Глоток огня - [12]

Шрифт
Интервал

Еще Сашке здорово мешало, что кроме обычного снаряжения на Аскольде были котелок и две охранные закладки. Одна килограммов тридцать, другая даже больше. Разместить это так, чтобы не мешать крыльям пега и оставить место для всадника, оказалось непросто. Сашка пытался протестовать, но Ул заявил, что Азу перегружать нельзя (здесь Родион отвернулся и хихикнул), а Митридат и без того прилично нагружен. Так что хочешь не хочешь, а с закладками придется лететь Аскольду.

– Он же, чудо былиин, тяжеловоз! Так или не так? – спросил Ул бодро, точно рассчитывал, что Сашку зашкалит от счастья, что все летят на обычных пегах, а ему доверили едва ли не бомбовоз.

Ул и Родион тронули пегов, разогревая их перед взлетом, и Сашке осталось только последовать их примеру. Несколько минут спустя они уже летели, постепенно, чтобы не утомлять пегов, набирая высоту. Погода была весенняя. Зима рвалась точно обер-точная бумага. Под фиолетовыми облаками пробегали тучки, из которых лил дождь.

В верхних облаках было множество дыр. В них слитными колоннами пробивался солнечный свет. Он казался таким материальным, что Сашке хотелось его потрогать. Потом Аскольд врывался в дождь и становилось ничего не видно. Даже дышать и то приходилось через сомкнутые губы. Ворот свитера насасывал влагу как губка. Секунд тридцать слепого полета – и пег вырывался из дождя в солнце. Удивительно, но перья пега не промокали. И снова Сашку слепило, но уже не дождем, а солнцем.

Сашка держался за Родионом. Берсерков на гиелах было пока не видно, но Ул на Азе на всякий случай прикрывал их сверху, летая зигзагами. Сейчас только Сашка начинал понимать преимущества Азы. Аза была как ласточка, легкая и стремительная. Любой вираж был ей нипочем. Митридат… хм… ну он, пожалуй, орел. Мощный, с сильными крыльями, способный яростно ворваться в ведущий сквозь болото тоннель и разорвать паутину эльбов, но особой воздушной карусели ожидать от него нельзя. А вот с кем сравнить Аскольда? Сашка так и не отыскал точного сравнения. Но тут, видимо, лучше не искать прямых аналогий, а то очень быстро упрешься в грузового слона с пришитыми крылышками.

Наконец дождевые тучи пронесло. «Полосатый» дождь перестал. Сашка летел и мерз, испытывая сильное желание прижаться к шее Аскольда и согреться о нее. Шныровская куртка была сухой, такое уж уникальное свойство драконьей кожи, зато свитер под ней промок примерно до уровня груди. Это от дождя, который затек через ворот.

Сашка некоторое время сомневался, стоит ли это делать, но потом решил, что заболеть будет хуже, и использовал для просушки свитера русалку. Сразу стало теплее, хотя в ноздри ему и потянуло пережаренной шерстью. Видно, переборщил с просушкой.

Пока он сушился, Родион ухитрился оторваться и летел довольно далеко впереди. В полете он не оглядывался, считая, что не теряться – это забота Сашки. Лишь изредка Сашка слышал по кентавру его бормотание, да и то обращенное к Улу. Все время меняя высоту, они пытались отыскать воздушное течение, которое само несло бы их в нужную сторону.

Москву они пролетели через Сокольники и Преображенку. Крошечной свечой зажглось солнце в куполе храма. Тут же неподалеку засветилось маленькое озерцо.

– На полутора летим. Ветер под крыло валит, – услышал Сашка в кентавре голос Родиона. – Ул, может, до двух поднимемся, там поищем?

Ул согласился, и они набрали еще метров пятьсот, упершись в плоскую, похожую на плиту тучу сизого цвета. Туча имела четкие нижние границы и практически за них не выходила, если не считать отдельных мелких ошметков, которые, отделяясь от нее, дрожали в воздухе. Туча была на вид такой плотной, что Сашка невольно втянул голову в плечи, боясь о нее удариться. Потом ему стало любопытно: что будет, если голова окажется в туче, а тело снаружи?

Вначале он попытался осторожно просунуть в тучу вытянутую руку, и когда рука уцелела, окунулся в нее головой. Туча была похожа на очень плотный туман. На лице оседала влага. Увлекшись, Сашка набрал высоту и на пеге врезался в тучу, тараня ее слежавшиеся бока крыльями пега. Он опасался, что Аскольд испугается и начнет шарахаться, однако для страха тоже нужна фантазия, бомбовоз же был ее начисто лишен. Его мощные крылья буравили тучу, создавая позади спирали и закруты. Сашка забирал все выше. Вскоре он уже целиком находился в туче. Теперь ему хотелось другого – найти верхний край и высунуться из тучи головой так, чтобы они с пегом остались внутри и выглядывала бы только его голова.

