Марино Фальеро, дож венецианский - [4]
Ну, читай.
Бертуччо
(читает)
"Совет постановил единогласно:
Микеле Стено, как признал он сам,
Виновен в том, что в карнавал последний
На троне дожа вырезал такие
Слова..."
Дож
Ты что? их будешь повторять?
Ты хочешь повторить их, ты, Фальеро?
Повторишь то, что наш позорит род
В лице его главы, кто в ранге дожа,
Меж граждан - первый?.. Приговор прочти!
Бертуччо
Простите, государь; я повинуюсь.
(Читает.)
"Подвергнуть Стено строгому аресту
На месяц".
Дож
Дальше.
Бертуччо
Это все, мой дож.
Дож
Как ты сказал? Все?! Что, я сплю? Неправда!
Дай мне бумагу!
(Читает.)
"Суд постановил
Подвергнуть Стено..."
Поддержи, дай руку...
Бертуччо
Очнитесь, успокойтесь! Гнев бесплоден...
Врача позвать позвольте.
Дож
Стой, ни шагу.
Прошло...
Бертуччо
Вы правы: наказанье слишком
Ничтожно для такого оскорбленья,
И чести нет Совету Сорока,
Коль так легко обиду он карает
Постыдную, что князю нанесли
И также - им, как подданным... Но можно
Найти исход: вновь жалобу подать
Совету или вновь авогадорам,
Те, видя нарушенье правосудья,
Теперь уж не отклонят вашей просьбы,
Дадут вам торжество над наглецом.
Не правда ли? Но что вы так недвижны?
Я вас молю: послушайте меня!
Дож
(кидает на пол дожескую тиару и хочет топтать ее,
но, удержанный племянником, восклицает)
О, сарацин! Прорвись к святому Марку
Приму его с почетом!
Бертуччо
Ради бога
И всех святых, мой государь...
Дож
Уйди!
О, если б генуэзец гавань занял!
О, если б гунн, разбитый мной при Заре,
Бродил вокруг дворца!
Бертуччо
Речь непристойна
Для герцога Венеции.
Дож
Кто герцог
Венеции? Дай мне его увидеть
И попросить о правосудье!
Бертуччо
Если
Забыли вы свой ранг и долг его
Долг человека вспомните, смирите
Порыв свой. Дож Венеции...
Дож
(прерывая)
Такого
Нет! Это - слово! Хуже, - звук, приставка!
Презреннейший, гонимый, жалкий нищий,
Не получив подачки, может хлеба
Искать у сердца подобрей. Но тот,
Кто правосудья не нашел в Совете,
Чей долг со злом бороться, тот бедней
Отверженного попрошайки: раб он!
Таков теперь и я, и ты, и род наш
Вот с этих пор. Мастеровой немытый
В нас пальцем ткнет: аристократ спесивый
В нас плюнуть может - где защита нам?
Бертуччо
Закон, мой дож...
Дож
Его дела ты видел!
Просил я лишь защиты у закона,
Взывал не к мести - к помощи закона,
Искал судей, назначенных законом;
Как государь, я к подданным воззвал,
К тем, кто меня избрали государем,
Двойное право дав мне быть таким.
Права избранья, ранга, рода, чести,
Годов, заслуг, седых волос и шрамов,
Трудов, забот, опасностей, усилий
Всю кровь и пот восьмидесяти лет
Я бросил на весы против позора,
Гнуснейшей клеветы, обиды наглой
Патриция ничтожного - все мало!
И я - терпи!
Бертуччо
Я так не говорил;
И если бы второй ваш иск отвергли,
Уладим дело мы иным путем.
Дож
Вновь иск!.. И ты - сын брата моего?
Ты - отпрыск рода славного Фальеро,
Племянник дожа? Той ли крови ты,
Что трех дала венецианских дожей?
Но прав ты: нам теперь смириться надо.
Бертуччо
Князь мой и дядя! Не волнуйтесь так!
Согласен я: подла обида; подло,
Что не нашла она достойной кары;
Но ваша ярость превышает меру
Любой обиды. Оскорбили нас?
Мы просим правосудья. Нам не дали?
Возьмем! Но будем действовать спокойно:
Месть полная - дочь полной тишины.
Я втрое вас моложе, и люблю я
Наш древний род, чту вас, его главу,
Кто молодость мою берег и нежил;
Но я, ваш гнев и горе разделяя
И негодуя с вами, все ж боюсь,
Что ярость ваша, точно вал Адрийский,
Сметя преграды, пеной лишь плеснет.
Дож
Я говорю... а надо ли?.. отец твой
Все понимать умел без объяснений...
Иль ты способен чувствовать лишь боль
Телесную? А где душа? Где гордость?
Где страстность? Где святое чувство чести?
Бертуччо
Сомненье в нем впервые слышу. Всякий
Другой, не вы, и повторить не смог бы!
Дож
Пойми же всю обиду: хам природный,
Наглец и трус, оправданный мерзавец
Просунул жало в пасквиль ядовитый
И честь, - о боже! - честь моей жены,
Наисвятую долю чести мужа,
Оклеветав, предал молве презренной,
Чернь изощряться будет в грязных толках,
В бесстыдных шутках, в поношеньях гнусных;
А знать, с улыбкой утонченной, сплетню
Распустит, просмакует ложь, в которой
Я - ровня им, любезный рогоносец,
Терпящий... нет, гордящийся позором!
Бертуччо
Но это - ложь; вы знаете, что ложь,
И знают все.
Дож
Но римлянин сказал:
"Супруги Цезаря и подозренье
Касаться не должно", - и с ней расстался.
Бертуччо
Но в наши дни...
