За несбыточность снов

За несбыточность снов

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность. Книга завершается финалом, связывающим воедино темы и сюжетные линии, исследуемые на протяжении всей истории. В целом, книга представляет собой увлекательное и наводящее на размышления чтение, которое исследует человеческий опыт уникальным и осмысленным образом.

Жанр: Научная фантастика
Серии: -
Всего страниц: 2
ISBN: -
Год издания: Не установлен
Формат: Полный

За несбыточность снов читать онлайн бесплатно

Шрифт
Интервал

Федор ЧЕШКО

ЗА НЕСБЫТОЧНОСТЬ СНОВ

Чистый серебряный звон оказался неожиданно громок и трогательно уместен в этом мире голубовато-искристого снега. Наивная и простая мелодия, многократно подхваченная эхом, надолго повисла между оцепенелыми ветвями, обильно иглящимися изморозными искрами, и казалось, что это они и звенят - хрустально и чуть печально, неуловимо для глаз покачивая на плотном снегу прихотливо изломанную синеву вечерних теней. Ротмистр щелкнул крышкой часов, вздохнул:

- Однако же эхо какое здесь примечательное!

Сказанное резкой болью отозвалось в растрескавшихся, сведенных морозом губах, и он зашипел тихонько, надолго умолк.

Прапорщик тоже молчал. Он что-то царапал карандашом на исчерканном мятом листке (казалось, и писать-то там уже было негде), торопливо дул на коченеющие пальцы, вскидывал к вершинам недальних холмов невидящий взгляд и снова скорчивался над бумагой.

Ротмистр оглянулся на уходящую в сумерки узкую полоску вытоптанного снега, зябко передернул плечами:

- Через пол-часа они будут на том берегу.

Он сказал это просто так, чтобы не молчать, не надеясь, что прапорщику вдруг захочется поддержать разговор. Но тот выпрямился, небрежно затолкал за отворот шинели написанное, спросил:

- Вы что-то сказали, господин ротмистр?

- Да бросьте вы, Саша. Какой я вам теперь ротмистр?

- Самый что ни на есть настоящий. - Прапорщик улыбнулся. - Мы ведь все еще на этом берегу, и на нас все еще погоны.

Ротмистр снова поежился, утопил подбородок в жестких складках шерстяного шарфа:

- Да, все еще... И похоже, так будет всю жизнь - погоны и этот берег... Зря вы остались, Саша.

- Должен же кто-то подавать ленту, - пожал плечами прапорщик. "Максим" - штука надежная, но без второго номера из него долго не постреляешь. Так почему бы не я?

- Ваганов хотел бросать монетку.

- Ваганов должен вывести Екатерину Александровну и остальных на тот берег, и лучше него не справиться никому. Не будем об этом, Вячеслав Николаевич, ведь уже решено.

Они снова примолкли. А потом прапорщик выговорил негромко:

- Долго как! Вы знаете, Вячеслав Николаевич, вот умом понимаю, что чем дольше все это будет тянуться, тем больше у них шансов перебраться через реку, но вот так дожидаться... Очень уж на душе муторно!

- Да вы не волнуйтесь, - ротмистр улыбнулся невесело. - Скоро все закончится.

Он подышал в сложенные ладони, и вдруг сказал:

- Я все не решался вас спросить, но теперь уже все равно, наверное. Что это вы постоянно пишете, Саша?

Прапорщик отвернулся, рассеянно тронул заиндевевший пулеметный ствол.

- Как вам сказать... Это вроде письма. Да, вот именно письма к самому себе. Глупо, наверное, но я так привык. Давно еще, с детства.

С детства... Ротмистр понял, наконец, что именно - смутное, неосознанное - напомнил ему подхваченный эхом недавний хрупкий морозный перезвон часов. Боже, как давно это было!

...Мягкий, копящийся по углам сумрак, пахнущий хвоей и разогретым воском свечей, искрящееся изморозным узором окно, мягкая белоснежная прохлада под щекой... А где-то за стеной неспешно вызванивают строгие большие часы, и теплая рука поправляет одеяло, гладит по голове:

- Спи, Славочка. Спи, маленький мой. Не будешь спать - не придет к тебе Дед Мороз в эту ночь. Ко всем детям придет, а к тебе - нет. Спи, маленький, надо спать...

