Частная жизнь советской элиты - [7]
Идея реформы — предприятиям перестанут «сверху» устанавливать обязательные планы численности работников. Тем самым у директоров появится возможность — так предполагается — самостоятельно определять размеры зарплаты. Это побудит руководителей стимулировать материально работу квалифицированных специалистов и заставит их освободиться от нерадивых рабочих. Но в этом случае возникнет проблема: что делать с уволенными? Безработицы власти допустить не могут — возможно брожение. Стало быть понадобится подсобная сеть предприятий, используемых в качестве резервуара, поглощающего высвобождающуюся рабочую силу. При этом на таких заводах и фабриках средняя зарплата должна быть ниже (еще ниже!), чем на обычных. Иначе будет подорван принцип материального стимулирования за лучшую работу, и недобросовестные работники попытаются перейти на предприятия, из которых их невозможно будет уволить.
И вот здесь перед нами и перед теми в Советском Союзе, кто разрабатывал эти реформы, встает вопрос о различии в вознаграждении за хорошую и плохую работу, о размерах зарплаты на показательных предприятиях и на предприятиях, на которые будут стекаться и сосредотачиваться неквалифицированные рабочие.
Рост зарплаты на передовых предприятиях не сможет существенно возрасти за счет прироста промышленного производства, так как он составляет в Советском Союзе всего несколько процентов. Для того, чтобы он был ощутимым и стал эффективным стимулом труда, необходимо будет постоянно увеличивать число увольняемых. При увольнении каждого второго он возрастет в два раза. Но при этом работники, перемещенные на предприятия, созданные для уволенных рабочих, (напомним: безработных в Советском Союзе не должно быть) не смогут ничего заработать, ибо государственный фонд зарплаты окажется израсходованным. И только, если из 3-х работников будут уволены два, переведенные на спецпредприятия получат половину бывшей зарплаты (т. е. жалование одного работника необходимо будет поделить на двоих), которая позволит им вести — в сравнении с остальным населением — нищенское существование. Но такие предприятия в СССР уже существуют многие годы — трудовые лагеря. Так пути реформ в «светлое будущее» неизбежно приведут новое советское руководство в сталинское прошлое. Горбачеву только понадобится увеличить количество концентрационных лагерей и, возможно, изменить их название: представить их поселениями для трудового и общественного перевоспитания. Их обитатели будут рекрутироваться в административном порядке и размещаться в бараках с ограниченным правом перемещения. Такая система организации труда позволит властям, не отступая от идеологического постулата о всеобщей занятости населения, решить проблему стимулирования производства и повышения доходов некоторых категорий населения>{11}.
И здесь уже имеются определенные успехи: кампания борьбы с пьянством и тунеядством, развернутая Горбачевым, обещает увлечь в лагеря сотни тысяч рабочих.
Радикальные экономические изменения в СССР невозможны — они неизбежно повлекут за собой очень скоро изменения политические. Правящая советская бюрократия на них не пойдет. И кризис социальный усугубляется: темпы развития СССР все больше отстают от 20 века. Угроза правящему классу еще более обострится, как только народные массы начнут требовать выполнения прав, обещанных советской конституцией: рабочие — участия в доходах, крестьяне — права распоряжаться землей, народы — независимости.
Согласно марксистской теории, политические условия в СССР созрели для революции: производственные отношения тормозят развитие производительных сил, а партократия в лице бесправных трудящихся создала своего могильщика. Но революционного кризиса в СССР нет. И невозможно предсказать, когда он наступит, ибо советское общество не поддается прогнозу только на основе социальных параметров. Никто не может сказать, в каких случаях оно взорвется, а в каких — будет годами терпеть стагнацию, выносить унижения, гнет и эксплуатацию. В настоящее время нет массовых арестов, нет репрессий, какими они были при Сталине. Но есть постоянное и систематическое недовольство: женщины замучены домашней работой, молодежь — абсурдными школьными программами, мужчины — заботами о дополнительном заработке. И все вместе находятся в изнурительной борьбе за существование. Власть в СССР утратила стабильность и спокойствие. И осталось бессилие. И еще — страх.
![Андропов](/storage/book-covers/64/644b3ee42be3195c4ae4cc7aa31f8d1cb82d4285.jpg)
Предлагаемая читателю история борьбы за власть в Кремле, запутанная, как сюжет приключенческого романа, основана на анализе информации, нередко противоречивой: поступавших в разное время из Москвы советских публикаций, сообщений западных газет, неподтвержденных слухов и домыслов, распространяемых КГБ, которые, впрочем, часто оказывались важнее реальных фактов, стоящих за ними.
