Этика. Очерк о сознании Зла [заметки]
1
Гегель, Феноменология духа (VI, А, Ь). Весь этот «нравственный» раздел «Феноменологии духа» хоть и сложен, но весьма впечатляющ.
2
Кант, Основы метафизики нравственности.
3
Французский врач, анатом и физиолог XVIII века.
4
Henri Alleg, La Question, 1958. Нелишне будет сослаться на совсем недавние и близкие к нам эпизоды пыток, систематически проводившихся французской армией с 1954 по 1962 год.
5
Варлам Шапамов, Колымские рассказы. Эта воистину вызывающая восхищение книга облекает в художественную форму подлинную этику.
6
André Glucksmann, Les Maîtres Penseurs, Grasset, 1977. Именно Глюксман больше всех настаивал на абсолютном приоритете осознания Зла и на идее о том, что чреватый катастрофой примат Добра был порождением философии. Таким образом, «этическая» идеология частично укоренена в работах «новых философов» конца 1970-х годов.
7
Cécile Winter, Qu'en est-il de l'historicité actuelle de la clinique? Этот основанный на размышлениях Мишеля Фуко текст самым что ни на есть решительным образом провозглашает осмысленную волю переформулировать в, условиях нынешней медицины клинические требования как ее единственное основание.
8
Emmanuel Lévinas, Totalité et infini, La Haye, 1961. Это его главное произведение.
9
Jacques Lacan, «Le Stade du miroir» in Écrits, Seuil, 1966.
10
Имеется в виду в равной степени традиционная и сомнительная этимология, возводящая слово религия к латинскому religare, связывать. — Прим. пер.
11
Эти префиксы происходят от греч. эв, хорошо. — Прим. пер.
12
От греч. уден — пустота, нуль. — Прим. пер.
13
Alain Badiou, L'Être et l'événement. Seuil, 1988. Теория события требует долгих концептуальных отступлений, каковые и развернуты в этой книге.
14
Следуя лексике А. Бадью, мы предпочли этот вариант перевода знаменитого спинозовского conatus'a принятому в классическом русском переводе Н. А. Иванцова «стремлению пребывать в своем состоянии». — Прим. пер.
15
]ùrgen Habermas, Théorie de l'agir cornmunicationnei, Fayard, 1987. Хабермас пытается расширить «демократическую» рациональность, включая коммуникацию в самые основы своей антропологии. С этой точки зрения он участвует — с противоположного, в сравнении с Левинасом, края — в том, что можно было бы назвать философской субструктурой «этического» течения.
16
Alain Badiou, Théorie du sujet. Seuil, 1982. В своих заключительных «лекциях» эта книга содержит рассуждения по этике субъекта, ориентированные, правда, несколько иначе, чем в настоящем тексте.
17
13 См. Alain Badiou, L'Etre et l'événement, op. cit.
18
Jacques Lacan, Écrits, Seuil, p. 782.
19
Ницше, К генеалогии морали. Это самая систематичная книга Ницше, книга, в которой излагается суть его «жизненной» критики ценностей.
20
См. Alain Badiou, L'Être et l'événement, op. cit. Центральную роль в этой книге играют, с одной стороны, теория имени события, с другой — теория языка-субъекта. Вторая, в частности, довольно изощренна.
21
Victor Farias, Heidegger et le nazisme, Verdier, 1985. Из этой достаточно анекдотической книги видно, как Хайдеггер — на целую эпоху — оказался пленником личины. Он считал, что хранит событие своей собственной мысли.
22
Philippe Lacoue-Labarlhe et Jean-Luc Nancy, L'Absolu littéraire, Seuil, 1988. На протяжении ряда лет эти два автора работают над преемственностью между немецким романтизмом и эстетизацией политики в фашизме. См. также книгу одного из них: Philippe Lacoue-Labarthe, La Fiction du politique, C. Bourgois, 1978.
23
Alain Badiou, Conditions, Seuil, 1992 Неименуемому посвящено в этом сборнике два текста: «Лекция об изъятии» и «Истина: вынуждение и неименуемое».
24
Le théorème de Gôdeï, Seuil, 1990. Важно понять, что в точности гласит эта теорема.