Сверху туча была более расплывчатой, чем снизу. Неровной, бугрящейся как снег, с отдельными высокими горами и низинами. Несколько раз лицо Сашки выныривало из нее и сразу скрывалось. Тогда он поднялся еще выше и неосторожно задрал голову, проверяя, где солнце. Огромное, очень близкое солнце ударило ему в глаза. Ослепило. Сашка поневоле ослабил поводья и доверился пегу.

Когда зрение возвратилось, он спохватился, что давно не видел Ула и Родиона. Сашка круто нырнул в тучу, пронизал ее и стал озираться. Так и есть. Его спутников нигде не было, сколько Сашка ни искал их глазами.

Он заметался, не представляя, что ему делать. Можно было воспользоваться


Еще от автора Дмитрий Александрович Емец
Таня Гроттер и птица титанов

Когда-то давно страшная колдунья Чума-дель-Торт попыталась уничтожить малышку Таню Гроттер, но Древняя магия защитила девочку и вытеснила черную волшебницу в другой мир – зеркальное отражение нашего. Чума не погибла в нем, она смогла выжить и захватить там власть. С тех пор ее самым страстным желанием было вырваться из мира-двойника и отомстить. Все, что для этого нужно: уничтожить тонкую и очень прочную границу между реальностями. Ни одна сила, ни одно существо не способно на такое! Кроме маленькой серенькой птички – птицы титанов.


Таня Гроттер и магический контрабас

Черная волшебница Чума-дель-Торт, имя которой страшатся даже произносить вслух, стремясь к власти, уничтожает одного за другим светлых волшебников. Среди ее жертв – замечательный белый маг Леопольд Гроттер. Его дочери Тане неведомым образом удается избежать гибели, но на кончике носа у нее на всю жизнь остается загадочная родинка... Чума-дель-Торт таинственно исчезает, а Таня Гроттер оказывается подброшенной в семью предпринимателя Дурнева, своего дальнего родственника... В этом крайне неприятном семействе она живет до десяти лет, а затем попадает в единственную в мире школу магии Тибидохс...


Месть валькирий

«Валькирия не может полюбить. Валькирия обязана принять вызов, кем бы он ни был брошен. Никто из встречавших валькирию прежде никогда не узнает ее. Иначе тайна защитит себя сама, и всякий услышавший ее умрет. Валькирию-ослушницу ждет суд Двенадцати». Таков непреложный закон. Убив в поединке полуночную ведьму, Ирка бросает вызов мраку. Уничтожить валькирию-одиночку должен именно Мефодий Буслаев. Копье валькирии и изменивший свету меч Древнира встретятся в бою, из которого выйдет живым только один. Ирка понимает, что Мефодий никогда не узнает ее в новом обличье.


Маг полуночи

В Книге Судеб записано, что Мефодий Буслаев пройдет лабиринт Храма Вечного Ристалища в день своего тринадцатилетия. Мальчишка, родившийся в минуту полного солнечного затмения, впитал тайный страх миллионов смертных. Именно тогда в нем пробудился дар. Благодаря своему дару, не осознавая того, он аккумулирует в себе самые разные энергии окружающих: любви, боли, страха, восторга, злости – и трансформирует их в абсолютную магию. Его дар и то, что он вынесет из Храма Вечного Ристалища, нужны стражам Тьмы, нужны и стражам Света… Как, сделав выбор между Светом и Тьмой, остаться собой? На этот вопрос Мефодию придется искать ответ самому…


Таня Гроттер и Локон Афродиты

Много столетий странствует по свету локон золотых волос богини любви Афродиты. Давным-давно подарила она его своему возлюбленному, и непонятно, чего больше этот артефакт принес в мир – радости или скорби... И вот локон Афродиты загадочным образом попадает к Тане Гроттер. А у нее жизнь и так бурлит событиями. Подходит к концу учеба в Тибидохсе. Впереди выпускные экзамены! Затем предстоит полет в Магфорд, где в составе команды невидимок она примет участие в матче со сборной мира. Однако время, отведенное артефактом, неумолимо истекает.


Таня Гроттер и Золотая Пиявка

Гром сотрясает магическую школу Тибидохс. Молнии бьют в одну точку – в каменную кладку у крыши Большой Башни. А в заброшенной сторожке у болота Таня Гроттер обнаруживает забытое пророчество Древнира. Если будет выпушен древний дух, Золотая Пиявка заползет в магический огонь и лопнет веревка в грифе контрабаса, время повернет вспять, ожившие языческие истуканы пойдут войной на Черепаху Вечности и рухнут Жуткие Ворота! Предсказанные события начинают сбываться одно за другим... И все это во время чемпионата мира по драконболу, в котором сборной Тибидохса предстоит сразиться с командой невидимок, где блистает неподражаемый Гурий Пуппер!


Рекомендуем почитать
Излучатель доброты [Похищение]

Откуда в пустыне апельсины?.. Как может существовать оазис в этом месте? Растениям, как и людям, нужно внимание, нужна доброта…Но что делать, если ученый, придумавший настоящий Излучатель Доброты, похищен? Кому и для чего необходимо его изобретение?…


Колесо жизни и смерти

«Мистериум» возвращается в Берлин, и Дэнни Ву предстоит вновь оказаться там, где произошло самое страшное событие в его жизни. А международная преступная организация «Сорок Девять» планирует совершить в этом городе ограбление века… И Дэнни – именно тот, кто может им помешать, хотя сам мальчик пока и не догадывается об этом. Но он все ближе подбирается к разгадке тайны, стоившей жизни его родителям, и впереди его ждет смертельно опасный поединок с «Центром», таинственным руководителем «Сорока Девяти».


