Краткий словарь алкогольных терминов - [3]
Изабеллить (пить вино «Изабелла»); изволить (изволил я давеча пару рюмочек) (ман.); излечиться; измерить бутылку (градус, проценту, алкогольные глубины и т. п.); изобразить; имбирить (пить «Имбирную» настойку); испить, …любой, выходивший на Невский,/ чтобы испить в ресторации душной… (Г. Горбовский); исправить ошибку трезвости; испытать градус на крепость; исцелиться.
Кагорить; калдыкнуть; калдырнуть; камуфлетить; канифолить; капнуть на душу (сердце, печень) живительной влаги; квакнуть; квасить; керогазить; керосинить; кирнуть; клюкнуть; клюнуть; колошматить; кропить желудок алкоголем; куликнуть; купоросить; кутнуть; кушать (водку, водочку и т. п.).
Лакать; лакирнуть (употребляется обычно, когда после изрядного количества крепких напитков выпивается более лёгкий. Ну что, лакирнём водочку ликёрчиком?); лакомиться (Лакомились завчерась коньячишкой); лампасить; ландринить; ласкать душу (сердце, печень, желудок, горло и т. п.); лезть в бутылку (иногда это выражение употребляется и в прямом смысле); лезть к облакам (см. взойти); лизнуть; лимонить; лимонадить (всю ночь лимонадили); линчевать Наполеона (выпить коньяк «Наполеон»); чмокнуть Лидку в обе щёчки (выпить вина «Лидия»); лопатить; лопать; лудить.
Мадерить; мазать; малинить (пить малиновый ликёр); мандаринить; маргаринить; маскироваться (Из анекдота, в котором Петька прибегал и докладывал о приближении белых, на что Василь Иваныч каждый раз предлагал ему выпить. В конце концов Василь Иваныч спрашивает: —Петька, ты меня видишь? — Не-а. — И я тебя нет. Вот и замаскировались. Другой источник распространения этого термина, видимо, исходит от повести Юза Алешковского «Маскировка»); махануть, махнуть стакашку (рюмашку и т. п.); менять жизнь в лучшую сторону (к свету, к празднику); менять шило на пиво; мерить градус (см. измерять); метелить; мешать тупому (бездуховному) существованию; миндальничать (пить «Амаретто»); мирволить к бутылочке; молиться Бахусу; молотить без просыху; мускатить; мыслить как следует (хорошо, прекрасно, превосходно); мыть язык (горло, глотку и т. п.).
Набальзамиться; набраться; набубениться; набухаться; навакситься; навинегретиться; навьючиться; наглотаться; награфиниться; нагрузиться; нагуталиниться; надраться, Утром я сказал Максиму: «Максим, ты как хочешь, а я, что греха таить, решил сегодня надраться!» Максим хлопнул меня по плечу и говорит: «Я тоже»(В. Шинкарёв. Максим и Фёдор); надубаситься; надуться; наебашиться; наебениться; наехать на бутылочку (водочку, портвешок и т. п.); наесться; нажариться; нажраться, Поспорил с Василием: можно ли сухим вином «Мерло» нажраться до автопилота? Он говорил, что нет, но я выиграл очень быстро. (В. Шинкарёв. Максим и Фёдор); нажарганиться; назезюлиться; наздравствоваться; наизволиться; накалдыряться; наканифолиться; накапать на язычок (в горлышко, в душеньку, на сердечко и т. п.); накачаться; иакваситься; накеросиниться; накиряться; наклеваться (наловиться) градуса (алкоголя и т. п.); накликаться; наклюкаться; накраситься; накрахмалиться; накушаться; накюветиться; налакаться; нализаться; налимониться; налить глаза (глотку, горло, бельма); налиться (налился как клюковка, натянулся как губка); наловиться градуса; намандариниться; наманикюриться; намарафетиться (перекочевало от наркоманов); намадериться (и многие другие слова, образованные от названия вин: наизабеллиться, нагурджианиться, наамареттиться, намускатиться, наконьячиться, наводяриться и т. п.); наметелиться; намухомориться; нанести удар по водочке (по портвешку, по алкоголю, по зелёному змию, по организму, по сумятице в чувствах, по застою в нервах (прожилках), по бессмысленному существованию, по невнятной жизни и т. п.); наодеколониться (напиться одеколона); наполеонить (пить «Наполеон»); напендюриться; напипириться, напиться (в дупель, в дуплет, в стельку, в жопу, в задницу, в сиську, в лоскуты, в драбадан, в дребезан, в дым, в дымину, в тартарары, в лоск, в пыль, в грязь, в ноль, в полный ноль, в треск, в дрызг, в дребезги, в прах, в тополиный пух, в пух, в пух и прах, в трубу, в баранку, в дугу, в дугаря, в лепёшку, в сосиску, в лобуду, в говно, в сраку, в дрезину, в полном смысле этого слова, до положения риз, до чертиков в глазах, до зелёного змия, до поросячьего визга, до смысла жизни, до упора, до белой горячки, до комариного писку, до полного одухотворения (из Вен. Ерофеева.
