Дай на прощанье обещанье - [9]
– Малолетние проститутки! – выкрикнула Пульчинелла и осеклась, увидев напротив себя ненавистную соседку.
– Проститутки, говорите? – вполголоса переспросила Зоя Семеновна и сделала шаг вперед.
– А чего это ты, Зоя, со мной на «вы»?
– А когда это, Нелли Афанасьевна, я с вами была на «ты»?
– Да ты мне слова-то доброго никогда не сказала. А я уж, почитай, двадцать лет здесь живу.
– Вот и живите, Нелли Афанасьевна, живите тихо и спокойно. Никого, Нелли Афанасьевна, не трогайте. Никого не оскорбляйте.
– А то че? – осклабилась Пульчинелла и нехорошо засмеялась. – Мужа натравишь?
– Своего – пожалею, руки потом не отмоет. А вашего-то, простите, Нелли Афанасьевна, не видела никогда и вообще сомневаюсь, был ли.
– Ты че ж, Зой, намекаешь, что я Розку во грехе родила?
– Мне, Нелли Афанасьевна, все равно. Твоя дочь – ты и смотри. А я за своей внучкой как-нибудь сама присмотрю.
– За проституткой своей малолетней? Юбка-то вон еле срам закрывает.
После этих слов Аля не удержалась и заплакала. Увидев слезы на глазах возлюбленной, Марат побледнел, сжал губы и сделал шаг вперед, но тут же был оттеснен Зоей Семеновной.
Она напряглась, сузила глаза и пошла на Пульчинеллу с непроницаемым выражением иконописного лица. Но взъерошенная Неля продолжала наскакивать на противницу:
– Дожили! Татарву в дом тащут. Молодую девку в кровать укладывают…
Зоя Семеновна поднесла к своим губам палец и еле слышно произнесла:
– Ти-и-ише, Нелли Афанасьевна. Ти-и-ише…
– А мне не страшно! – подпрыгнула Пульчинелла, кажущаяся рядом со статной Зоей Семеновной кукольно маленькой.
– Вот и хорошо, – так же тихо произнесла Зоя и странно посмотрела в глаза взбалмошной старухе. – Никогда, Нелли Афанасьевна, в сторону моей Алечки больше не смотри. И пасть свою больше не открывай. Не надо, Неля.
Пульчинелла под Зоиным взглядом странно осела, забормотала что-то себе под нос и жалобно позвала Розу, подглядывавшую за происходящим из-за затянутого плющом окна:
– Ро-о-о-з… Ты дома, что ль?
Пульчероза высунулась наружу.
– Ты ее забери, девочка, – обратилась к ней Зоя Семеновна. – Пусть домой идет. Нечего людей-то смешить. Стыдно.
– Хорошо, теть Зой, – с готовностью пролепетала Роза и снова исчезла за виноградной лозой.
– А ты чего пришипилась? – гневно пригвоздила Зоя Семеновна покрывшуюся пятнами Алечку. – Говорила тебе, короче юбку обрежь и ходи, подняв голову! Пусть завидуют. И парня своего давай забирай. Татарин – не татарин, сами разберемся! Пойдем, Тося.
Тося, опершись на палку, посторонился, пропустил жену, подтянувшихся Алечку с Маратом и двинулся следом за своими степенно, как барин.
– Зоя Семеновна! – бросилась к соседке выбежавшая из своего подъезда к шапочному разбору Фаустова. – Правда, что ли, Неля сошла с ума?
– Не знаю, Екатерина Григорьевна, – нехотя ответила Зоя и продолжила свой путь.
– Жалко… – запричитала Фаустова и присела на скамейку.
К ней подтянулись еще соседки, потом – еще…
– Я уже утром заметила: не в себе она, – рассказывала Фаустова окружившим ее женщинам, поглядывая на «Зойкины» окна. – Майора с прокурором перепутала. Жа-а-алко…
«Может, год, а может, и два…»
Фамилия ее была Кукуруза. И тот, кто слышал эту фамилию впервые, недоуменно поднимал брови и давил в себе детское хихиканье, которое рождается в человеке всем запретам назло. Такое бывает во время траурных митингов, когда всех собирают слушать пронзительно печальную музыку и скорбные речи ораторов. В итоге одни плачут, а другие, стыдно сказать, посмотрят друг на друга и начинают хихикать…
Так вот, Кукуруза была из их числа: также хихикала к месту и не к месту. Как правило, не к месту. Не случайно Коля – ее муж – любил приговаривать: «Бог не выдаст, свинья не съест, зато Верочка на чудеса горазда». Верочка – это и есть та самая Кукуруза. И правильно Коля говорил, потому что сам начальник отдела кадров от лукавых Верочкиных глаз взор отводил и перед партсобранием всегда грозил ей узловатым пальцем:
– Слышишь, Кукуруза? Ты себя в руках-то держи. Ты мужу-то соответствуй, Вера Павловна. На ответственной работе он у тебя. Навредить можешь. Смотри у меня, Кукуруза.
