Дочь скульптора - [29]

Шрифт
Интервал

В самом доме пол превратился в стену и все ковры лежали, словно мягкий вал под вереницей окон. Мы забрались под мебель, стоявшую между окнами, и боялись, что можем случайно разбить стекло. Но иногда картина или бра отделялись от стены, падали вниз и разбивали оконное стекло. Дом жаловался, стонал, и штукатурка падала на пол. А за стенами дома грохотали, пролетая мимо, большие тяжелые предметы, они катились через всю Финляндию и на север выше Рованиеми. Они стали еще тяжелее от облепившего их мокрого снега, застревавшего на их поверхности, пока они катились, а иногда мимо пролетали падающие вниз и непрестанно кричавшие люди.

Снег на земле начал перемещаться. Он скользил, превращаясь в огромную лавину, он все рос и рос, перерастая край света.

…О нет! О нет!

Я каталась взад-вперед по ковру, чтобы испугаться еще сильнее, и в конце концов увидела, как стена поднимается надо мной, а картины повисли прямо на своих стальных проволоках.

— Что ты делаешь? — спросила мама. Тогда я затихла и лежала, не произнося ни слова.

— Давай рассказывать истории, — сказала она, продолжая рисовать.

Но я не желала слушать никакой другой истории, кроме своей собственной. Но об этом говорить нельзя. Поэтому я только ответила:

— Пойдем посмотрим, какой ветер.

Мама вытерла ручку для туши и пошла со мной. Некоторое время мы мерзли, стоя на ветру, и мама сказала:

— Здесь одиноко!

И мы снова вернулись в дом, где было тепло, и она забыла, что собиралась рассказывать истории. А потом я пошла и легла спать. А на следующее утро свет во всей комнате был зеленым, таким, какой бывает лишь под водной гладью. Мама спала. Я встала, открыла дверь и увидела, что лампы во всех комнатах горели, несмотря на то, что было уже утро. Зеленый свет проникал сквозь снег, залепивший все окна снизу доверху. Теперь это случилось. Дом превратился в один-единственный большой сугроб, а земля находилась где-то высоко над крышей. Скоро деревья тоже сползут вниз в снег, так что только их верхушки будут торчать наружу, а потом исчезнут и они, и все выровняется и станет плоским. Я видела все это, я знала… Это было неизбежно и неумолимо.

Чрезвычайно торжественно и совершенно спокойно уселась я на ковер перед горящим огнем.

Мама проснулась, вышла ко мне и сказала:

— Погляди, как славно смотрится снег на всех окнах.

Она не понимала, как серьезно все обстоит на самом деле. Когда я рассказала ей, что случилось в действительности, она серьезно задумалась.

— Ты права, — через некоторое время произнесла мама, — вот мы и погрузились в зимнюю спячку в берлоге. Никому теперь сюда не войти, и никому отсюда не выйти!

Я пристально посмотрела на нее и поняла, что мы спасены. Наконец-то мы в абсолютной надежности и сохранности, наконец-то защищены. Угрожавший нам бедой снег спрятал нас в этом доме в тепле навсегда, и нам не надо ни в малейшей степени заботиться о том, что творится за стенами этого дома. Меня охватило чувство невероятного облегчения, и я закричала маме:

— Я люблю тебя!

Я хватала все подушки по очереди и бросала их в маму, я смеялась и кричала, а мама кидала их обратно. В конце концов мы обе лежали уже на ковре и только смеялись.

Затем мы начали нашу жизнь подземных жителей. Мы расхаживали вокруг в ночных рубашках и ничего не делали. Мама не рисовала. Мы были медведями с животами, набитыми хвоей, и разрывали насмерть всех, кто осмеливался приблизиться к нашей берлоге. Мы впали в расточительство; не жалея дров, бросали мы одно полено за другим в очаг, пока пламя не заполыхало и не заревело.

Иногда мы что-то непонятно бормотали. Мы предоставили внешнему миру, полному опасностей, самому заботиться о себе. Внешний мир умер, он выпал во Вселенную. Остались только мы с мамой!

Нас начали откапывать с самой дальней комнаты. Сначала послышался царапающий, злобный звук больших лопат и ковшей. Затем снег начал яростно и неистово падать вниз под окнами, и повсюду стал проникать в комнату серый свет. Кто-то протопал мимо снаружи, он подошел к следующему окну и впустил чуть побольше света. Это было ужасно!

Царапающий звук пронесся мимо всей вереницы окон, пока лампы не начали гореть, как на похоронах. За стенами дома падал снег. Деревья стояли рядами, черные, как прежде, принимая снег, и снова обозначилась опушка леса.

Мы оделись. Мама села рисовать.

Какой-то черноволосый парень продолжал разгребать снег за дверью, и я, внезапно заплакав, закричала:

— Я укушу его! Я выйду и укушу его!

— Не нужно! — сказала мама. — Он не поймет! Она снова отвинтила пробку на бутылочке с тушью и сказала:

— Подумать только, мы-то во всяком случае поедем домой!