Это было очень, очень, очень давно, за многое множество лет, за три войны от этого вечера. Так давно, что память не в силах пробиться туда, в ту новогоднюю ночь, И спокойная ласковая ладонь вдруг вздрагивает, срывается лихорадочной спешкой, как руки сестры милосердия тогда, в польских лесах... И льдистый морозный узор на окнах марают вдруг алые блики, дымившиеся на обледенелых брустверах под Екатеринодаром... И медовый дух новогодних свечей растворяется в жирном трескучем чаду горящего гаоляна на скорбных полях Манжурии...

Как это жестоко! Как жестоко!

Ротмистр едва не упал, потому что прапорщик вцепился вдруг в рукав его шинели, рванул, затряс:

- Вячеслав Николаевич, очнитесь! Идут!

Да. Идут. Серые всадники замаячили впереди, там, куда уставился ствол пулемета. Серые - это потому что сумерки, а вообще-то они, конечно, красные. Господи, ну что же это за нелепость такая в голову лезет?!

Руки прочно легли на рубчатые, морозно обжигающие рукояти. Рядом хлопотливо умащивается прапорщик, уминает снег, передвигает коробки с лентами... А эхо, дивное чистое эхо, покорно множит хруст смерзшегося снега под копытами, конский храп, голоса, властный железный лязг... Ну, Саша, с богом!

Грохот первой очереди привычной тяжелой дрожью отдался в локти и плечи. Тени всадников заметались; заплясали среди них забавные фонтанчики снежной пыли. Веселая забава! Рухнула лошадь, другая, еще одна понеслась без всадника. Так, теперь - левее, вон, где в кучу сбились, раззявы. А теперь - по тем двоим, оторвавшимся... Вот так. А теперь - по тем, что залегли за трупами лошадей. И опять по верховым. Главное - не дать обойти с флангов. Как можно дольше не давать обойти с флангов. Не дать...

Ротмистр не сразу понял, почему вдруг смолк пулемет. А потом снова зло полыхнуло алым из темного месива подступавших слева кустов (обошли-таки, не углядел в сумерках!), тяжелый тупой удар в плечо отшвырнул его в сторону, и он сразу увидел все - и перекошенную ленту, и торопливую черноту, выползающую из-под растрепанных волос прапорщика.


Еще от автора Федор Федорович Чешко
Урман

Не в радость была Кудеславу жизнь в глуши, бередила ему сердце мечта о дальних странах. Шесть лет проскитался он по чужим краям с отрядом воинов-урманов, славы не снискал, богатства не обрел, но зато обучился ратному делу.Вернулся в родной дом, а там уж забыть его успели. И хотя он теперь всегда первый среди родовичей — и в бою, и на охоте — не считают его больше за своего. Вот если только беда в ворота постучится, тогда и позовут Кудеслава — выручай, Урман…


На берегах тумана

Катаклизм намертво соединяет два совершенно несхожих мира, которые, соприкоснувшись, начинают уничтожать друг друга-как два хищника, посаженных в одну клетку. Гибель обоих миров почти неизбежна. Переходя из одного мира в другой, молодой бард ищет путь, который мог бы привести к спасению не только его самого, но и других людей, попавших в эту западню. Средневековая шпага одного мира-и античный меч другого. Лишь вместе они могли бы преодолеть все препятствия. Но смертельная вражда разделяет их и неотвратимо влечет к гибели...


Русская фэнтези 2009. Разбить зеркала

Один из самых популярных жанров в нашей стране, любимый и авторами, и читателями.Фэнтези — во всем ее великолепии и многообразии!Озорной юмор — и вполне серьезные проблемы.Увлекательные приключения — и оригинальные философские концепции.Мистические городские легенды — и неожиданные, таинственные повороты истории.Яркий калейдоскоп сюжетов и образов, персонажей и концепций.Повести и рассказы, относящиеся ко всем возможным стилям и направлениям фэнтези.


