Она сделала вид, что ничего не слышит, и машина с ревом рванулась вперед, но следом за ней притормозила следующая. На этот раз предложения одинокого водителя оказались более изощренными, водитель делал непристойные жесты.
В отчаянии Джейн оперлась здоровой рукой на открытое окно и разразилась гневной тирадой в адрес потного мужчины средних лет, сидевшего за рулем.
Его порочные губы растянулись в плотоядной ухмылке, и он своей липкой рукой схватил ее за запястье.
— Да, я знаю. Я очень плохо себя вел, и меня надо наказать. Когда я увидел, как ты вышагиваешь, задрав нос, то сразу понял, что ты способна на самую восхитительную жестокость. Я предвкушаю, как ты будешь…
— Извините, эта дама уже занята на всю ночь!
Второй раз за последние полчаса Джейн непрошено вызволяли из беды. Лимузин Райана Блэра сел на бампер «ползуна», а сам он сунул руку в окно водителя, притянул его за воротник и прошептал на ухо несколько фраз. Как только он отпустил бедолагу, тот рванул прочь так, что чуть не сжег резину на колесах.
Райан Блэр, который все еще стоял на дороге, уперев руки в бока, сказал сквозь зубы:
— Садитесь в машину, Джейн.
Джейн открыла рот.
— Садитесь в машину, черт побери! — взорвался он. — А не то я втащу вас силой!
— Браво! — ответила она, с некоторой неуверенностью. Помедлив, она направилась к открытой дверце лимузина. Ее ноги в чужих, жавших ей туфлях болели, болела и ушибленная рука.
— Стерва упрямая! — сказал он, садясь напротив. — Теперь по крайней мере вы еще с денек потешите меня.
— О да, вам ведь нравится продлевать агонию, не так ли? Вероятно, вы могли бы уничтожить Шервудов сразу, а не растягивать это дело почти на два года, — горько произнесла она.
— Мог бы, — согласился он, откинувшись на сиденье. — Но не получил бы удовольствия.
Джейн сникла, едва ли заметив, как лимузин плавно влился в разреженный поток уличного движения.
Ей подумалось, что много раз она искала случая прекратить их вражду, но всякий такой случай оканчивался новым ударом, который валил ее с ног.
А шансов выиграть у нее не было вообще, подумала она в каком-то оцепенении.
— Но ведь «Шервуд» — это не только я. Там были и другие люди, которые из-за вас потеряли работу…
Его лицо исказила гримаса.
— Нет, работу они потеряли из-за вас.
— Боже мой, ну и бессердечный же вы человек, — сказала она, потрясенная той глубиной ненависти, которая открылась ей в этих словах.
Он пожал плечами.
— Думаю, что смогу скупить за бесценок все, что осталось от «Шервуд»… Ручаюсь, компания скоро вернется к процветанию и люди вновь получат работу.
— То есть те, кто еще не работает на вас, — с горечью произнесла она. — Если бы нас не предали, вам было бы не так просто развалить мою компанию.
— Конечно. Но ведь в любви и на войне все средства хороши, не так ли, мисс Шервуд? Кстати, подкупить ваших сотрудников не составило труда… Вы были не очень-то любимы своими подчиненными. О вас отзывались неважно: «копия своего папочки», «недоверчива», «много о себе воображает». Хотя… что там пересказывать. Вы побледнели, дорогая. Может, хотите виски — запить эту горькую правду? — Открыв встроенный бар, он налил виски из серебряной фляжки.
— От вас мне ничего не надо.
— Это мы уже слышали. Но сейчас незачем играть роль мученицы, коли нет публики и никто нас не увидит. — Он протянул ей бокал.
— Я сказала — нет. — Джейн отвернулась. Она ужасно проголодалась, и алкоголь, вероятно, сбил бы ее с ног. Это была незавидная перспектива — оказаться пьяной в обществе Райана Блэра.
Неужели ее в самом деле ненавидели подчиненные? Эта мысль не давала ей теперь покоя.
— Как угодно. Ну что ж… тогда за сладкий вкус победы. — Он выпил не поморщившись, несмотря на разбитую губу.
Джейн вспомнила, как неуютно чувствовала себя Эва в его присутствии: от него веяло агрессией, он всегда готов был дать отпор всякому, кто дерзнул бы перейти ему дорогу. После помолвки встречи были еще редки, но ближе к свадьбе, когда они проводили много времени вместе, Эве стало не по себе от близости его сильной и беспокойной натуры.
Джейн понимала страхи подруги. У нее тоже была неприязнь к Райану Блэру, но она никогда его не боялась. Даже сейчас в ней не было страха, потому что она верила в себя и силу собственного характера.
Он осушил бокал и развязно вытянул ноги, прикоснувшись к ногам Джейн.
— Ну так что собирается делать маленькая наследница папочки теперь, когда осталась без денег и без работы?
— Это не ваше дело. — Она отодвинулась от нахала.
Его синие глаза блеснули в проплывающем луче уличного фонаря.
— Я все равно узнаю.
Она молча взглянула на него с презрением, за которым обычно прятала свой страх и неуверенность.
— Конечно, выбор у вас невелик, не так ли? Уже пошел слух, что тот, кто протянет Джейн Шервуд руку помощи, рискует оказаться в той же трясине.
Она пожала плечами с ничего не выражающим лицом, словно ей было все равно.
— Поступайте, как вам нравится.
Он так резко наклонился вперед, что едва не расплескал виски.
— Вы расстроили мою свадьбу, так и не объяснив, почему, — хрипло сказал он. — Мне хотелось бы услышать хотя бы извинения.
Она упорно молчала, и он снова откинулся на спинку сиденья.