Его большой день - [4]
Второй промежуточный финиш! Француз Поппе и голландец Люте резко вырываются вперед. Видно, задумали отхватить приз хотя бы здесь. Но за ними несется Рудо, обгоняя Поппе. Отлично, Рудла, отлично, товарищ! Он вторым пересекает белую финишную черту. И в сердце Ярослава, где-то на самом донышке, возникает страстная мечта тоже получить когда-нибудь приз на промежуточном финише. Неплохо бы!
Снова во главе группы идет Мелихов, этот Гагарин на велосипеде, как его называют. Он согнулся, буквально лежит на руле, чтобы до предела уменьшить сопротивление встречного ветра. А ветер дует холодный, резкий, хлещет, словно бичом; тем сложнее сегодня борьба, тем больше сил она требует от участников.
Но Ярославу ехать легко. Сегодня особенно легко. Всю усталость от вчерашнего тяжелого этана он будто оставил в гостинице. К тому же он не часто лидирует, иначе ему едва ли выдержать до финиша, он больше едет «на колесе», и грудь его полна надежд. Если сохранится такой темп, расстояние между ними и основной группой гонщиков еще увеличится. Перед финишем это может составить минут десять и больше. Пусть хотя бы десять! Что могут означать для него эти десять минут? Ярослав мысленно прикидывает, на сколько он продвинется вперед в таком случае. Мест на десять или — чем черт не шутит — и на пятнадцать. А может, и еще выше — разница между гонщиками не очень велика. Зря он не посмотрел внимательнее, но перед стартом не до того было. В итоге они вместе с Рудольфом дадут команде минут двадцать. Это, мои хорошие, чего-нибудь да стоит! Жаль, нет под рукой дерева — постучать, чтобы не сглазить.
— Как едется? — слышит он за собой.
— Ничего, в порядке, Рудо.
Ноги работают и одном ритме, будто машина, крутят педали. Вдоль дороги шумят листвой деревья, приветственно мелькают руки. Деревьев много, но рук намного больше, только Ярослав их почти не видит — глаза сощурены от ветра. Радость и большие надежды придают ему уверенности.
Не было бы только дождя.
Эх, не было бы только дождя, но, видно, не миновать его, да. Каждый день их не раз и не два поливает дождем, вот и сегодня тучи — будто набитые свинцом перины, и ветер гонит их прямо на велосипедистов. Черт побери, совсем не майская, а коварная апрельская погода на дворе! А дождь совсем ни к чему, после дождя асфальт — что стекло, нужно большое искусство, чтоб удержаться в седле. Честное слово, ни к чему этот дождь, перед финишем сильнейшие захотят избавиться от более слабых «захребетников», тем труднее будет удержаться впереди.
Но он удержится во что бы то ни стало: такой случай бывает раз в жизни, и он его не упустит. И тогда уж он не будет желторотым новичком, за сегодняшний день он войдет в число дерзких смельчаков, способных на лихие дела. Тренер похвалит его, да и в глазах остальных он вырастет. Ребята скажут: «Видали? Ярослав — парень что надо!» Быть может, завтра его, как и других сильных гонщиков, уже будут стеречь, а это что-нибудь да значит. А дома, на фабрике — вот будет шуму! Боженка очумеет от счастья!
Сердце громко стучит, равномерно движутся ноги, шины свистят по шоссе. Сегодня он накачал однотрубки посильнее: ехать предстояло по хорошей трассе. И в самом деле, за весь день попался лишь небольшой участок щебенки. Там его порядком потрясло — думал, душу вытрясет, — зато по асфальту ехать на таких шинах одно удовольствие.
Гонщики проносятся, как ракеты, оставляя позади белые известковые надписи:
«Мир»…
«Pokój»…
«Friede»…
«Paix»…
«Béke»…
Ласковые белые слова, собственно, одно слово. Слово, которое сопровождает их по всей трассе и проводит до самой Праги.
На асфальт упали первые тяжелые капли. Они расплываются темными пятнами. Ярослав машинально склоняется к рулю, всей тяжестью налегает на педали, словно боясь отстать. Перед ним широкая спина Шура и равномерно напрягающиеся жилистые икры. А вот и огромная цифра «40»: до финиша сорок километров. Еще бы немного удачи, потому что многое зависит от везенья. Тяжелые капли из низко нависших туч ложатся всё гуще и остужают разгоряченное тело. Вот уж действительно ни к чему этот дождь. Едва обсохли, и снова их кропит.
Увы, желание не сбылось — припустил сильнющий ливень. Встречный ветер захлестывает лицо пригоршнями воды, капли дождя стучат по асфальту и разлетаются мелкими фонтанчиками. Ярослав — весь внимание. Нелишне сбавить бы, такая скорость рискованна. Слишком рискованна! Куда там, темп ничуть не снижается, наоборот, Мелихов сменил Поппе и рывками набирает темп. Следом идут Косма, Капитонов, пробивается вперед и Рудо, но — не получается, он не может обойти Шура, тот загородил дорогу, словно говоря: «Не суетись, детка, тебе за ними не поспеть!» Головная группа явно рассыпается, но еще ничего не потеряно, из такой маленькой кучки не очень-то просто улизнуть, и вот снова все вместе.
Однако советская пара проводит рывок за рывком. Сколько же у них сил! Чем пуще ливень, тем они активнее. Дождь противно сечет тело, колет множеством невидимых игл, вода из-под колес взметается до лица — скорость гонщиков поистине космическая! Ярослав ни о чем уже не думает, ему все безразлично, он знай крутит — только б удержаться!
![Масштабные ребята](/storage/book-covers/ad/adcfc832c1b03907fd95ae962f6651648bed609d.jpg)
Эта повесть писателя уведет вас в Якутию — на берег бурной речки Вилюй, на строительство рабочего поселка. Сюда приезжает дружный и отчаянный класс 7 «А» — «масштабные ребята», как они называют сами себя. Здесь, в тайге, ребят на каждом шагу поджидают неожиданные истории и приключения. Журнальный вариант повести Николая Печерского «Масштабные ребята». Опубликован в журнале «Костер» №№ 1–4 в 1964 году.
![Старые дневники и пожелтевшие фотографии](/storage/book-covers/57/573a313786315445b513ad38df6146fe0395e596.jpg)
Автобиографическая документальная повесть для детей и подростков о жизни ребят в предвоенные годы и в годы Великой Отечественной войны посвящена также педагогам и воспитанникам детских домов.Книга может быть использована как хрестоматийный материал в процессе преподавания истории и как приложение к путеводителю по музеям в разделе «Дети войны».
![Генрих Кламм](/storage/book-covers/8e/8e95e4a462a759fca9ad07c6ccc0da8cae938ff9.jpg)
Сокращенный перевод повести Белы Балаша «Генрих начинает борьбу» под названием «Генрих Кламм» был опубликован в журнале «Костер» № 8 в 1938 году.