого дятла-красноголовика общественница дэза, помоложе Нателлы Петровны, но тоже в джинсах, впрочем, простых, джинсовых. Зато все ее звали только Раей, игнорируя отчество.
— На лекцию сюда, — прочирикала общественница Рая, — в зал направо, пожалуйста.
Уютный зальчик мест на семьдесят пять привлекал белыми гигиеничными креслами и помпезной, под орех, эстрадой.
![Коты в кактусах, или Поцелуй юной блондинки](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Шумим, братцы, шумим...](/storage/book-covers/4a/4a54490f6b365662b785b081406cb567bb3bc891.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Чудо на переносице](/storage/book-covers/84/84e5b9e5b53d8fe6c4bc9a1373b01ddd559716fe.jpg)
В сборник вошли рассказы:ПеснярыМоя прекрасная ледиМарианнаПерепискаРазбегПоворотФорс-мажорЧудо на переносицеМеханическая свахаКак мне покупали штаныОрешки в сахареГастрольные страстиЗвезда экранаТолько две, только две зимыКиноафиша месяцаЕще раз про любовьОтель «У Подвыпившего Криминалиста»Пальпация доктора КоробковаИ за руку — цап!Злоумышленник.
![Слабые мира сего](/storage/book-covers/e7/e723c21fd8d378b9a425aa50d58ea7f20e5a38e3.jpg)
Феликс Давидович Кривин не раз издавался в библиотеке «Крокодила». На страницах журнала регулярно печатаются его ироничные новеллы-притчи о представителях живой природы. В книжку «Слабые мира сего» включены «Записки юмориста из живого дома природы».
![Линия длиной 15000 метров](/storage/book-covers/b0/b02a6f816a19f120f50a64a26ad744fc387cb1d8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.