![Партия или Мафия? Разворованная республика](/storage/book-covers/c1/c19dc3c700b9133f5eed49794a26e39040945ca5.jpg)
Илья Григорьевич Земцов (р.1938), историк, социолог, политолог и писатель, иностранный член РАН, служивший в секторе информации ЦК компартии Азербайджана в 70-е годы, с 1973 года эмигрант. Как отмечает автор в предисловии, это не документальное повествование, а повествовательные документы. И.Земцову удалось собрать материал, тщательно скрываемый советскими властями, о коррупции во время правления в Азербайджане Гейдара Алиева.
![Советский политический язык](/storage/book-covers/36/3628e70fd969adf82dfed6bc595f1bb08ae069e5.jpg)
Советский язык — явление уникальное. Его нельзя сводить ни к политическому слою русского языка, ни к одной из разновидностей бюрократического лексикона, хотя исторически он, несомненно, возник на основе последнего. Целиком национализированный государством, советский язык насаждается и культивируется коммунистами как универсальный заменитель русского языка. Он постепенно проникает во все сферы духовной деятельности человека — литературу, искусство, науку. Семантика этого языка отражает не социальную реальность, а идейное мифотворчество; она выявляет не объективные общественные процессы и явления, а коммунистическое мировоззрение в его наложении на действительность.…
![Заговор с целью взлома Америки](/storage/book-covers/f9/f91253fe8608050163d9f149591bb775dfc624ab.jpg)
За последние десять лет Россия усовершенствовала методы "гибридной войны", используя киберактивы для атаки и нейтрализации политических оппонентов. Хакеры, работающие на правительство, взламывают компьютеры и телефоны, чтобы собрать разведданные, распространить эти разведданные (или ложные данные) через средства массовой информации, создать скандал и тем самым выбить оппонента или нацию из игры. Россия напала на Эстонию, Украину и западные страны, используя именно эти методы кибервойны. В какой-то момент Россия, видимо, решила применить эту тактику против Соединенных Штатов, и поэтому сама американская демократия была взломана.
![MH-17. Хроника пикирующего Боинга. Правда о самолете, который никто не сбивал](/storage/book-covers/ae/ae80f366e94d17faf030bbf43206e6dc6252f528.jpg)
Правда всегда была, есть и будет первой жертвой любой войны. С момента начала военного конфликта на Донбассе западные масс-медиа начали выстраивать вокруг образа ополченцев самопровозглашенных республик галерею ложных обвинений. Жертвой информационной атаки закономерно стала и Россия. Для того, чтобы тени легли под нужным углом, потребовалось не просто притушить свет истины. Были необходимы удобный повод и жертвы, чья гибель вызвала бы резкий всплеск антироссийской истерии на Западе. Таким поводом стала гибель малайзийского Боинга в небе над Украиной.
![Время перемен](/storage/book-covers/be/be07d876e4859004fde8ab1725e350b87e2504fb.jpg)
Алексей Уразов – российский историк, политолог, специалист в области стратегических коммуникаций и связей с общественностью. Кандидат исторических наук, выпускник исторического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова. Автор ряда научных статей по истории международных отношений, внешней политике США и Великобритании на территории стран Большого Ближнего Востока как в годы холодной войны, так и в начале XXI века. В разные годы входил в группу авторов научно-прикладных исследований по проблемам внешней политики и конфликтологии.
![Иллюзии свобод и горькая действительность](/storage/book-covers/53/532a98a23f9646b43c8ffe6bf27552ecd6e5ac00.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Последняя мировая война. США начинают и проигрывают](/storage/book-covers/ed/ed525398fcd6f9627d69089303a4917243d10514.jpg)
Известный российский политик и экономист Сергей Глазьев, сделав анализ глобальных политических и экономических изменений последних лет, пришел к выводу: в результате кризиса, охватившего мир, страны Запада, прежде всего США, наращивают свою агрессию по отношению к другим государствам. Вновь на горизонте, как и в середине XX века, маячит угроза еврофашизма, передовым отрядом которого стали украинские националисты. Свой основной удар Запад направил против России. Зачем Америке новая мировая война и возможно ли ее предотвратить? Почему как плацдарм для нее выбрана Украина? Что мы можем противопоставить западной агрессии? Какое будущее ожидает Россию, Украину и весь мир в XXI столетии? Об этом — в новой книге академика Сергея Юрьевича Глазьева.
![Планомерное разрешение противоречий развития социализма как первой фазы коммунизма](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.