Комендант мертвой крепости - [13]

— Она спасла нас.

— Да, господин советник, спасла. Я ведь не дурак, понимаю. Если бы не госпожа Дойварнесс, эти говноеды прикончили бы половину отряда — мы и ахнуть бы не успели. Моя вина, не сообразил про вторые ворота. Но порталы… вот как она так умеет? — сразу россыпью, да не обычные двусторонние — а только такие, чтобы на вход работали, а на выход — нет!

— А я, — тихо сказал жрец, — всегда спрашиваю себя о другом. Куда открываются эти односторонние порталы? Что находится по ту сторону?

Господин Оттенс отмахнулся:

— Сейчас это неважно. Вопрос в другом: как нам быть дальше? С ранеными на руках, без чарознатицы…

— Хотите повернуть назад?

— Хочу выслушать ваше мнение, сотник.

— А я, — сказал отец Гуггонал, — хотел бы сперва послушать нашего пленника…

Замечание было дельное… в отличие от того, что удалось выжать из татуированного. Знал он немного и сперва вообще собирался молчать, но Весло и Карноух сумели его переубедить.

Стало ясно, что шли они по следу вспомогательного отряда. Доверенные андэлни Плети отправлялись в набеги на соседние острова и вербовали там недовольных, отщепенцев, бродяг, преступников, — всех тех, кто готов был примкнуть к самозванному пророку. У Торжка отряд ждали — и по приказу Плети спешным порядком повели к стенам замка Вёйбур. Поэтому деревушку и оставили в покое: кто-то побывал здесь до бунтовщиков и действительно успел увести всех жителей. А за скотиной и припасами можно было вернуться позже — что, собственно, татуированный со своими приятелями и собирался сделать. На разведчиков они наткнулись случайно — а поскольку уже проезжали через эту деревеньку, помнили о восточных воротах и попытались загнать противника в западню.

О Плети татуированный знал мало. О том, что творится под стенами замка, — тоже. Осада длилась больше недели и, судя по всему, могла затянуться ещё на столько же… но это ничего не значило.

— Много лишних ртов, мало настоящих мужчин. — Татуированный говорил тяжело, то и дело проводя языком по распухшим губам. Борода его слиплась, глаза заплыли. — В конце концов они сдадутся.

— Потому что Рункейр на вашей стороне?

Он посмотрел на них с презрением:

— Потому что на нашей стороне сила.

— Я думал, вы верите в своего пророка. Разве не поэтому ты пошёл за ним?

— Большинство — верит. Но мы с братом смотрели на это проще. Плеть дал нам то, чего твой венценосный засранец даже не обещал. Власть, уважение, цель.

Господин Оттенс не стал спорить. Пожал плечами, кивнул Карноуху:

— Устрой, чтобы всё было легко и быстро, как мы и обещали. Свою часть соглашения он выполнил.

Вместе с Клыком и священником господин Оттенс вышел на улицу, присел на уцелевшую деревянную лавочку. Лавочка была расписана жёлтым и зелёным: улыбчивое солнце, пруд с рыбёшками, девочка на берегу…

— Дальше будет только хуже, — заметил Акийнурм Клык. — Прошло всего-то лет семь после Развала, когда начали появляться такие пророки. Я слышал о двух случаях в землях сиэллонов — но там с самозванцами быстро расправились. Были и другие… и наверняка ещё появятся. И если кому-нибудь из них хватит сил и везения… и если он захочет править… — Сотник сплюнул в пыль. — Зуб даю: пока в Скаллунгире не будет порядка, они станут появляться снова и снова. Смущать народ, подстрекать к бунту, захватывать земли. А если ещё сумеют привлечь на свою сторону чарознатцев…

Они помолчали, глядя, как солдаты стаскивают к выгребной яме тела. Туши скоростелей, бархаг и прочих тварей порубили на куски и скормили своим птицам.

Другие андэлни отперли хлева и выводили горбачей. Наливали воды в поилки, охапками швыряли сено. Быки фыркали, коровы ревели, несколько морд потянулось, чтобы лизнуть руки новых кормильцев.

— Ладно, — сказал господин Оттенс, — всё это пустые разговоры. До замка два дня пути. Пусть андэлни отдыхают, завтра решим, как быть.

— Разве у нас есть выбор? — Святой отец вымотался за последние часы, заметно спал с лица и даже говорил с усилием. — Ведь на самом деле всё просто: мы не можем бросить замок и его защитников на произвол судьбы. «Молот и наковальня», это ведь вы говорили?

— Если отряд, который мы преследовали, всего лишь вспомогательный… — Господин Оттенс рассеянно прихлопнул комара и стряхнул с ладоней прилипшие крылышки. — А мы остались без чарознатицы, с десятком раненых на руках.

— Раненых станет меньше, господин Оттенс. Думаю, до рассвета доживут от силы четверо. А насчёт остального… вы ведь и сами понимаете: пленник мог солгать, сознательно или нет. Сколько андэлни находится у Плети в подчинении — одно дело. А другое — сколько из них действительно готовы сражаться, если дойдёт до битвы, — сражаться не с крестьянами, а с воинами. — (В этом месте Акийнурм Клык хмыкнул, но промолчал.) — Сколько среди сторонников Плети больных, увечных, трусливых? Сколько кавалерии? А ведь пеших наши солдаты сотрут в порошок, вы это знаете. И потом, что скажут при дворе, если мы просто так возьмём и вернёмся? Даже не попытавшись выяснить, что к чему, даже!.. — Он вздохнул с таким протяжным, натужным звуком, будто пытался выдуть из тела все накопившиеся за эти недели сомнения, страхи, всё отчаяние. — Да что тут… вы ведь и сами всё прекрасно понимаете!