Братья - [3]
— Как если бы Ли Бо и Цао Сюэцинь* конвоировали тебя…
Бритый Ли, пока они тащили его по улицам, пялился во все стороны с выражением полнейшего равнодушия, но, услышав, как два наших лючжэньских дарования ставят себя на одну доску с Ли Бо и Цао Сюэцинем, не выдержал и загоготал:
— Я и то знаю, что Ли Бо — танский*, а Цао Сюэцинь — минский*, ну и как, интересно, мог один из танского времени столкнуться с другим из минского?
Народ, вышедший поглазеть на шумиху, зашелся хохотом. Все сказали, что Бритый-то прав и что два лючжэньских дарования, может, и многого добились в литературе, но в истории вот понимают не больше этой малолетней шпаны, что охотится за всякими интересными местами. Дарования от их слов покраснели, как помидоры, и Стихоплет Чжао, вытягивая шею, загундосил:
— Так это ж просто сравнение…
— Ну, сравнение и сменить можно, — сказал Писака Лю. — Все одно, поэт и писатель ведут. Как если бы Го Можо* и Лу Синь* конвоировали тебя, вот.
Толпа сказала, что на этот раз вышло удачнее, и Бритый Ли закивал головой:
— Ну, это еще куда ни шло.
Стихоплет и Писака больше уже не осмеливались говорить о литературе. Волоча свою жертву за ворот, они грозно порицали ее бесстыжее поведение и браво шли вперед. По дороге Ли увидел много людей: некоторых он знал, некоторых нет, но все хохотали… Стихоплет и Писака волокли его, не уставая повторять, что стряслось. Они были похлеще нынешних телеведущих, а женщины, которых опозорил Бритый Ли, были вроде как звезды в студии. Со Стихоплетом и Писакой они спелись — не разлей вода. На их лицах мелькали то гнев, то обида, то смесь из гнева и обиды. Так шли они, шли, и вдруг толстая тетка завопила, как резаная, — в толпе зевак увидела мужа и заорала:
— Он… мою жопу… увидел! А еще кроме жопы, не знаю, что он там видел — врежь ему!
Все, гогоча, обернулись посмотреть на мужика, который стоял там, хмуря брови, красный и неподвижный, как статуя. Тут уж Стихоплет и Писака не позволили Бритому Ли идти дальше. Вцепившись ему в ворот, они подтащили его к несчастному мужику, словно бросая собаке кость. Женщина с толстой задницей все выла и выла, все требовала, чтобы ее муж отделал Бритого Ли:
— Мою жопу всего один ты и видел, а теперь эта дрянь малолетняя все подсмотрела, так теперь уже два человека видели мою жопу. Что мне делать, а? Вмажь ему скорее! Вмажь ему в поганые зенки! Ну, чего ты стоишь, срамота-то какая!
Толпа кругом зашлась хохотом, даже Бритый Ли рассмеялся. Про себя он подумал, что позорище мужику устроил вовсе не он, а его толстозадая баба. Тут толстозадая как завизжит:
— Ты смотри, он еще лыбится, думает, дешево отделался — давай врежь ему! Срам-то какой! Что ты не врежешь ему?
Тот позеленевший мужик был знаменитым нашим лючжэньским Кузнецом Туном. Бритый Ли в детстве часто захаживал к нему в мастерскую посмотреть, как славно клубятся искры, когда он кует. Теперь же Кузнец лицом сам был темнее своих железяк, он поднял огромный кулачище и вмазал Бритому Ли по морде, словно бил по металлу. Тот, как подкошенный, рухнул на землю и на том самом месте потерял два зуба. В глазах запрыгали искры, пол-лица заплыло сплошным синячищем, а звон в ушах не смолкал ровнехонько сто восемьдесят дней. Эта оплеуха заставила Бритого Ли кой-чего почувствовать, и он поклялся, что ежели и встретит еще задницу Кузнецовой жены, то предлагай ты ему пусть золото, пусть серебро, а он плотно зажмурит глаза и все равно не станет на нее глядеть, хоть ты тресни.