![Чрезвычайная комиссия](/storage/book-covers/3f/3fe92b5b0554db1be4d20933d8d09d7c49250d54.jpg)
Автор — полковник, почетный сотрудник госбезопасности, в документальных очерках показывает роль А. Джангильдина, первых чекистов республики И. Т. Эльбе, И. А. Грушина, И. М. Кошелева, председателя ревтрибунала О. Дощанова и других в организации и деятельности Кустанайской ЧК. Используя архивные материалы, а также воспоминания участников, очевидцев описываемых событий, раскрывает ряд ранее не известных широкому читателю операций по борьбе с контрреволюцией, проведенных чекистами Кустаная в годы установления и упрочения Советской власти в этом крае. Адресуется массовому читателю и прежде всего молодежи.
![Резиденция. Тайная жизнь Белого дома](/storage/book-covers/77/777aed20876420c6203a1bc0e794aa623d05c2aa.jpg)
Повседневная жизнь первой семьи Соединенных Штатов для обычного человека остается тайной. Ее каждый день помогают хранить сотрудники Белого дома, которые всегда остаются в тени: дворецкие, горничные, швейцары, повара, флористы. Многие из них работают в резиденции поколениями. Они каждый день трудятся бок о бок с президентом – готовят ему завтрак, застилают постель и сопровождают от лифта к рабочему кабинету – и видят их такими, какие они есть на самом деле. Кейт Андерсен Брауэр взяла интервью у действующих и бывших сотрудников резиденции.
![Переписка Стефана Цвейга с издательством «Время» 1925-1934](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Переписка Стефана Цвейга с издательством «Время» продолжалась на протяжении почти девяти лет и насчитывает более сотни писем. Письма Цвейга равно как и все письма издательства к нему в своей совокупности, с учетом продолжительности переписки, представляют собой любопытный документ деловых отношений периода декларировавшегося идеологического, культурного и политического противостояния Советской России и «буржуазной» Европы.
![Горсть земли берут в дорогу люди, памятью о доме дорожа](/storage/book-covers/08/08ca434c6931adb1363ac29f13eede30d0a7245b.jpg)
«Иногда на то, чтобы восстановить историческую справедливость, уходят десятилетия. Пострадавшие люди часто не доживают до этого момента, но их потомки продолжают верить и ждать, что однажды настанет особенный день, и правда будет раскрыта. И души их предков обретут покой…».
![Сандуны: Книга о московских банях](/storage/book-covers/56/56f281818ebbd74f8564830dc0e61f821b50ed85.jpg)
Не каждый московский дом имеет столь увлекательную биографию, как знаменитые Сандуновские бани, или в просторечии Сандуны. На первый взгляд кажется несовместимым соединение такого прозаического сооружения с упоминанием о высоком искусстве. Однако именно выдающаяся русская певица Елизавета Семеновна Сандунова «с голосом чистым, как хрусталь, и звонким, как золото» и ее муж Сила Николаевич, который «почитался первым комиком на русских сценах», с начала XIX в. были их владельцами. Бани, переменив ряд хозяев, удержали первоначальное название Сандуновских.
![Лауреаты империализма](/storage/book-covers/7f/7f89f2ab126088ab359a73ea1c17a8e09ad84a66.jpg)
Предлагаемая вниманию советского читателя брошюра известного американского историка и публициста Герберта Аптекера, вышедшая в свет в Нью-Йорке в 1954 году, посвящена разоблачению тех представителей американской реакционной историографии, которые выступают под эгидой «Общества истории бизнеса», ведущего атаку на историческую науку с позиций «большого бизнеса», то есть монополистического капитала. В своем боевом разоблачительном памфлете, который издается на русском языке с незначительными сокращениями, Аптекер показывает, как монополии и их историки-«лауреаты» пытаются перекроить историю на свой лад.