Гарольд Храбрый - [49]
Таким образом, бедными людьми руководили фарисеи. Однако кроме них среди евреев встречались ессеи. Слово ессей происходило, как полагают, от арамейского слова «асья», что значило — врач. Ессеи и были целителями, причём прекрасными целителями. Они жили замкнутыми общинами, в которых всё было общим, верили в приход мессии, в конец света и «Божий суд», отрицали удобства, соблюдали обет безбрачия, не ели мяса и были крайне чистоплотны. Каждый новый член, вступавший в их общину, получал лопату, фартук и белый покров, как символы труда и чистоты. Ессеи пользовались всеобщим уважением, в то время как фарисеи и саддукеи люто враждовали друг с другом.
Когда старик закончил свой рассказ, король задумчиво спросил:
— Иисус происходил из бедной семьи, значит, он не мог быть саддукеем?
— Совершенно верно, Ваше Величество, — подтвердил прелат.
— Но он не мог быть и фарисеем, ибо враждовал с ними.
— И это верно.
— Следовательно, он был ессеем? — предположил Гарольд.
— Быть может, Ваше Величество, — улыбнулся архиепископ. — Я полагаю, что Господь наш, Иисус, предстал пред людьми в образе ессея, расширившего учение и вынесшего его за пределы общины. Видимо, поэтому некая часть его жизни покрыта для нас завесой тайны.
— М-м-м... любопытно... — проронил Гарольд и, помолчав, напомнил: — Но ведь и простых людей шло за ним не много. Отчего, святой отец?
— Отчего? — переспросил священник, обдумывая ответ. — Евреи ждали мессию, который освободил бы их от римского владычества. Согласно ветхозаветным пророкам, он должен был происходить из рода царя Давида. Они были наслышаны о чудодейственной силе Иисуса, знали, что он родился в Вифлееме, городе царя Давида, и решили, что мессия наконец пришёл...
— Насколько я помню, мессия у иудеев — это «помазанник Божий», царь? — прервал собеседника король.
— Да, Ваше Величество, — кивнул прелат. — На языке греков мессия — Христос.
— Потому-то они встретили Иисуса с ликованием.
— Ликование кончилось, когда он объяснил им, что царствие его не от мира сего... — негромко произнёс старик. — И они охладели к нему, ибо большая часть народа хотела бороться за свободу, а не очищать свою душу. Те же, кто стремился к миру, были далеки его учения. Видимо, поэтому глас Спасителя стал гласом вопиющего в пустыне...
— Ага... Так, значит, всё-таки иерусалимские евреи казнили Иисуса? — усмехнулся Гарольд.
Отец Альдред отрицательно покачал головой и грустно промолвил:
— Нет, Ваше Величество... Если бы его казнили евреи, то они побили бы его камнями. Именно такой способ казни был распространён у них и до и после гибели Учителя... Но он принял смерть на кресте. Так казнили только римляне, предавая смерти врагов империи!
Прелат прервался и тяжело вздохнул:
— Кроме того, шла Пасха. Евреи не могли осквернить свой самый светлый праздник казнью. А римляне могли. И именно Пасху. Ведь этот праздник по сути своей посвящён обретению свободы. Непокорные евреи должны были помнить, что власть в Иудее принадлежит Риму! И эта власть незыблема!
— Ты рассуждаешь как иудей, а не как христианский священник, — поддел старика король.
— Для меня главное — истина, — пожал плечами старик. — Даже если она свидетельствует не в пользу Рима.
— Но насколько я помню, римский наместник пытался спасти Иисуса, — усомнился король.
— Он лишь делал вид, Ваше Величество, — покачал головой отец Альдред. — Понтий Пилат был подлым и ничтожным человеком... «Нечистым на руку» и на редкость жестоким. В случае же с Господом нашим, Иисусом Христом, он всего лишь пытался уклониться от ответственности. Но интересы империи требовали решительных действий. Риму не нужен был новый Царь Иудейский, вышедший из народа... Если бы Пилат действительно хотел помочь, он бы легко спас Учителя. У него была возможность оставить жизнь одному из заключённых, но он пощадил убийцу Варраву и обрёк на смерть Иисуса, желая в то же время остаться в стороне.
— Потому-то он и сказал: «Возьмите его и распните, ибо я не нахожу в нём вины...» — криво усмехнулся Гарольд.
— Да, Ваше Величество, — кивнул прелат. — Что касается жителей Иерусалима, то они предпочли Варраву лишь потому, что он бунтовал против Рима.
Король покачал головой в такт своим мыслям и заинтересованно спросил:
— А почему Пилат сделал вид, что «умывает руки»? Почему он хотел уйти от ответственности?
