Что делать? - [4]
Он хотел обнять ее. Она предупредила его движение.
- Нет, не нужно, нельзя, {Было: теперь нельзя [На моих] [это было] [Теперь нам] [его кровь] [теперь нельзя] поцало} это было оскорблением {Далее было: его памяти, и моих и твоих} ему. {Далее было начато: а. Дай ру б. Прости} Дай руку, - жму ее, - видишь, как крепко, но прости. {Далее было: Довольно.} Он не выпускал ее из своей.
- Довольно. Иди. - Она отняла руку. Он не смел противиться. - Прости же. - Она взглянула на него так нежно, но твердыми шагами ушла {Далее было: в дверь, противоположную той, в которую входил он, -} в свою комнату и ни раза не оглянулась на него, уходя.
Он долго не мог отыскать свою шляпу, {Вместо: долго ~ шляпу, - было: взял шляпу} хотя раз пять брал {взял} ее в руки, - он не видел, что берет ее, он был как пьяный. Наконец понял, что это {это именно} подле него стоит именно шляпа, которую он ищет, вышел в переднюю, надел пальто, - машинально - вот он уже подходит {Вместо: вот он уже подходит - было: а. Начато: отворил б. и пошел - вот он уже [вышел] выходит из ворот, - когда он возвратится завтра, ее нет - [хоть он уже] [на] [надо] - вот он пойдет мимо окна ее комнаты - будет ли она} к воротам, - "кто это бежит за мною? {за ним?} верно, Маша". Он оглянулся - Вера Павловна бросилась {Начато: пов} ему на шею, обняла, крепко поцаловала.
- Нет, не утерпела, мой милый! Теперь прости {Начато: прощ} навсегда! {Далее начато: а. Как на б. Не брани меня, что}
Она убежала, бросилась в постель и залилась слезами, которые так сдерживала.
III
ВТОРАЯ ЗАВЯЗКА
Часа через два {Было начато: Через} к той же даче, где теперь осталась одна Вера Павловна, ехал на извозчике {Начато: на порядочн} человек уже немолодой {Вместо: уже немолодой - было: а. Начато: лет б. солидного вида}, с лицом озабоченным и недовольным. При всей своей солидности, он делал гримасы, полунасмешливые, полупечальные. Лошадь у извозчика была порядочная {Вместо: Лошадь ~ порядочная - было: Извозчик был поря} и бежала очень хорошо, а солидный господин все погонял: "Ведь сказал тебе, что прибавлю сверх уговора гривенник, если поедешь хорошо, - а ты все опускаешь вожжи. Видишь, человеку нужно, жалости в тебе нет". {Далее было: Коли бы много было денег, и не гривенник бы при}
- Барин, право хорошо едем, всех обгоняли по дороге, две кареты барских обогнали.
