Любимые книги - [5]

Шрифт
Интервал

…» (т. 18, с. 36). И в конце книги, где Владимир Ильич в последний раз окидывает взглядом возню «новых философских школок», усмехнемся над их бесплодными ухищрениями перед растущей популярностью материализма. «Они могут, – пишет Ленин, – барахтаться со своими „оригинальными“ системками, могут стараться занять нескольких поклонников интересным спором о том, сказал ли раньше „Э!“ эмпириокритический Бобчинский или эмпириомонистический Добчинский…» (т. 18, с. 372).

Порой, читая ленинские тома, вдруг столкнешься с такой чертой характера Ильича, что сердце так и защемит от огромной любви, нежности, благодарности к этому человеку. Сорок пятый том… Последние письма и статьи… В последней главе я буду подробно говорить об этом томе, сейчас же напомню лишь один эпизод. Мы знаем, как тяжело в те дни давалась Ильичу каждая строчка. В декабре 1922 года было несколько опасных приступов болезни – паралич правой руки, страшные головные боли… А 30 декабря он диктует статью «К вопросу о национальностях или об „автономизации“». Как начинается эта статья! «Я, кажется, сильно виноват перед рабочими России за то, что не вмешался достаточно энергично и достаточно резко в пресловутый вопрос об автономизации…» (т. 45, с. 356). Эх, почаще бы нам перечитывать эти слова, особенно когда в душу закрадывается желаньице посчитаться с жизнью: все ли мы от нее получили, и не получил ли кто больше…

Ну а когда открываем тома с письмами (с 46-го по 55-й), тут уж и вообще полный эффект присутствия! Сколько говорено о доброте, о чуткости Ильича, но, только раскрыв, например, 54-й том, можно постичь всю меру его доброты, внимательности к людям. Почему я говорю именно об этом томе? Да ведь в нем – письма последних лет жизни! Сам тяжелобольной, он постоянно пишет записки, письма, дает телефонограммы с напоминанием, с требованием, с просьбой отправить такого-то работника в санаторий, такому-то выдать паек, этому – дрова, тому – одежду… Порой свои чувства он прикрывает шуткой, например вроде этой: «…я прошу подвергнуть там (в Крыму. – Н.М.) особому откорму Л.А. Фотиеву, дабы мне ее вернули вполне работоспособной» (т. 54, с. 277).

А как непреклонно, бескомпромиссно бросился он на защиту своей жены, когда узнал, что ее обидели. И об этом мы узнаем из 54-го тома, из письма к Сталину. Случайно Владимиру Ильичу стало известно о том, что Сталин по телефону нагрубил Надежде Константиновне, и тотчас он продиктовал письмо: «Я не намерен забывать так легко то, что против меня сделано, а нечего и говорить, что сделанное против жены я считаю сделанным и против меня. Поэтому прошу Вас взвесить, согласны ли Вы взять сказанное назад и извиниться или предпочитаете порвать между нами отношения» (т. 54, с. 330). Да… Я, признаться, никогда не предполагала, что Ильич может быть и таким.

Но все, надо остановиться. Приводить примеры можно без конца. Скажу только еще раз: после прочтения Полного собрания сочинений насколько же Ильич чисто по-человечески стал мне ближе и роднее!

Ощутить пульс истории

Счастье узнавания характера Владимира Ильича было только первым подарком, полученным мною от чтения Полного собрания его сочинений. Второй: я поняла, что политически учиться у Ленина тоже можно во много раз успешнее и интереснее, когда читаешь его произведения не выборочно, а целиком, да еще и не в отдельных брошюрах, а именно в Полном собрании сочинений. Помните, я приводила пример со статьей о Каутском. Посмотрите: даже несколько фраз добавляют много новой информации. Мы узнаем, что Каутский не был первооткрывателем идеи «чистой демократии», что уже тысячу раз это повторялось либералами разных мастей. Находим ответ, за что Ленин назвал Каутского ренегатом: оказывается, теория «чистой демократии» весьма устраивает крупную буржуазию, а это значит, что своими разглагольствованиями о надклассовом характере демократии Каутский подыгрывает буржуазии и предает рабочий класс. Представляете, сколько же мыслей об этой проблеме можно взять для себя, прочтя всю эту работу!