— Да, — согласилась я. И тогда мы поехали.

КРАСНУХА

У меня была краснуха. Я лежала на своих нарах и пыталась связать крючком прихватку для горшков и котелков.

Одеяло мое было горным ландшафтом с мелкими гипсовыми животными, бродившими вверх и вниз и никогда не идущими вперед. В конце концов я устроила им землетрясение, и тогда они распростерлись на земле и не стали больше карабкаться вверх и спускаться вниз.

Попполино сидел в клетке на папиных нарах и что-то искал в своих газетах и бумагах. Он поднимал их одну за другой, роняя, словно они вызывали у него отвращение, таращился в потолок и рассеянно чесался. Его глаза при зимнем освещении казались совсем желтыми.


Еще от автора Туве Марика Янссон
Маленькие тролли и большое наводнение

Дорогой друг!Эта книжка — рассказ о большом наводнении — была написана самой первой в том самом 1945 году, когда окончилась Вторая мировая война, когда не только тебя, но и твоих мамы и папы еще не было на свете. На страницах этой книжки муми-тролли появились впервые: и добрейшая Муми-мама, и рассеянный папа, и сам главный герой — их сын — знаменитый Муми-тролль.


Муми-тролль и комета

«Муми-тролль и комета» — одна из первых книг в большой серии сказочных повестей о Муми-троллях и их друзьях знаменитой финской сказочницы Туве Янссон, пишущей на шведском языке.Читатели познакомятся с героями сказки — удивительными существами, населяющими прекрасную Долину (Муми-дол): Муми-троллем, напоминающим беленького бегемотика, его папой и мамой, как две капли воды похожими на сына, фрёкен Снорк и её братом, философом Ондатром, Снусмумриком, играющим прощальные песни, учёным Хемулем и многими другими; узнают о том, что случится с Долиной, если комета протащит над ней свой пылающий огненно-красный хвост.


Повесть о последнем в мире драконе

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Шляпа волшебника

Повесть-сказка «Шляпа Волшебника» — одна из большой серии сказок о Муми-троллях и их друзьях всемирно признанной финской сказочницы Туве Янссон, пишущей на шведском языке.Писательница создала целый прекрасный мир — Долину Муми-троллей (Муми-дол) с голубым домом, в котором живет удивительное семейство Муми-троллей, всегда готовое принимать у себя друзей и заботиться о них. Находка шляпы и появление самого владельца шляпы — могущественного Волшебника — резко изменяют жизнь обитателей Долины и превращают Муми-дол в арену всяческого волшебства.


Сказочные повести скандинавских писателей

Аннотация издательства: «В издание включены сказочные повести Синкеп Хопп «Волшебный мелок» про удивительные приключения двух друзей Юна и Софуса; Яна Экхольма «Тутта Карлссон Первая…» о лисенке Людвиге Четырнадцатом; веселая история о жителях города Кардамона и трех незадачливых разбойниках, написанная Турбьёрном Эгнером, и три повести финской писательницы и художницы Туве Янссон «Муми-тролль и комета», «Шляпа волшебника» и «Волшебная зима».»Вступительная статья А. И. Исаевой;Иллюстрации и оформление Б.


Невидимое дитя

Это добрые и смешные рассказы об удивительных существах, населяющих Долину Муми-троллей. Они попадают в сложные ситуации, встречаются с опасностью и преодолевают трудности и препятствия.Данное издание интересно тем, что перевод осуществлялся не со шведского языка, на котором писала Туве, а с английского перевода этих сказок.


Рекомендуем почитать
Короткое замыкание

Николае Морару — современный румынский писатель старшего поколения, известный в нашей стране. В основе сюжета его крупного, многопланового романа трагическая судьба «неудобного» человека, правдолюбца, вступившего в борьбу с протекционизмом, демагогией и волюнтаризмом.


Точечный заряд

Участник конкурса Лд-2018.



Происшествие в Гуме

участник Фд-12: игра в детектив.


Зерна гранита

Творчество болгарского писателя-публициста Йото Крыстева — интересное, своеобразное явление в литературной жизни Болгарии. Все его произведения объединены темой патриотизма, темой героики борьбы за освобождение родины от иноземного ига. В рассказах под общим названием «Зерна гранита» показана руководящая роль БКП в свержении монархо-фашистской диктатуры в годы второй мировой войны и строительстве новой, социалистической Болгарии. Повесть «И не сказал ни слова» повествует о подвиге комсомольца-подпольщика, отдавшего жизнь за правое дело революции. Повесть «Солнце между вулканами» посвящена героической борьбе народа Никарагуа за свое национальное освобождение. Книга предназначена для широкого круга читателей.


Современная кубинская повесть

В сборник вошли три повести современных писателей Кубы: Ноэля Наварро «Уровень вод», Мигеля Коссио «Брюмер» и Мигеля Барнета «Галисиец», в которых актуальность тематики сочетается с философским осмыслением действительности, размышлениями о человеческом предназначении, об ответственности за судьбу своей страны.