![Манифест философии](/storage/book-covers/cf/cf8d72f91e99efa6c4c855d0e4b14da30f3ef4f6.jpg)
«Манифест философии» Алена Бадью (р. 1937) в сжатой и энергичной форме представляет одно из значительнейших событий в истории новейшей мысли — глобальную «философию события», реализующую небывалый по дерзости замысел: в эпоху пресловутого «конца философии» сделать еще один шаг и, повторив жест Платона, заново отстроить философию в качестве универсальной доктрины, обусловленной положениями науки, искусства, политики и любви и обеспечивающей им возможность гармоничного сосуществования.В качестве Приложений в издание включены тексты посвященного обсуждению концепций Бадью круглого стола (в котором приняли участие Ф.
![Истинная жизнь](/storage/book-covers/b6/b6ca38d5a97d7ca5a79743f770bd0848534ad1e4.jpg)
Серия «Фигуры Философии» – это библиотека интеллектуальной литературы, где представлены наиболее значимые мыслители XX–XXI веков, оказавшие колоссальное влияние на различные дискурсы современности. Книги серии – способ освоиться и сориентироваться в актуальном интеллектуальном пространстве. Один из самых значительных философов современности Ален Бадью обращается к молодому поколению юношей и девушек с наставлением об истинной жизни. В нынешние времена такое нравоучение интеллектуала в лучших традициях Сократа могло бы выглядеть как скандал и дерзкая провокация, но смелость и бескомпромиссность Бадью делает эту попытку вернуть мысль об истинной жизни в философию более чем достойной внимания.
![Апостол Павел. Обоснование универсализма](/storage/book-covers/91/91adb199f8d73eddd84e3dff1d0fecbb209051d5.jpg)
В книге излагается оригинальная секуляризованная трактовка учения и деятельности апостола Павла как фигуры, выражающей стремление к истине, которая в своей универсальности противостоит всякого рода абсолютизированным партикулярностям — социальным, этническим и пр.Книга дает ясное представление об одном из заметных течений современной французской философской мысли и будет интересна не только для специалистов — историков, религиоведов и философов, но и для самых широких гуманитарных кругов читателей.http://fb2.traumlibrary.net.
![Загадочное отношение философии и политики](/storage/book-covers/64/64639d3f01e4fb9b9390cc40051a0cf1c1a33ed8.jpg)
Загадочность отношения философии и политики в том, что между ними находится третий элемент – демократия. Философия начинается с демократии, но не всегда заканчивается на ней, поскольку требует не релятивизма и не многообразия мнений, а истины, обязательной для всякого разумного существа и ограничивающей, на первый взгляд, пространство демократии. Может быть, демократия важнее философии (как считал Рорти) или же все-таки философия важнее демократии (Платон)? Бадью показывает, что можно выйти из этого тупика, если пойти по пути справедливости.
![Философия и событие. Беседы с кратким введением в философию Алена Бадью](/storage/book-covers/56/56ec6cb9812d7df363fa32096622cd4ce32d1fa9.jpg)
Политика, любовь, искусство и наука – четыре источника истин, о которых в своих диалогах рассуждают Ален Бадью и Фабьен Тарби, постепенно приближаясь к философии. Кто сегодня левые, а кто правые, что значат для нас Мао и Сталин? Почему в любви всегда есть мужское и женское? Что является художественным событием? Действительно ли наука грозит «забвением бытия»? Отвечая на эти и многие другие вопросы, Ален Бадью не просто делится своим мнением, а показывает, как работает его философия и куда она ведет.
![Гуманисты эпохи Возрождения о формировании личности, XIV–XVII вв.](/storage/book-covers/c2/c22476204364cd9e97312221632b394b3a8a7f37.jpg)
Книга дает возможность проследить становление и развитие взглядов гуманистов Возрождения на человека и его воспитание, составить представление о том, как мыслители эпохи Возрождения оценивали человека, его положение и предназначение в мире, какие пути они предусматривали для его целенаправленного формирования в качестве разносторонне развитой и нравственно ответственной личности. Ряд документов посвящен педагогам, в своей деятельности руководствовавшимся гуманистическими представлениями о человеке.Книга обращена к широкому кругу читателей.
