Коммуналка - [8]
– Да, да, спасибо, доктор! Мы как раз уезжаем в Трускавец. Там не очень жарко и спокойно.
– Ира! – обратился ко мне доктор, – в школу ты пойдешь уже без очков! Просто выкинешь их и все! Поняла!?
– Правда? – закричала я, – ура! Я больше не очкарик!
А я увидела как мой папа, боевой военный летчик, смахнул слезинку со щеки…
И вот я лежу в своем укрытии. Жарко. Деревенская улица пуста. Куры у дома напротив уселись кучкой под куст жимолости. Тишина…
Эх, не уснуть бы, а то и вправду свалюсь!
Мама зовет меня обедать, но я, затаившись, не отвечаю ей.
Обернувшись, я вижу, как папа что-то объясняет маме, указывая в мою сторону. Мама понятливо качает головой и уходит на террасу.
Сколько уж я так пролежала в укрытии – не знаю.
Но вот! О, долгожданный миг! Бесило едет на «наш» край на своем велике. У шоссе он слезает с велосипеда и своим ходом переходит шоссе.
Я набираю за щеку приличное количество вишневых косточек и прицеливаюсь.
Почти напротив нашего палисадника Витька вдруг «ойкает» останавливается. Его укусил слепень. Бесило садится на краешек дороги и прикладывает к укушенному месту сорванный тут же лист подорожника. Он прижимает лист к ноге и потихоньку ноет: «Уй-юй-юй! За’газа, тяпнул все-таки!»
Я знаю, что лежачего не бьют. Но он – СИДИТ же!
И я открываю огонь. Витька подскакивает, не понимая, что случилось.
Я строчу своими косточками, как пулемет Максим, стараясь не попасть в глаз, целюсь в шею, грудь и плечи. Они у него обгорели и теперь шелушатся, открывая новую розовую кожу, еще такую нежную.
Бес вертится, решив, что на него напали осы и начинает визжать, а я все стреляю и стреляю…
Выбегают наши ребята и девчонки. Они еще тоже не знают, что я приехала, и не видели меня без очков.
Расстреляв все свои «патроны», держа лишь несколько косточек за щекой, я змеей сползаю с вишни и выхожу на улицу.
– Привет!
– Ой, Ира! Привет! А где твои очки?
Я развожу руками, будто бы не знаю.
– Ой, – кричит Алла, – у нее глаза теперь нормальные!
– Правда, правда! – шумят ребята.
Я подхожу к скулящему Витьке, он привалился на траву и чешет те места, куда попали мои косточки.
– Ну! – я ставлю ногу на его бок, – посмотри на меня. В глаза посмотри!
Витька искоса смотрит, ойкает и опять начинает причитать.
– « Смилуйся, Государыня рыбка !» – говорит шутовским голосом мой приятель Женька.
– Смилуйся, смилуйся! – галдят ребята.
– Пусть слово даст при всех! – говорю я, не снимая ноги. Вспомнив, что я читала у Даррелла про Африку, я воображаю себя охотником, пристрелившим льва на сафари! Вот так! Не больше и не меньше!
– Ногу сними, – жалобно просит Витька-бес.
Я снимаю ногу и говорю кровожадным голосом: «Побожись, что обзывать меня больше не будешь!»
– Вот, ей-бо! – крестится Витька и зачем-то кланяется мне.
– Громче, не все слышали!
– Ир, ей Богу, никогда в жизни!
– А теперь вали с нашего края, – грозно говорит ему Женька.
Мы все отворачиваемся от Бесилы и направляемся на волейбольное поле.
– Ты, как всегда, подаешь? – спрашивает меня Алла.
– Нет, смеюсь я, – мне сейчас можно только поболеть за вас, – Жень, запевай нашу!
Женька откашливается и запевает начавшим уже ломаться голосом: «Ой, ты, сорока-белобока, да научи меня летать!
– Да невысоко, недалеко. Да чтобы милого видать! – дружно подхватываем мы.
10 августа 2007 года.
МЫТНАЯ УЛИЦА Рассказ
Метро выплюнуло меня вместе с родителями из приятной прохлады на раскаленную сковородку Октябрьской площади. Мы перешли по подземному переходу Ленинский проспект и оказались в самом начале Мытной улицы. Здесь было немного прохладнее: когда мы свернули на Мытную то увидели, что впереди нас метров на двадцать шла поливальная машина, и кусты и липы вдоль улицы благоухали свежестью.
Навстречу нам ехал крутолобый сиренево-светло-желтый троллейбус «десятка», его шустро обгоняли 407-е Москвичи-такси, неторопливо ехали серые и кремовые Победы, похожие на майских жуков и вальяжные 21-е Волги везли своих важных пассажиров.
Родители везли меня в Морозовскую больницу на операцию. Несмотря на жару, по спине у меня бежали мурашки, а ладони делались все мокрее по мере приближения к воротам больницы.
