Барон Унгерн. Даурский крестоносец или буддист с мечом - [113]

Шрифт
Интервал

В уже упоминавшемся нами некрологе, посвященном памяти барона Унгерна и опубликованном на страницах пражской «Русской мысли» в 1922 году, упоминается еще один вариант движения Унгерна — в направлении границы с Туркестаном. «Туркестанский вариант» по-настоящему никогда и никем не анализировался; однако заметим, что в Средней Азии вооруженная борьба с советской властью продолжалась с переменным успехом вплоть до начала 1930-х годов. К совместной деятельности с силами, подчинявшимися вождям среднеазиатских племен, Унгерн всегда проявлял повышенный интерес. Чрезвычайно внимательно относился барон и к религиозным нуждам мусульман, служивших под его началом, — в мусульманских подразделениях имелись муллы, на время религиозных праздников отменялись любые занятия. Вспомним также и роман П. Н. Краснова «За чертополохом» — восстановление монархической власти в России начинается именно с Туркестана и Средней Азии…

Однако, рассуждая о планах барона, мы не можем исключить и некоего «компромиссного варианта», подобного тому, что излагает в своей книге «Легендарный барон» H.H. Князев. По его мнению, мысль об отступлении в Тибет могла прийти Унгерну в тот момент, когда он, преданный собственными офицерами, пережив покушение, оказывается среди монгольских всадников, казалось бы, сохранивших верность своему командиру. Князев пытается реконструировать ход размышлений барона: «Не все еще потеряно, — вероятно, думалось барону, вновь охваченному никогда не покидавшей его энергией. — Ведь со мной целый, в сущности, полк верного мне князя и десятка два казаков — русских и бурят, готовых разделить мою судьбу до конца. Я пойду с ними в Тибет. Там живут воинственные племена, не чета этим вот монголам, разбежавшимся от нескольких выстрелов взбунтовавшихся дураков. Я объединю тибетцев. Мне поможет далай-лама, которому не напрасно же я послал в подарок 200 000 даянов…» Таков был, вне сомнения, ход мыслей барона, потому что за чаем, остро смотря в глаза, Унгерн в упор спросил монгольского князя: пойдет ли тот за ним в Тибет?» Таким образом, возможное решение барона двинуться в Тибет оказывалось спонтанным, вызванным предательством и бунтом собственных войск. Но все эти разные версии мы можем принимать или отвергать с большей или меньшей долей вероятности — в мысли барона Унгерна нам проникнуть не дано. Несомненным было одно: подавляющее большинство русских и монгольских офицеров, казаков, всадников не хотели идти ни в далекий и непонятный Тибет, ни в суровый Урянхайский край; оба варианта были для них неприемлемыми, им хотелось лишь одного — уйти в Маньчжурию, вырваться наконец из тисков этой опостылевшей войны.

Заговор против барона Унгерна возник среди офицерской верхушки Азиатской конной дивизии. Цель у заговорщиков была одна — убить Унгерна и уходить на восток. Заговорщики прекрасно понимали, что барон никогда им не подчинится. Офицерский заговор против Унгерна и последовавшие за ним мятеж, убийства преданных барону людей удивительно напоминают события февраля-марта 1917 года — генералы вкупе с «общественностью» против императора Николая II, вооруженный бунт, те же убийства не пожелавших изменить присяге… Очевидно, что алгоритмы любого предательства, начиная с предательства Иуды, оказываются удивительно схожими.

Во главе офицерского заговора встали полковники Евфаритский, Хоботов, Костромин, Кастерин, есаул Макеев, войсковой старшина Львов, сотник Маштаков, роль «общественности» исполнял доктор Рябухин, взявший на себя также и «идеологическое обеспечение» заговора. Многие из этих офицеров были выдвинуты самим бароном, получили из его рук свои звания и награды. Еще раз напомним читателям об активных действиях агентов красной разведки, оказавшихся в ближайшем окружении барона. «При заметном числе в рядах дивизии пленных красноармейцев и не подвергавшихся серьезному отбору русских беженцев из Урги присутствие среди унгерновцев советской агентуры отнюдь не выглядит чем-то нереальным, и если она действительно существовала, то работала весьма успешно», — пишет A.C. Кручинин. Его предположения подтверждают воспоминания поручика H.H. Князева о последних днях Азиатской дивизии, буквально физически ощущавшего нарастание внутреннего напряжения: «В унгерновском лагере было отнюдь не благополучно… В солдатской среде шло брожение, которое впервые проявилось числа 15 августа… 18 августа тревожные симптомы настолько усилились, что многие из офицеров не могли не почувствовать это нарастание опасных настроений. Татары-пулеметчики, например, предупредили своего командира, что кто-то подал в полках идею перебить всех офицеров и уходить на Дальний Восток: «Но ты, г. капитан, не бойся, мы спрячем тебя и не выдадим», — говорили татары… Иными словами, в бригаде барона Унгерна к вечеру 18 августа сложилась типичная для гражданской войны картина разложения воинской части. Дальше должен был последовать неизбежный взрыв».