- Ну, ну, хорошо, пятиалтынный прибавлю, - сказал усовещенный барин. {Далее было: и стал [уж] бормотать уже про себя, он бормотал всю дорогу,}
"Вот полтинника и нет в кармане, - размышлял он, - а все по глупости приятеля. Если бы поступил {Начато: не наде} этот сумасброд, как следует благоразумному человеку, сел бы {ехал бы} я в дилижанс, заплатил бы 15 копеек. А теперь теряю полтинник. Уже не считаю того, что время трачу, ну, без этого нельзя в таких случаях. Да нет, и времени-то втрое больше потеряю по его глупости, чем понадобилось бы, {нужно,} если бы он распорядился умно. Ну застрелился так застрелился, - почему и не сделать так, если нужно, - да делай же умно, чтобы другим хлопот лишних не было. Приготовил бы понемножку, легонько, - ну она бы и приняла спокойнее, и мне бы не пришлось столько возиться с нею. А то вдруг, бухнул, как обухом по лбу, бедную женщину, а друзья и приводи в порядок. Как есть сумасшедший. Да и я хорош: на неделе семь раз зарекаюсь в чужие дела не входить, - своих заглаза довольно, - так нет же вот, - ведь опять сам я навязался. Да когда ж это я буду умнее? - Ну да что же, впрочем, я на себя бранюсь? {ропщу?} Для Лопуховой, {Начато: Веры П} точно, можно было сделать исключение, да и все-то они славные люди. Славные люди! {Далее было: Да славных-то людей} Что ж, что славные люди? За них за всех не нахлопочешься - это они в мое время были в диковинку, а теперь они как грибы {Вместо: они как грибы было: они, поди, десятками} растут. А какая, {а какова} в самом деле, хорошая молодежь стала заводиться, - и разводится, заметно {Было: так заметно} разводится. {Далее начато: приятно см} Вот опять скажу про себя: не женился в свое время, - почему? ведь смешно подумать: дочь родится - не встретит {не найдет} порядочного человека, за которого бы можно было с спокойною совестью выдать хорошую девушку; - сын родится - и подавно не встретит порядочной девушки, которая бы стоила {Было: с которою мог бы} быть женою порядочного человека. Да, в мое время так было. Я так и распорядился своей молодостью, по Жоржу Занду, по Лелии, по рецепту в этом гимне, который она поет {Далее было: поступ} при своем пострижении: "Сказали нам тираны наши: пойте песнь любви. Нет, мы запрем для любви сердца свои. {Далее начато: будем жить в скорби, без р} Вы недостойны, чтобы мы любили вас. Будьте людьми, тогда будет вам и любовь". - Отличный гимн. {Далее было: Вот тоже, глупость-то: говорят проповедует} Да, в ее там у них, а в мое время у нас, был он справедлив. Да как же я не рассудил, что ведь детям-то будет лучше жить, чем матерям да отцам? {Далее было: А через десять-то лет} Вот и теперь, ведь уж очень порядочное время, а через десять-то лет, когда подросли бы мои дети, и еще лучше будет. Славное время, славное время! А я-то и не рассчитал тогда. Говорю себе: "не годится, братец, производить {выпускать} на свет людей, чтобы им так же скверно было жить, как тебе". Ну и не женился. Вот теперь - старый холостяк, и вожусь с детьми двадцати семей, {Вместо: с детьми двадцати семей, - было: с двадцатью семьями} потому что своей семьи нет. А с своею-то, с одною-то, меньше {легче} было бы хлопот. Трудновато, трудновато с этакою-то обузою. Ну да что делать? ведь нельзя же и не любить-то кого-нибудь, ну а если родственных-то предпочтений нет, так как же и не полюбить-то человека, когда стоит? {Далее было: Тут беспристрастно судить. А не хочешь - ступай прочь. Да.} Ну, а полюбил, так уж и возись, и хлопочи, - взялся за гуж, не говори, что не дюж, тяни лямку, тяни, Владимир Петрович... Стой, братец, доехали. Вот тебе полтинник, а вот еще пятак, - видишь, двадцать копеек прибавил. Хорошо ехал, молодец!".
![Том 2. Пролог. Мастерица варить кашу](/storage/book-covers/7d/7d713d33dfe2c970becfc5de89e5ebba96905704.jpg)
Во второй том вошли роман «Пролог», написанный Н. Г. Чернышевским в сибирской ссылке в 1864 году и пьеса-аллегория «Мастерица варить кашу», написанная в период пребывания в Александровском заводе.http://ruslit.traumlibrary.net.
![Статьи о русской литературе](/storage/book-covers/8f/8f55a061b29ffdf174ffd8912c3924e99df17ee8.jpg)
Русская литературная критика рождалась вместе с русской литературой пушкинской и послепушкинской эпохи. Блестящими критиками были уже Карамзин и Жуковский, но лишь с явлением Белинского наша критика становится тем, чем она и являлась весь свой «золотой век» – не просто «умным» мнением и суждением о литературе, не просто индивидуальной или коллективной «теорией», но самим воздухом литературной жизни. Эта книга окажет несомненную помощь учащимся и педагогам в изучении школьного курса русской литературы XIX – начала XX века.