Чертоги памяти

Здесь Запад встречается с Востоком, а прошлое – с будущим. Вас ждут завораживающе прекрасные трюки, опасные тайны и приключения, от которых захватывает дух. Добро пожаловать в цирк «Мистериум»!«Мистериум» открывается вновь! Первое представление возрожденного цирка состоится в величественном соборе Саграда Фамилия, в Барселоне. И Дэнни Ву непременно должен быть там! Ведь тайна гибели его родителей все еще не разгадана. И все еще смертельно опасна. Мальчик хочет выяснить, что на самом деле произошло той зимней ночью в Берлине.


Один в поле воин

Продолжение романа «Детям до шестнадцати». Кончился учебный год, начались летние каникулы, но Сане Лаптеву и его друзьям по отряду «Ладонь» скучать некогда, у них появляется множество проблем – иногда печальных, иногда трагикомичных, а подчас – смертельно опасных. И вновь Саня осознаёт, что самые простые решения не всегда оказываются самыми верными, что могущество – это не только инструмент, но и соблазн, что сила может быть в слабости, а помощь может прийти оттуда, откуда её никак не ждёшь.Текст представлен в авторской редакции.


Детям до шестнадцати

Этим романом открывается цикл в жанре городской фэнтези. Здесь есть волшебство, но всё происходит здесь и сейчас. Москва начала 10-х годов нашего века, современные подростки, возрастные и социальные проблемы. Семиклассник Саня Лаптев приезжает в Москву, куда переводят служить его отца-военного, попадает в новую школу, у него завязываются непростые отношения со сверстниками, он попадает в беду – но есть кому его выручить. А далее он и сам выручает других детей, вместе с новыми друзьями, попутно открывая для себя всю сложность, противоречивость и непредсказуемость жизни.Текст представлен в авторской редакции.


Путешественники по временам и измерениям

Трое друзей 12 лет, из обычной московской школы, открывают для себя удивительный мир перемещений по временам и измерениям. Ребята оказываются втянутыми в вечное противостояние между светлыми силами, возглавляемыми Советом времен и измерений. И темными силами, в лице могущественных тафаргов (ударение на второе а) – обитателей «черных дыр». Друзья знакомятся с жителями, природой, и особенностями миров. Кроме этого, путешествуя в прошлое нашего измерения встречают известных исторических персонажей. А в будущем измерения, находят множество технических новинок.


Дверь на двушку

Гаю нужна закладка вечной жизни, которая хранится в тайнике на двушке. Он точно знает, как и с помощью кого ее можно достать. Только вот этот кто-то – младенец, ребенок Ула и Яры. Каким-то непостижимым образом тот способен перемещаться между мирами, словно из комнаты в комнату. А значит, может стать проводником. Осталось лишь подвести его к тому самому месту, откуда нырнуть на двушку и достать закладку бессмертия проще всего…


Цветок Трех Миров

Закладка, охраняющая Шныр, умирает. Она теряет силу, а вместе с ней и способность удерживать ведьмарей на расстоянии. Не будет главной закладки – не будет и школы ныряльщиков, а значит, некому станет летать на пегасах на двушку, чтобы спасти чью-то жизнь или подарить кому-то второй шанс. Чтобы школа продолжила существовать, нужна новая мощная закладка, но такой в нашем мире нет, она находится на двушке, и достать ее оттуда невозможно… Было невозможно, пока в руки Калерии не попал Цветок Трех Миров, который может перетягивать силы закладок из одного мира в другой.


Сердце двушки

Когда-то давно юный Мокша Гай принес с двушки опасную закладку – вросшую в скалу частицу грибницы. На двушке грибница росла медленно, горные породы там очень твердые. В нашем же мире вымахавшая до колоссальных размеров грибница начинает прорастать сквозь миры туда, где была прежде – на двушку. И ее мало волнует, что стоит у нее на пути. Даже граница между нашим миром и болотом не является для нее преградой. Она просто стирает эту границу, грозя гибелью всему. Уничтожить грибницу и заделать огромную брешь в стенках мира способны лишь драконы.


Пегас, лев и кентавр

ШНыр – не имя, не фамилия, не прозвище. Это место, где собираются шныры и которое можно найти на карте. Внешне это самый обычный дом, каждые сто лет его сносят и строят заново, чтобы не привлекать внимания.Шныры не маги, хотя их способности намного превосходят всякое человеческое разумение, – если где-то в мире происходит что-то значительное или необъяснимое, значит, дело не обошлось без шныров. Постороннему человеку попасть на территорию ШНыра невозможно. А тому, кто хоть раз предал его законы, вернуться назад нельзя.Шныром не рождаются.