Когда Бритый Ли получил затрещину, лицо у него опухло, из носа пошла кровь, а Стихоплет и Писака все волокли его по поселку, наматывая круги по улицам. Трижды проходили они мимо того самого отделения, и тамошние милиционеры трижды выходили поглазеть на толпу, а юные дарования все никак не заводили своего подконвойного внутрь. Стихоплет, Писака и две тетки тащили Бритого Ли, и не было их дороге ни конца ни края. Они доходились до того, что толстая, как парное мясо, баба потеряла всякий интерес, а худая, как солонина, тоже расхотела идти, и две пострадавшие вернулись домой. Стихоплет с Писакой прогулялись еще последний разок по поселку, пока у них у самих не заломило спину, не заболели ноги и во рту не пересохло, и тогда только свели они наконец-то Ли в отделение.
Там, как из-под земли, появилось пятеро милиционеров. Окружили Ли и стали допрашивать. Сначала выяснили, как звали тех пятерых женщин, а потом уже начали выяснять про каждую отдельно. Про маленькую совсем не спросили, зато на предмет всех четырех оставшихся был учинен допрос. Милиционеры словно справлялись о чем-то у своего арестанта. Когда он дошел до того, как глядел на задницу Линь Хун (ну, ту, не толстую и не худую, совершенно круглую задницу), все пятеро аж замерли от напряжения, словно слушали байку о привидениях. Круглозадая девушка по имени Линь Хун была знаменитой красавицей нашей Лючжэни, и пятеро милиционеров обыкновенно через ткань ее штанов мерили взглядом роскошные формы. Мужиков, оглядывавших через ткань штанов ее зад, в этом поселке было немало, а вот вживую видал его один только пройдоха Ли. Пятеро милиционеров, заполучив в лапы эдакую добычу, разумеется, не могли упустить своего шанса. Они спрашивали и так и сяк, а когда Бритый Ли дошел до тугой кожи и слегка выпиравшего копчика, их глаза засверкали, как электрические лампочки. Потом Бритый Ли сказал, что больше он и не видал ничего, и тут десять глаз потухли, словно в них выключили ток, а милиционеров перекосило. Стуча по столу, они хором заорали на Бритого Ли:
![Жить](/storage/book-covers/e6/e6c38914daab3ab92ab7e92e28474721ff738721.jpg)
Юй Хуа (р. в 1960) — один из самых талантливых китайских писателей «новой волны», лауреат многочисленных международных премий. Предлагаемый читателю роман был назван в Китае в числе главных десяти книг десятилетия. Книга рассказывает о судьбе обычного китайского крестьянина, а через нее — о судьбе всего Китая во второй половине XX века. По роману «Жить» снял фильм знаменитый китайский режиссер Чжан Имоу. На Каннском фестивале этот фильм получил три приза, включая Гран-при жюри.
![Месяц туманов](/storage/book-covers/7f/7f95e4a127f6ec4e260713b60cf34c2e47646aa1.jpg)
В антологию современной китайской прозы вошли повести и рассказы, принадлежащие перу самых выдающихся писателей Китая. Острые и смелые произведения, отражающие перемены в китайском обществе, дают почувствовать сложную, многоликую жизнь и настроения современных китайцев, ощутить содержательное богатство новейшей китайской литературы. СОДЕРЖАНИЕ: Те Нин. ВСЕГДА — ЭТО СКОЛЬКО? Цзя Пинва. СЕСТРИЦА ХЭЙ Лю Хэн. СЧАСТЛИВАЯ ЖИЗНЬ БОЛТЛИВОГО ЧЖАН ДАМИНЯ Дэн Игуан. МОЙ ОТЕЦ — ВОЕННЫЙ Линь Си.