— Страх, Ваше Величество. Он чувствовал силу и величие Иисуса и боялся гнева Божьего... Так же, как три десятилетия спустя боялся бесстрашный Тит[23], штурмуя Иерусалимский храм...
— А первосвященник? Почему он добивался казни?
— В то время уже не было истинных первосвященников. Были римские ставленники, покупавшие у прокураторов свой пост и преданно служившие хозяевам. Оторванные от нужд и чаяний простого народа, они волновались за своё благополучие... Молодой, осенённый благодатью священник был для них опасен... Никто не хочет добровольно уступать влияние и власть!
— Тут ты прав, святой отец! — непроизвольно воскликнул Гарольд. — Прости, я перебил тебя. Продолжай.
— В конечном итоге, — с поклоном продолжил свою мысль прелат, — Иисус, Господь наш, мешал и римлянам, и иудейской знати, ибо нёс людям Слово Божье. Нёс людям Истину. Он возвышал дух, призывал очистить душу и жить по законам Правды и Совести. Таких, как он, боятся погрязшие во грехе сильные мира сего, ибо Правда — их самый страшный враг!
Главным героем дилогии социально-исторических романов «Сципион» и «Катон» выступает Римская республика в самый яркий и драматичный период своей истории. Перипетии исторических событий здесь являются действием, противоборство созидательных и разрушительных сил создает диалог. Именно этот макрогерой представляется достойным внимания граждан общества, находящегося на распутье.В первой книге показан этап 2-ой Пунической войны и последующего бурного роста и развития Республики. События раскрываются в строках судьбы крупнейшей личности той эпохи — Публия Корнелия Сципиона Африканского Старшего.
Главным героем дилогии социально-исторических романов «Сципион» и «Катон» выступает Римская республика в самый яркий и драматичный период своей истории. Перипетии исторических событий здесь являются действием, противоборство созидательных и разрушительных сил создает диалог Именно этот макрогерой представляется достойным внимания граждан общества, находящегося на распутье.В первой книге показан этап 2-ой Пунической войны и последующего бурного роста и развития Республики. События раскрываются в строках судьбы крупнейшей личности той эпохи — Публия Корнелия Сципиона Африканского Старшего.
Удивительно — но факт! Среди произведений классика детективного жанра сэра Артура Конан-Дойля есть книга, посвященная истории Франции времен правления Наполеона.В России «Тень Бонапарта» не выходила несколько десятилетий, поскольку подверглась резкой критике советских властей и попала в тайный список книг, запрещенных к печати. Вероятнее всего, недовольство вызвала тема — эмиграция французской аристократии.Теперь вы можете сполна насладиться лихо закрученными сюжетами, погрузиться в атмосферу наполеоновской Франции и получить удовольствие от встречи с любимым автором.
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
Роман корейского писателя Ким Чжэгю «Счастье» — о трудовых буднях медиков КНДР в период после войны 1950–1953 гг. Главный герой — молодой врач — разрабатывает новые хирургические методы лечения инвалидов войны. Преданность делу и талант хирурга помогают ему вернуть к трудовой жизни больных людей, и среди них свою возлюбленную — медсестру, получившую на фронте тяжелое ранение.
В книгу вошли незаслуженно забытые исторические произведения известного писателя XIX века Е. А. Салиаса. Это роман «Самозванец», рассказ «Пандурочка» и повесть «Француз».
Роман известного американского писателя и поэта Джона Уильямса посвящен жизни одного из величайших политических деятелей истории — римского императора Августа. Будучи тонким стилистом, автор воссоздает широкую панораму бурной римской жизни, гражданских войн, заговоров, интриг и строительства грандиозной империи в виде собрания писем различных исторических лиц — самого Августа, его родных, друзей и врагов, — а также из «неизвестных» страниц летописей той эпохи.
Исторические романы, составившие данную книгу, рассказывают о драматических событиях жизни Ромула, основателя и первого царя «Вечного города», и его брата Рема, «детей бога Марса, вскормленных волчицей».Действие происходит в VIII в. до н.э., в полулегендарные времена, предания о которых донесли до нас сочинения Тита Ливия, Плутарха и других античных авторов.
Книга Т. Б. Костейна посвящена эпохе наивысшего могущества гуннского союза, достигнутого в правление Аттилы, вождя гуннов в 434–453 гг. Кровожадный и величественный Атилла, прекрасная принцесса Гонория, дальновидный и смелый диктатор Рима Аэций — судьба и жизнь этих исторических личностей и одновременно героев книги с первых же страниц захватывает читателя.
Роман известной английской писательницы Ж. Хейер посвящён нормандскому герцогу Вильгельму (ок. 1027-1087) и истории завоевания им английской короны.