Вот Кукуруза и старается: смотрит-смотрит, а потом начинает хихикать, пока кто-нибудь ей в бок локтем не даст, чтоб не случилось чего-нибудь такого, непредвиденного.
На непредвиденное Вера Павловна была горазда. Вот что правда, то правда! Может, за это Коля-то ее и терпел. А может, и любил даже. Некоторые говорят – точно любил. Это ж не шутки – рядом с Кукурузой жить! Никогда не знаешь, с какого бока посыплется.
Всякое бывало у них в доме. То Верочка с соседом напротив маски эфиопские наденут, Колей из Африки привезенные, и пойдут жильцов пугать. То всю ребятню из двора на Волгу уведет, чтоб с дамбы ныряли, а то сидят по домам, «к мамке пристегнутые». То подкладку для шубы из натурального шелка закажет, а потом отпорет и нейлоновую пришьет – модно потому что…
Вера она и есть Вера. И в глаз ей давали за ряженье ее это с соседом, и на собрание заводского женсовета вызывали за то, что чуть детей не утопила, и пальцем у виска крутили, когда шелковый подклад в мусорку выбросила. Хоть бы хны!
![Не девушка, а крем-брюле](/storage/book-covers/b5/b57fe1371bc6d5497815863a15d6cec7e7e5fde4.jpg)
Все девочки верят в Прекрасного Принца. Потом они вырастают и понимают, что принцы бывают только в сказках. Но Василиса, которую жестокие одноклассники дразнили Периной, точно знала, что принцы существуют. Ее, во всяком случае, Принц ждет и непременно дождется, ведь он обещал, что, когда она вырастет, он обязательно ее найдет и женится на ней. У этого Принца не было белого коня, белого плаща и прочих атрибутов сказочного героя. Но парень в спортивной майке был таким обаятельным и говорил так уверенно, что Василиса ему поверила.Шли годы.
![Ох уж эта Люся](/storage/book-covers/4e/4e79d3fef81549a4e4e528094191cec966371a3d.jpg)
Люся из тех, о ком одни с презрением говорят «дура», а другие с благоговением – «святая». Вторых, конечно, меньше.На самом деле Люся – ангел. В смысле – ангельского терпения и кротости человек. А еще она – врач от бога, а эта профессия, как известно, предполагает гуманное отношение к людям. Люсиным терпением, кротостью и гуманизмом пользуются все – пациенты, муж и дети, друзья, друзья друзей и просто случайные знакомые. Те, кто любит ее по-настоящему, понимают: расточительно алмазом резать стекло, если его можно огранить и любоваться.
![Три женщины одного мужчины](/storage/book-covers/ea/eae21715cc4997b8936eeed3438e20811b6d3aa1.jpg)
«Муж и жена – одна сатана» – гласит народная мудрость. Евгений Вильский был уверен, что проживет со своей Женькой всю жизнь – ведь и зовут их одинаково, и друзья у них общие, и дети – замечательные. Но есть еще одна мудрость: «Жизнь прожить – не поле перейти». И смысл этих слов Вильский постиг, когда понял, что не бывает только белого и только черного, только правильного и только неправильного. И половина – это необязательно одна вторая, вопреки законам математики и логики…
![Мама мыла раму](/storage/book-covers/de/deae995b9c1288c14d22e7f63b6dcf9798e78914.jpg)
Антонина Самохвалова с отчаянным достоинством несет бремя сильной женщины. Она и коня остановит, и в горящую избу войдет, и раму помоет.Но как же надоело бесконечно тереть эту самую раму! Как тяжело быть сильной! Как хочется обычного тихого счастья! Любви хочется!Дочь Катя уже выросла, и ей тоже хочется любви. И она уверена, что материнских ошибок не повторит. Уж у нее-то точно все будет красиво и по-настоящему.Она еще не знает, что в жизни никогда не бывает, как в кино. Ну и слава богу, что не знает, – ведь без надежды жить нельзя…
![Бери и помни](/storage/book-covers/27/275b64cd2f9bb31c14c836e57110d65d7c9ad767.jpg)
Дуся Ваховская была рождена для того, чтобы стать самой верной на свете женой и самой заботливой матерью.Но – увы! – в стране, где на девять девчонок, по статистике, восемь ребят, каждая девятая женщина остается одинокой. Дуся как раз была из тех, кому не повезло.Но был у Дуси дар, который дается далеко не всем, – умение отдавать.Семейство Селеверовых, к которым Дуся прикипела своей детской, наивной душой, все время указывало ей на ее место: «Каждый сверчок знай свой шесток».Они думали, что живут со сверчком, а на самом деле рядом с ними жил человек, с которым никто не сравнится.
![Закон подлости](/storage/book-covers/d0/d043078d27a2d98e5b45046fe1536e5a37c9b0f1.jpg)
«…А все жадность проклятая. Ну, может, не жадность – так, прижимистость. Девчонка институт оканчивала учительский, вечер выпускной, платье шить надо, чтоб как положено. И, значит, панбархат она тот просит. И что? И то! Не дала Зинаида Яковлевна тот отрез, вот, может, и хотела дать, а не смогла. Все думала: Ваня из Самарканда привез, память Ванина, а я сейчас вот р-раз – и отдам?! Ну и завидно было чуть-чуть: у молодых оно все ведь впереди – а у нее что? Ничего. Одни воспоминания. Даже мечты нету. А ведь мечта была.