![Терпеливая Россия. Записки о достоинствах и пороках русской нации](/storage/book-covers/b3/b31d029c6f61ff3231474607815dcb26f430fc55.jpg)
«Исторические обстоятельства развили в нас добродетели чисто пассивные, как, например, долготерпение, переносливость к лишениям и всяким невзгодам. В сентиментальном отношении эти качества очень хороши, и нет сомнения, что они очень удобны для людей, пользующихся ими к своей выгоде; но для деятельности пассивные добродетели никуда не годятся», – писал Н.Г. Чернышевский. Один из самых ярких публицистов в истории России, автор знаменитого романа «Что делать?» Чернышевский много размышлял о «привычках и обстоятельствах» российской жизни, об основных чертах русской нации.
![Том 1. Что делать?](/storage/book-covers/70/70e8774a8270d3d86c542acd9594566c29c7bb97.jpg)
В первый том Собрания сочинений русского революционера и мыслителя, писателя, экономиста, философа Н.Г. Чернышевского (1828–1889) вошел роман «Что делать?», написанный им во время заключения в Алексеевском равелине Петропавловской крепости.http://ruslit.traumlibrary.net.
![Детство и отрочество. Военные рассказы графа Л. Н. Толстого](/storage/book-covers/fd/fdd73f63db641915798ba718419636b763e45019.jpg)
«Нельзя сказать, чтобы попытки сделать это были очень удачны. Причина неудовлетворительности их отчасти заключается в том, что талант графа Толстого быстро развивается, и почти каждое новое произведение обнаруживает в нем новые черты. Конечно, все, что сказал бы кто-нибудь о Гоголе после «Миргорода», оказалось бы недостаточным после «Ревизора», и суждения, высказавшиеся о г. Тургеневе, как авторе «Андрея Колосова» и «Хоря и Калиныча», надобно было во многом изменять и дополнять, когда явились его «Записки охотника», как и эти суждения оказались недостаточными, когда он написал новые повести, отличающиеся новыми достоинствами…».
![Нанкин-род](/storage/book-covers/24/24df2d684555153fc724adad16c0e92998c01a53.jpg)
Прежде, чем стать лагерником, а затем известным советским «поэтом-песенником», Сергей Алымов (1892–1948) успел поскитаться по миру и оставить заметный след в истории русского авангарда на Дальнем Востоке и в Китае. Роман «Нанкин-род», опубликованный бывшим эмигрантом по возвращении в Россию – это роман-обманка, в котором советская агитация скрывает яркий, местами чуть ли не бульварный портрет Шанхая двадцатых годов. Здесь есть и обязательная классовая борьба, и алчные колонизаторы, и гордо марширующие массы трудящихся, но куда больше пропагандистской риторики автора занимает блеск автомобилей, баров, ночных клубов и дансингов, пикантные любовные приключения европейских и китайских бездельников и богачей и резкие контрасты «Мекки Дальнего Востока».
![Собраніе сочиненій В. Г. Тана. Томъ пятый. Американскіе разсказы](/storage/book-covers/eb/eb8b7adcec5939d2ed3bddfd0e58d84c8b4ef97b.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Встреча чумы с холерою, или Внезапное уничтожение замыслов человеческих](/storage/book-covers/cf/cfee2920644c7e2ca2db4022374c2986ce12efa6.jpg)
В книге представлено весьма актуальное во времена пандемии произведение популярного в народе писателя и корреспондента Пушкина А. А. Орлова (1790/91-1840) «Встреча чумы с холерою, или Внезапное уничтожение замыслов человеческих», впервые увидевшее свет в 1830 г.
![Собраніе сочиненій В. Г. Тана. Том восьмой. На родинѣ](/storage/book-covers/7a/7ab8a495abf614b702ca697a0cdea0e8d1f5cd84.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.