![Три статьи о еврейском образовании](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Иудаизм и христианство в израильских гуманитарных исследованиях модели интеракции](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Свободомыслие и атеизм в древности, средние века и в эпоху Возрождения](/storage/book-covers/c2/c28e7af75cdd204debe9d442275e954fa318e080.jpg)
Атеизм стал знаменательным явлением социальной жизни. Его высшая форма — марксистский атеизм — огромное достижение социалистической цивилизации. Современные богословы и буржуазные идеологи пытаются представить атеизм случайным явлением, лишенным исторических корней. В предлагаемой книге дана глубокая и аргументированная критика подобных измышлений, показана история свободомыслия и атеизма, их связь с мировой культурой.
![Блез Паскаль](/storage/book-covers/53/539ba1e00936514da7b8dbc65ca12eebc23105b2.jpg)
Блез Паскаль принадлежит к тем редким в истории европейской культуры представителям, которые сочетали в своем творческом даровании гений ученого и изобретателя, глубину философской мысли и талант замечательного писателя.В книге особое внимание уделяется систематическому анализу философских взглядов Паскаля (его онтологии, методологии, гносеологии в целом, диалектике, учению о человеке, этике и др.), что в нашей историко-философской науке делается впервые, а также прослеживается его драматичный жизненный путь.Книга рассчитана на преподавателей, аспирантов, студентов и широкий круг читателей, интересующихся историей философии.
![Ницше](/storage/book-covers/7d/7def1c1389188c4e745e25b0355b7995dbfa0561.jpg)
Классическая работа одного из крупнейших французских философов XX века, включающая в себя компактное и ёмкое изложение биографии и философского творчества Фридриха Ницше, словарь главных персонажей его философии и тщательно подобранную антологию ницшевских текстов.Для философов и литературоведов, для читателей, интересующихся историей западноевропейской философии.http://fb2.traumlibrary.net.
![Хайдеггер и «евреи»](/storage/book-covers/a0/a00ca248c10c314f372d9f71d67bc6a33bb3e27c.jpg)
Жан-Франсуа Лиотар (1924–1998) — один из наиболее значительных представителей новейшей философии. В предлагаемой читателю работе европейский антисемитизм с его кульминацией — холокостом, отношение европейской культуры к этому «событию», пресловутое «непокаяние» Хайдеггера, степень вовлеченности великого мыслителя — и его мысли — в стихию нацизма, — весь этот комплекс тем подвергается у Лиотара радикальной разработке, парадоксальным образом основанной на анализе предельно классических и, казалось бы, не связанных с предметом построений: некоторых фрейдовских концепций и категории возвышенного в «Критике способности суждения» Канта.Книга вызвала серьезный резонанс как во Франции, так и за ее пределами.
![Мишель Фуко, каким я его себе представляю](/storage/book-covers/84/84509ff5abc76d30b275f71920c1d36e9337fecb.jpg)
Морис Бланшо (р. 1907) — крупнейший французский писатель и мыслитель ушедшего века, оказавший огромное влияние на современную гуманитарную мысль. Эссе «Мишель Фуко, каким я его себе представляю» (1986) парадоксальным образом объединяет панораму творчества Фуко, целостное описание ландшафта его мысли и неожиданное, трогательное в своей сдержанности признание в дружбе. Вошедшая в приложение рецензия написана Бланшо по случаю выхода в свет одного из интеллектуальных бестселлеров XX века, знаменитой «Истории безумия» — тогда еще «практически первой» книги безвестного автора.http://fb2.traumlibrary.net.
![Критика и клиника](/storage/book-covers/a0/a022b40a938fd4c9191cb9c1c6e9de8d500668be.jpg)
Последняя прижизненная книга Жиля Делёза — сборник эссе, посвященных любимым писателям философа, среди которых Кафка, Мелвилл, Захер-Мазох, Лоуренс, Ницше и др. Развивая идеи своих классических работ, Делёз выступает против сведения литературы к психоанализу, к комплексам, к вечным «папа-мама-пи-пи» секретам. Перспективная задача писателя — поиск собственного языка. Именно в решении этой задачи писатель может соприкоснуться с клиническим опытом или втянуться в еще более опасные становления-другим — животным, звездой, женщиной, ребенком.