Первым был убит верный барону генерал Б. П. Резухин. Именно безграничная преданность своему командиру стоила Резухину жизни. Интересны слова, которыми один из заговорщиков, полковник Кастерин, обосновывал необходимость убийства своего начальника: «Всем нам, господа, жаль Резухина, но что же делать? Если он останется в живых, разве мы можем поручиться, что он согласится на наше требование вести нас на Дальний Восток? Если он не расстреляет нас теперь, то, вероятно, уничтожит при первой возможности. Поэтому пусть лучше умрет один Резухин, чем погибнут многие».


Рекомендуем почитать
Морской космический флот. Его люди, работа, океанские походы

В книге автор рассказывает о непростой службе на судах Морского космического флота, океанских походах, о встречах с интересными людьми. Большой любовью рассказывает о своих родителях-тружениках села – честных и трудолюбивых людях; с грустью вспоминает о своём полуголодном военном детстве; о годах учёбы в военном училище, о начале самостоятельной жизни – службе на судах МКФ, с гордостью пронесших флаг нашей страны через моря и океаны. Автор размышляет о судьбе товарищей-сослуживцев и судьбе нашей Родины.


Краснознаменный Северный флот

В этой книге рассказывается о зарождении и развитии отечественного мореплавания в северных морях, о боевой деятельности русской военной флотилии Северного Ледовитого океана в годы первой мировой войны. Военно-исторический очерк повествует об участии моряков-североморцев в боях за освобождение советского Севера от иностранных интервентов и белогвардейцев, о создании и развитии Северного флота и его вкладе в достижение победы над фашистской Германией в Великой Отечественной войне. Многие страницы книги посвящены послевоенной истории заполярного флота, претерпевшего коренные качественные изменения, ставшего океанским, ракетно-ядерным, способным решать боевые задачи на любых широтах Мирового океана.


Страницы жизни Ландау

Книга об одном из величайших физиков XX века, лауреате Нобелевской премии, академике Льве Давидовиче Ландау написана искренне и с любовью. Автору посчастливилось в течение многих лет быть рядом с Ландау, записывать разговоры с ним, его выступления и высказывания, а также воспоминания о нем его учеников.


Портреты словами

Валентина Михайловна Ходасевич (1894—1970) – известная советская художница. В этой книге собраны ее воспоминания о многих деятелях советской культуры – о М. Горьком, В. Маяковском и других.Взгляд прекрасного портретиста, видящего человека в его психологической и пластической цельности, тонкое понимание искусства, светлое, праздничное восприятие жизни, приведшее ее к оформлению театральных спектаклей и, наконец, великолепное владение словом – все это воплотилось в интереснейших воспоминаниях.


Ведомые 'Дракона'

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Воспоминания о Юрии Олеше

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Генерал Алексеев

Новая книга В.Ж. Цветкова рассказывает о биографии талантливого военачальника, автора и разработчика военно-стратегических планов и операций Российской Императорской армии накануне и в годы Первой мировой войны — генерала от инфантерии Михаила Васильевича Алексеева. Автор детально рассматривает особенности формирования взглядов М.В. Алексеева, оценки им важнейших военных и политических проблем Российской империи конца XIX — начала XX столетия. Показаны особенности его характера, специфика его стратегического почерка при планировании военных операций, отношение к общественности и к идеям национальной диктатуры.


Маршал Конев

Выходец из семьи кулака, табельщик по приемке леса, фейерверкер русской армии, «комиссар с командирской жилкой», «мастер окружений», «солдатский маршал» Иван Степанович Конев в годы Великой Отечественной войны принимал участие в крупнейших битвах и сражениях. Под Смоленском, Москвой и Ржевом, на Курской дуге и украинской земле, в Румынии и на берлинском направлении он проявил высокие полководческие качества. Конечно, были и неудачи, два раза на него обрушивался гнев Верховного Главнокомандующего И.В.


Маршал Говоров

Маршал Говоров был одним из видных военачальников Советского Союза. Судьба маршала была яркой и удивительной. Недолгая служба в белой армии и затем блестящая карьера в Красной армии, преподавательская деятельность и, наконец, успешное командование в годы Великой Отечественной войны армией и фронтами принесли Л. А. Говорову звание Маршала Советского Союза.Войска под командованием Л.А. Говорова отличились при обороне Москвы, деблокаде Ленинграда, освобождении Эстонии и принудили Финляндию к выходу из войны.Книга В.Л.


Белый Крым, 1920

Генерал Яков Александрович Слащов (1885–1929), герой обороны Крыма зимой 1919–1920 гг., был знаменит не только своей храбростью, его воинское мастерство было высоко оценено современниками. За успехи при обороне Крымского полуострова главнокомандующий Русской армией присвоил ему своим приказом право именоваться Слащовым-Крымским, а позже он стал одним из личных врагов генерала Врангеля. Поступки генерала Слащова многим казались эксцентричными и труднообъяснимыми. Одним из самых загадочных поступков стало возвращение генерала в Советскую Россию из эмиграции. На страницах своих воспоминаний генерал рассказывает читателям о своем участии в Гражданской войне, конфликте с генералом Врангелем и о своем возвращении на Родину.