![Как Сюй Саньгуань кровь продавал](/storage/book-covers/6e/6e662bda624c8f9ee36e4e29af9573c6202e769c.jpg)
Наконец к русскому читателю пришел роман одного из крупнейших современных китайских писателей Юй Хуа, названный критиками в числе десяти самых влиятельных произведений современной китайской литературы. Этот роман о человеке, который вынужден сдавать кровь, чтобы его семья могла пережить голод, болезни, политические кампании и прочие невзгоды, – еще недавно в таком положении оказывались многие китайцы. По этой книге в 2015 г. южнокорейский режиссер Ха Чжон У снял одноименный фильм. В «Тексте» выходили романы Юй Хуа «Жить» и «Братья».«…Книга эта и в самом деле – долгая народная песня, ритм ее – скорость воспоминаний, мотив мягко скользит с ноты на ноту, а паузы кроются за рифмами.
![Десять слов про Китай](/storage/book-covers/14/14a996ba62afb0ad87a10bcfcb983eaebcfcd4b2.jpg)
Потрясающая книга, написанная одним из самых популярных и талантливых авторов современного Китая.Книга, представляющая Китай во всем его многообразии, ИЗНУТРИ — глазами одного из непосредственных свидетелей его стремительного взлета.Как в этой стране уживаются вера в идеалы революции и «национальный вид спорта» — печально знаменитые китайские подделки ведущих брэндов?Как законопослушность китайцев соседствует с коррупцией и взяточничеством?Как может китаец одновременно гордиться своей страной, сострадать и смеяться над ней?Чтобы понять это, необходимо прочитать удивительную книгу Юй Хуа!..
![Полет](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Иногда полет фантазий бывает горьким на вкус.Ей становится страшно. Что теперь делать? Внутри разгорается пугающее ощущение острой недостаточности, словно только что кто-то умер. Кто-то важный. Очень важный и близкий.Она встает. Подходит к зеркалу и смотрит на свое простое, бледное лицо. Она не видит в нем ни смелости, ни красоты, ни хитрости, ни мудрости. Обычные глаза, обычный мир в них.В голове все крутится один и тот же вопрос. Ну, почему все так, как есть? Почему нельзя закрыть глаза и оказаться там — в этом предмете.
![Письма](/storage/book-covers/d6/d66ddfbc43ae9db6a131e82407a76e1c2992520a.jpg)
Лишь спустя неделю от него приходит письмо, в котором кратко и поэтично парень меня бросает. Он ссылается на страх ответственности, на детскую глупость, на недостижимые мечты. Говорит словами родителей, разрывая мое сердце на тысячи, миллионы крошечных частей. Извиняется. Вновь и вновь. Просит прощения. Заявляет, что нашел себе другую, что собирается с ней уехать. Что, если бы я почувствовала то, что чувствует он, я бы его поняла. Что именно это и есть настоящая любовь. Что между нами была лишь привязанность и странная зависимость.
![Розовый террор](/storage/book-covers/92/92822ffa932e9971f5fbe587a7a2138a36065ff4.jpg)
Чего хочет женщина?Большой и чистой любви. Куклы по имени Мужчина, не важно, что него (у неё?) другая семья (другая хозяйка). Хочу, и всё! А ещё денег, шубки, бриллиантов, телевизионной славы, квартиры в центре города, путешествий. Приключений на пятую точку. На худой конец, ванну – непременно розовую.
![Мой папа-сапожник и дон Корлеоне](/storage/book-covers/cb/cbdb24bb1016f5ad52d6b22841ed600e10ac8c61.jpg)
Сколько голов, столько же вселенных в этих головах – что правда, то правда. У главного героя этой книги – сапожника Хачика – свой особенный мир, и строится он из удивительных кирпичиков – любви к жене Люсе, троим беспокойным детям, пожилым родителям, паре итальянских босоножек и… к дону Корлеоне – персонажу культового романа Марио Пьюзо «Крестный отец». Знакомство с литературным героем безвозвратно меняет судьбу сапожника. Дон Корлеоне становится учителем и проводником Хачика и приводит его к богатству и процветанию.
![Ипостась](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Все может свершится неожиданно, не мне об этом говорить, но то как мы отреагируем или что совершим, примем, зависит только от нас не глядя и не воспринимая чье либо влиянье, мненье, попытки убеждений, как говорится «Все мое останется со мной» и это не материальная ценность. Все однажды свершится, все.
![Вечер в Муристане](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.