Мама шествовала впереди нас папой под китайским зонтиком, ребра которого были из тоненького полированного бамбука, а сам он был из рисовой бумаги, расписанной цветами шиповника и какими-то иероглифами. На счастье и удачу, объяснил нам папа, привезший этот зонтик из Паланги с очередного рейса.
На маминых ногах красовались изящные босоножки на настоящей пробке, обхватывающие ее тоненькие лодыжки шелковыми ленточками в тон платью последнего фасона.
Мама моя была жУУУткая модница….
Вот вырасту, куплю себе точно такие же. И зонтик….
Мы шли с папой сзади и любовались нашей мамой. Папа был в летней летной форме и офицерской фуражке, и я в национальном литовском костюме с накрахмаленной нижней юбкой.
Шедший навстречу народ, оглядывался нам вслед…
Папа остановился и раскрыл свою ладонь.
– Ируся, что с тобой?
– Ничего…
– У тебя вся ладонь мокрая… Ты боишься?
– Не-а, – соврала я.
Папа взял меня на руки, и я вцепилась в его шею так, что оторвать меня было невозможно.
![В тени малинового куста](/storage/book-covers/69/69162669dc5404513dc9e60550d7827df7c02284.jpg)
Полянку выломав в малиннике, лежу.Любуюсь небом, синим и высоким.Я временем ещё не дорожу.И будущее кажется далёким…Каждый из нас в юности мечтает о любви.Красивой и взаимной. А жизнь… Она такая длинная. И такая короткая.Для кого-то первая любовь остаётся сладким воспоминанием, от которого чаще бьётся сердце. Самые счастливые, пронеся это хрупкое чувство вдвоём, не успев оглянуться, справляют серебряную свадьбу в кругу друзей юности.Кого-то первая любовь наотмашь бьёт пощёчиной предательства. А кто-то, храня в сердце свои первые чувства, вдруг понимает, что тот, кого он не смог забыть, лишь фантом, нарисованный юношеским воображением.Надеюсь, что роман будет интересен и совсем молодым, и тем, кто подводит свои жизненные итоги, подойдя к середине жизни.С уважением к своим читателям,Рута Юрис.
![Холоп августейшего демократа](/storage/book-covers/de/de124edbf6627610cd7b2d161c837d93a5c9053a.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Черный доктор](/storage/book-covers/b0/b0e94957215d3543c1eba3420f23c528a1f8000b.jpg)
Нетребо Леонид Васильевич родился в 1957 году в Ташкенте. Окончил Тюменский Индустриальный институт. Член литературного объединения «Надым». Публиковался в еженедельнике «Литературная Россия», в журналах «Ямальский меридиан», «Тюркский мир», «Мир Севера», в альманахе «Окно на Север». Автор книги «Пангоды» (Екатеринбург, 1999 г). Живет в поселке Пангоды Надымского района.
![Залив Голуэй](/storage/book-covers/eb/eb22730ae155b8f33b0ee2317ef8ce72e34f82a8.jpg)
Онора выросла среди бескрайних зеленых долин Ирландии и никогда не думала, что когда-то будет вынуждена покинуть край предков. Ведь именно здесь она нашла свою первую любовь, вышла замуж и родила прекрасных малышей. Но в середине ХІХ века начинается великий голод и муж Оноры Майкл умирает. Вместе с детьми и сестрой Майрой Онора отплывает в Америку, где эмигрантов никто не ждет. Начинается череда жизненных испытаний: разочарования и холодное безразличие чужой страны, нищета, тяжелый труд, гражданская война… Через все это семье Келли предстоит пройти и выстоять, не потеряв друг друга.
![Рыжик](/storage/book-covers/bd/bd1254d201903babaa189a57d789e9e49b8c173a.jpg)
Десять лет назад украинские врачи вынесли Юле приговор: к своему восемнадцатому дню рождения она должна умереть. Эта книга – своеобразный дневник-исповедь, где каждая строчка – не воображение автора, а события из ее жизни. История Юли приводит нас к тем дням, когда ей казалось – ничего не изменить, когда она не узнавала свое лицо и тело, а рыжие волосы отражались в зеркале фиолетовыми, за одну ночь изменив цвет… С удивительной откровенностью и оптимизмом, который в таких обстоятельствах кажется невероятным, Юля рассказывает, как заново училась любить жизнь и наслаждаться ею, что становится самым важным, когда рождаешься во второй раз.
![Философия пожизненного узника. Исповедь, произнесённая на кладбище Духа](/storage/book-covers/94/94900028f52c5fcf7b12f4c156d2068db7c885d3.jpg)
Господи, кто только не приходил в этот мир, пытаясь принести в дар свой гений! Но это никому никогда не было нужно. В лучшем случае – игнорировали, предав забвению, но чаще преследовали, травили, уничтожали, потому что понять не могли. Не дано им понять. Их кумиры – это те, кто уничтожал их миллионами, обещая досыта набить их брюхо и дать им грабить, убивать, насиловать и уничтожать подобных себе.
![Колка дров: двое умных и двое дураков](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.