Виртуоз боевой стали

На смену детским шалостям приходят недетские беды. Юный гордец, возомнивший себя мастером фехтования, случайно убил на поединке своего наставника. За это и был изгнан в дикий суровый мир, в котором выжить почти невозможно. Но он уцелел и даже вернулся, снова пройдя через чудовищную Бездонную Мглу, – вернулся туда, где его по-прежнему считают отверженным…


Тараканьи бега

На внепланетную космическую станцию прибывают трое практикантов космотранспортного училища. Вскоре начальник станции начинает подозревать, что один из этих курсантов – суперхакер по кличке Чингисхан, согласившийся давать показания против могущественной Промышленной Лиги и законспирированный Интерполом по программе защиты свидетелей. А затем выясняется, что среди студентов есть и агент Лиги, который ищет Чингисхана. Но дело обстоит еще хуже. Мирный космический маяк из места детективного расследования превращается в поле боя…


Девятнадцать стражей

Там, где смыкаются миры, стоят они – стражи, которым суждено хранить границы, обозначать пределы. В средневековой Британии и на экзотических планетах, на архипелаге, где сильна магия моря, и посреди Кракова, пережившего войну миров, – везде найдутся те, кому нужна помощь. В новой антологии «Девятнадцать стражей» лучшие авторы из Украины, Великобритании, Китая, Литвы, Молдовы, Польши и России рассказывают яркие, увлекательные истории о чести, которая превыше смерти, о долге, который сильнее любых невзгод.


Рекомендуем почитать
В тисках льда

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Служилый

Время царя Михаила Федоровича. Служилый, вернувшийся из Сибири, выполняет задание на захваченной шведами русской территории. И это оборачивается отражением очередного нашествия на Русь. На этот раз нашествия нечисти.


Покаяние души

Семилетняя Мод с первого взгляда страстно возненавидела Кайла, приемного сына своих родителей. С этой минуты все ее помыслы направлены на то, чтобы досадить ненавистному «братцу». В конце концов выросший Кайл уходит из семьи.Прошло шесть лет, и обстоятельства вынуждают Мод обратиться к Кайлу за помощью. Смирив гордыню, девушка направляется в его офис.И — о ужас! — при встрече с ним она испытывает совершенно необъяснимые чувства. Человек, ни в какой мере не отвечающий ее представлениям об идеале, вдруг оказывается единственным и неповторимым, предназначенным самой судьбой.Поистине, от ненависти до любви один шаг.


Любовь одна

Полудетская влюбленность Дорри Пресли рухнула в один миг. Она случайно подслушала, как ее кумир, двадцатидвухлетний Данк Эшби-Кросс, жаловался собеседнику, что нескрываемой интерес к нему пятнадцатилетней девчушки ставит его в неловкое положение.Дороти и Дункану было суждено вновь встретиться лишь десять лет спустя. Догадайтесь, уважаемые читательницы: кто из них сделает первый шаг к примирению, к новым отношениям?


Прыгуны по измерениям

…носятся за преступниками, при этом крайне дестабилизируя обстановку:.


Ода здравому смыслу

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Воздушная линза

Воздушная линза. Повітряна лінза. 1975.События происшедшие в рассказе Василия Бережного «Воздушная линза» имели свое место в Одессе, в доме отдыха «Приморский», расположенного у одной из станций Большого Фонтана. Один странный отдыхающий как-то показал мальчику по имени Кирилл феномен. Ровно в два часа дня в одном месте на аллее возникало оптическое явление: здесь как бы конденсировался воздух, через который все предметы виделись увеличенными. Но самое поразительное открылось Кириллу тогда, как он прошел эту воздушную линзу – он оказался в… будущем!© Виталий Карацупа .


Живой свет

Lumina vie. Здание астрономической обсерватории на горе Чогори было высечено прямо в скале на высоте 8 600 метров. Здесь жили два сменяемых наблюдателя-астронома. Однажды перед их глазами появилась светящаяся масса треугольной формы.


Овсянка

Чем кормишь своих лошадок? Овсом… Кашей из отрубей…Да каша только не простая. Не заметишь как останешься без добрых воспоминаний, и приедет за тобой лошади Человек с черным лицом.


Улыбающиеся паразиты

Это не конец света, это всего-навсего подарок генетика любимой женушке к годовщине свадьбы.