![Сборник рассказов](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Кабан по-телегенски](/storage/book-covers/15/15aecac25c44460c5dcb789f1d6ca31d0eb6f6d3.jpg)
Теперь уж и не вспомнить в деталях, что пережило население «республик свободных» в начале 90-х прошлого века. А было все. Вслед за развалом СССР останавливались заводы, задерживались по несколько месяцев зарплаты, а цены росли так быстро, что шесть миллионов, которые просили за подержанный автомобиль сегодня, через полгода хватало лишь на покупку блока спичек. Но люди наши особо не унывали.– Пережили войну, – говорили они, – переживем и разруху.Перед вами коротенькая история из жизни небольшого городка, написанная по горячим следам того времени.
![Идрис-Мореход](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В новом же романе Таир Али ищет и находит корни выживания лирического героя своего произведения, от имени кого ведется повествование. Перед нами оживают в его восприятии сложные перипетии истории начала прошлого столетия и связанной с нею личной судьбы его деда — своего рода перекати-поле. События происходят в Азербайджане и Турции на фоне недолгой жизни первой на Востоке Азербайджанской Демократической республики и в последующие советские годы.
![Зона Синистра](/storage/book-covers/ae/aed54cd7365c384a725b920a850c18c0ffbed62d.jpg)
Широкую литературную известность Адам Бодор приобрел после издания своей повести "Зона Синистра". Синистра (значение латинского слова "sinistra" — зловещий, ужасный) — так называется в повести уголок Карпат где-то на границе Румынии, Венгрии и Украины; но Синистра — это и художественный образ, олицетворяющий не только бытие в Трансильвании, где диктатура Чаушеску накладывалась на угнетение национальных меньшинств: венгров, немцев и др. "Зона" эта — символ того "реального" социализма, который в последние десятилетия перед своим крахом все более превращался в жуткий фаланстер, нечто среднее между тюрьмой и психушкой.
![Нью-Йорк. 14 августа 2003 года](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Большой укол](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Счастливо оставаться!](/storage/book-covers/83/83e734fad64bd1610dd875fd7e6afcde153e3f3a.jpg)
«Все счастливые семьи счастливы одинаково» – утверждал классик. Но бывает ли одинаковое счастье? Для героев повести «Гуси-лебеди» оно одно, для кубанской семьи из повести «Счастливо оставаться!» – другое. Так существует ли рецепт счастливой семейной жизни? Татьяна Булатова советов не дает, формулы не выводит – с неповторимым мягким юмором, в теплой лирической манере она рисует сцены быта и бытия этих семеек. И читателю ничего не остается, как раскрыть секрет домашнего благополучия.
![А другой мне не надо](/storage/book-covers/d3/d33853666ec1820ffe938e0ab8b5e60176b772ec.jpg)
Можно ли всю жизнь хранить верность одному человеку? Ни разу не изменить, не поддаться страсти?Анатолий и Анна Гольцовы были уверены, что можно. Глядя на них, и окружающие не сомневались: настоящая любовь существует не только в книгах. Вон, у людей уже сын взрослый, не сегодня завтра внуки появятся, а они смотрят друг на друга влюбленными глазами, как в медовый месяц.Но счастье, как известно, – материя хрупкая, и разрушить его проще простого, все равно что чашку уронить и разбить.Правда, чашку можно склеить.
![Большое сердце маленькой женщины](/storage/book-covers/a3/a366892f0b56af0dce097d5cc0d18856984379d7.jpg)
«Эм и Же держали землю на вожже» – так старшеклассница Танька Егорова зарифмовала всем известную физическую формулу. Танька выросла, и стало ясно, что она как раз из тех людей, которые держат землю, не дают тем, кто стоит на грани, упасть в пропасть отчаяния и безнадежности. Обладала ли Танька Егорова экстрасенсорным даром? Да, безусловно. И использовала этот дар щедро, не щадя себя и не задумываясь, стоит ли так себя растрачивать. Дело в том, что был у нее и еще один дар – искренне любить людей. Именно эта любовь и давала ей большую силу.
![Да. Нет. Не знаю](/storage/book-covers/f8/f87f09a383f25748994386f55ed64f73f1e6513f.jpg)
Женщина, любимая отцом, всегда чувствует себя красавицей и любима другими мужчинами.Георгий Одобеску обожал свою Аурику, не сомневался в ее неотразимости и готов был лично задушить каждого, кто посмел бы косо посмотреть на его Прекрасную Золотинку.Для мужа Аурика всю жизнь оставалась самой красивой и желанной женщиной, для дочерей и внучки – непререкаемым авторитетом.Счастлива семья, у которой есть ангел-хранитель. Вдвойне счастлива, если этот ангел – мать, жена и бабушка, чьи безапелляционные советы если и не сильно помогают жить, то, во всяком случае, дают надежду, что все будет хорошо.