Скажу откровенно: ленинские произведения во многом приблизили, сделали для меня понятнее целые куски нашей истории. И удивляться тут нечему: еще читая биографию Владимира Ильича, убеждаешься, что с момента его приезда в Петербург в 1893 году и до последнего дня жизнь Ленина буквально неотделима от истории. Но в биографии эта связь прослеживается все же по внешней, фактической канве. А вот в произведениях Ленина – весь внутренний смысл истории. Ленин умел как рентгеном просветить каждый исторический факт, точно определить политический смысл самого неожиданного поворота истории. Именно поэтому после чтения ленинских томов исторические факты, многие из которых были мне известны и раньше, теперь заиграли новыми красками, пронизались внутренней логикой.

Я замечала, как иногда студентам мешает осваивать материал отсутствие привычки соотносить ленинские работы с историей. Порой они обижаются на преподавателей, спрашивающих, когда была написана та или иная работа: дескать, к чему эти формальности. А между тем одна только дата написания могла бы напомнить, скажем, во время экзамена, о чем данное произведение. И наоборот, знание содержания работы непременно выведет и на дату. Мне теперь просто кажется странным, как это можно забыть дату написания, например, «Что делать?». Ведь если я знаю, что эта работа подготовила теоретическую базу для создания партии большевиков, как же я могу не сообразить, что она написана в преддверии II съезда РСДРП?


Рекомендуем почитать
Следующая остановка – Лондон. Реальные истории из жизни русских эмигрантов последней волны

Предупрежден – значит вооружен. Практическое пособие по выживанию в Англии для тех, кто приехал сюда учиться, работать или выходить замуж. Реальные истории русских и русскоязычных эмигрантов, живущих и выживающих сегодня в самом роскошном городе мира. Разбитые надежды и воплощенные мечты, развеянные по ветру иллюзии и советы бывалых. Книга, которая поддержит тех, кто встал на нелегкий путь освоения чужой страны, или охладит желание тех, кто время от времени размышляет о возможной эмиграции.


Куда идти Цивилизации

1990 год. Из газеты: необходимо «…представить на всенародное обсуждение не отдельные элементы и детали, а весь проект нового общества в целом, своего рода конечную модель преобразований. Должна же быть одна, объединяющая всех идея, осознанная всеми цель, общенациональная программа». – Эти темы обсуждает автор в своем философском трактате «Куда идти Цивилизации».


Жизнь как бесчинства мудрости суровой

Что же такое жизнь? Кто же такой «Дед с сигарой»? Сколько же граней имеет то или иное? Зачем нужен человек, и какие же ошибки ему нужно совершить, чтобы познать всё наземное? Сколько человеку нужно думать и задумываться, чтобы превратиться в стихию и материю? И самое главное: Зачем всё это нужно?


Черное солнце Украины

Украинский национализм имеет достаточно продолжительную историю, начавшуюся задолго до распада СССР и, тем более, задолго до Евромайдана. Однако именно после националистического переворота в Киеве, когда крайне правые украинские националисты пришли к власти и развязали войну против собственного народа, фашистская сущность этих сил проявилась во всей полноте. Нашим современникам, уже подзабывшим историю украинских пособников гитлеровской Германии, сжигавших Хатынь и заваливших трупами женщин и детей многочисленные «бабьи яры», напомнили о ней добровольческие батальоны украинских фашистов.


Неудобное прошлое. Память о государственных преступлениях в России и других странах

Память о преступлениях, в которых виноваты не внешние силы, а твое собственное государство, вовсе не случайно принято именовать «трудным прошлым». Признавать собственную ответственность, не перекладывая ее на внешних или внутренних врагов, время и обстоятельства, — невероятно трудно и психологически, и политически, и юридически. Только на первый взгляд кажется, что примеров такого добровольного переосмысления много, а Россия — единственная в своем роде страна, которая никак не может справиться со своим прошлым.


Кого освобождали прибалтийские эсэсовцы?

В центре эстонского курортного города Пярну на гранитном постаменте установлен бронзовый барельеф с изображением солдата в форме эстонского легиона СС с автоматом, ствол которого направлен на восток. На постаменте надпись: «Всем эстонским воинам, павшим во 2-й Освободительной войне за Родину и свободную Европу в 1940–1945 годах». Это памятник эстонцам, воевавшим во Второй мировой войне на стороне нацистской Германии.