Ледяная синева - [8]

Служба космической безопасности и охраны порядка, равно как и ее приземленная тезка — полиция, вполне достойно справлялись с обычными преступниками: хулиганами, ворами, разбойниками, пиратами и прочим асоциальным элементом, не желавшим жить по закону и выбирающим романтику большой дороги. Но все это были разрозненные, единичные эпизоды, для работы по которым вполне хватало группы состоящей из двух, максимум — трех оперативников. В Космосе, соответственно, в зависимости от расстояния до ближайшей базы СКБОП — одного рейдера или звена катеров.

МЧС и Спас-отряд — тоже имели в своем составе сотни подразделений обеспеченных квалифицированными кадрами и спецтехникой, способных практически мгновенно реагировать на нештатные ситуации, делая все для спасения людей. Но и их основным врагом была или стихия, или дикая природа. Которая хоть и ударяла иной раз с сокрушительной мощью, но ни торнадо, ни извержения, как равно и всевозможные хищники, не умели планировать многоходовые операции, проводить разведку боем, охваты с флангов, нападать с тыла или применять какие-либо другие военные хитрости.

Поэтому, как тульская снайперская винтовка с усыпляющим зарядом отличается от бронебойного противотанкового ружья (несмотря что оба по праву именуются оружием), так обе эти службы мало походили на регулярную армию.

И только одна структура во всем спектре силовых и прочих специальных служб хоть приблизительно напоминала былые вооруженные силы Земли. Даль-разведка… Поскольку в ее задачу входил поиск чего-то еще неведомого, но нужного человечеству в бесконечной и далеко не всегда безопасной Неизвестности. Классическое «пойди туда — не знаю куда, найди то — не знаю что».

А поскольку «Не знаю что» могло оказаться «чем угодно», в том числе смертельно опасным — поисковые группы имели самое передовое вооружение, иной раз выпущенное в единичных экземплярах, и комплектовались не спасателями или полицейскими, а настоящими звездными рейнджерами. Готовыми рисковать, убивать и умереть во славу Империи. И обучали их только в Высшем Императорском училище звездного десанта, начальником которого пять лет тому по личному указу Императора был назначен гвардии полковник Мирский. Хорошо известный всем ветеранам Даль-разведки командир отряда первопроходчиков «Барс», позывной «Добрыня».

* * *

— Разрешите, Евгений Константинович? — сегодня адъютант заглянул в кабинет без стука, что делал не так часто. Наверняка дежурный офицер тоже сверялся с какими-то своими приметами, по которым угадывал настроение начальства. И в зависимости от этого, варьировал шкалу обращения от свойского имени-отчества до полного титулования, согласно Устава. — К вам фельдъегерь Великого Князя с пакетом. Мне не отдает. Говорит, приказано вручить в собственные руки.

Великий Князь Димитрий, в отличие от венценосного брата, имел не политэкономическое, а военно-историческое образование и в академических кругах военных теоретиков слыл незаурядным стратегом. Так что никого не удивило, когда Георг ІХ именно его назначил Главнокомандующим объединенными силами Космофлота и планетарных сил Империи. И тем же приказом возвел Великого Князя в чин генералиссимуса, соответствующий новой должности.

— В собственные, значит, в собственные… — полковник Мирский поднялся из-за стола. — Зови.

Как всякий настоящий историк и археолог Великий Князь Димитрий с недоверием относился к возможностям хай-тек в правительственной связи, считая что любой хоть электронный, хоть ионный носитель можно вскрыть или подделать, — поэтому отдавал предпочтение самым архаическим способам коммуникации. До голубиной почты, хвала Вселенной, пока не дошло, но поговорка: «Что написано пером — не вырубить топором», внедрялась Главкомом повсеместно. 

Молодцеватый порученец лихо откозырял и громко, словно на строевом смотре, доложил:

— Здравия желаю Ваше превосходительство. Старший мичман Левинсон. Фельдъегерская служба. Пакет от Их Императорского Высочества. Разрешите вручить?

— Разрешаю…

Порученец четко чеканя шаг, словно проверял на прочность стилизованные под дуб плашки металлопластикового паркета, промаршировал от двери и протянул Мирскому небольшой, запечатанный сургучом конверт.

— Разрешите идти или прикажете подождать ответа?

— Ступай, братец. Спасибо.

Старший мичман сделал поворот кругом и, по-прежнему печатая шаг, покинул кабинет. Мирский проводил его задумчивым взглядом и пробормотал негромко, зная что адъютант услышит:

— Напомни, чтоб не забыл откомандировать в фельдъегерскую службу на недельку зама по строевой. Пусть хоть посмотрит, как должно быть... А то наши орлы, на фоне такого молодца, даже на мокрых кур не вытянут.

— Зато в бою рейнджер троих посыльных стоит… — счел возможным вступиться за честь училища адъютант. 

— Думаешь? — усомнился Мирский. — А я слышал, что рукопашному бою фельдъегерей Великого Князя сам Морихэй Уэсиба-младший готовит. И никаких андроидов в спаррингах, только люди.

Адъютант промолчал, что как бы означало согласие.

— Отметь у себя, на осень… Организовать для старших курсов турнир по троеборью и пригласить на него учеников сэнсэя Уэсибы… Тогда и посмотрим — кто чего и сколько стоит. Преподавателей училища тоже внеси в список команды.