Дож
Что Цезарь не стерпел,
То стерпит князь Венеции? Дандоло
Отверг венцы всех цезарей, гордясь
Тиарой дожа, той, что растоптал я,
Как опозоренную.
Бертуччо
Это верно.
Дож
О да!.. Я зла не выместил на бедной
Невинной женщине, столь очерненной
За то, что старца избрала в мужья,
Того, кто другом был ее отцу
И всей семье... Как будто в женском сердце
Есть не любовь, а только вожделенье
К безусым шалопаям... Я не мстил ей
За мерзостный навет клеветника;
Я ждал суда страны моей над ним,
Какого вправе ждать любой бедняк,
Кому нужна жены любимой верность,
Кому очаг его семейный дорог,
Кому честь имени ценнее жизни,
Кому дыханье клеветы и лжи
Все это отравило!..
Бертуччо
Но какое
Вас удовлетворило бы возмездье?
![Вампир](/storage/book-covers/e3/e34d1127c840506cf3357439c9bcbfb9e1505d6d.jpg)
Хотя «Вампир» Д. Байрона совсем не закончен и, по сути, являетя лишь наброском, он представляет интерес не только, как классическое «готическое» призведение, но еще и потому что в нем главным героем становится тип «байронического» героя — загадочного и разачарованного в жизни.
![Манфред](/storage/book-covers/85/8555815ad8d3d3f3be8cd4ce6fff52170b6437e2.jpg)
Мистическая поэма английского поэта-романтика Джорджа Ноэла Гордона Байрона (1788–1824) о неуспокоившемся после смерти духе, стремящемся получить прощение и вернуть утерянную при жизни любовь.
![Корсар](/storage/book-covers/43/43e8f79127ad17ce9e489ccfc810e7518d936138.jpg)
Байрон писал поэму «Корсар» с 18 по 31 декабря 1813 г. Первое издание ее вышло в свет 1 февраля 1814 г.
![Мазепа](/storage/book-covers/10/106fe807637c0a5a35f94a2411bbe39ab6ed6a3e.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Паломничество Чайльд-Гарольда](/storage/book-covers/c1/c1a4bdc393b04805d7f11c6533675a8e377605c8.jpg)
И вечно буду я войну вестиСловами — а случится, и делами! —С врагами мысли…Мне хочется увидеть поскорейСвободный мир — без черни и царей.В этих строчках — жизненное и творческое кредо великого английского поэта Джорджа Гордона Байрона (1788–1824). Его поэзия вошла в историю мировой литературы, как выдающееся явление эпохи романтизма. Его жизненный путь отмечен участием в движении карбонариев и греческих повстанцев за освобождение Италии и Греции от чужеземного ига.Творчество Байрона, своеобразие его поэтического видения оказали заметное влияние на развитие русской поэзии XIX века.Книга издается к 200-летию поэта.Художник А.
![Паломничество Чайльд-Гарольда. Дон-Жуан](/storage/book-covers/7c/7c23fa2536011fc00b48b81d25a9cb31ce8fe705.jpg)
В сборник включены поэмы Джорджа Гордона Байрона "Паломничество Чайльд-Гарольда" и "Дон-Жуан". Первые переводы поэмы "Паломничество Чайльд-Гарольда" начали появляться в русских периодических изданиях в 1820–1823 гг. С полным переводом поэмы, выполненным Д. Минаевым, русские читатели познакомились лишь в 1864 году. В настоящем издании поэма дана в переводе В. Левика.Поэма "Дон-Жуан" приобрела известность в России в двадцатые годы XIX века. Среди переводчиков были Н. Маркевич, И. Козлов, Н. Жандр, Д. Мин, В. Любич-Романович, П. Козлов, Г. Шенгели, М. Кузмин, М. Лозинский, В. Левик.
![Яновский Юрий. Собрание сочинений. Том 3. Пьесы и киносценарии](/storage/book-covers/b2/b25e3dbbe671353d9954af3e145132221e0a13cc.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Золотое сердце. Ветер](/storage/book-covers/0d/0d66ff3db82c4f9a36f164972df81155ff54417b.jpg)
Прижизненное издание. Сборник выпущен в 1922 году Книгоиздательством "Геликон". В него вошли мистерия в четырех действиях "Золотое сердце" и трагедия в пяти действиях "Ветер".Язык русский дореформенный.
![Мутанты](/storage/book-covers/b4/b460d4659a98e38cf9f1227292021a69810499e5.jpg)
Время действия — конец 80-х прошлого века. Места действия: первый акт — Санкт-Петербург, второй — Тель-Авив.Пересказать коротко эту пьесу — все равно, что коротко пересказать прогулку по джунглям: слишком много нюансов. Эта пьеса для тех, кого занимает судьба художника в этом лучшем из миров.Наум (48 лет), художник, с молодой женой Лизой (21 лет) эмигрирует из России в Израиль. Прощальную ночь перед отъездом проводит на квартире у первой жены Валерии (45 лет) и сына (18 лет).Все еще помнят: был Советский Союз.
![Аншлаг (История одного покушения)](/storage/book-covers/4e/4e9e32482c216e70f63d0023c661bb21ffc5337c.jpg)
События чеховской «Чайки» происходили в конце ХIХ века. А ныне, уже в ХХI веке, оказалось, что настроения, страсти и судьбы людей того времени удивительно злободневны и актуальны сегодня. В эпоху олигархов и гламура, в эпоху переоценки ценностей и новых взглядов на привычные, казалось бы, будни…Спектакль «Аншлаг» по пьесе одного из наиболее популярных на постсоветском пространстве драматурга-одессита Александра Марданя как раз и воплощает в себе все то, что неразрывно связывает век позапрошлый с веком нынешним.