Яйцо кукушки или Преследуя шпиона в компьютерном лабиринте

Яйцо кукушки или Преследуя шпиона в компьютерном лабиринте

В отличие от плохого танцора, хорошему сисадмину мешают только кукушкины яйца. Их откладывают в его компьютер злобные хакеры, чтобы из них вылупились программы, делающие своего папу-кукушку суперпользователем. Но сколько кабелю не виться — а кончику быть: бравый сисадмин не дремлет и за годик-другой выводит злоумышленников на чистую воду: на этот раз хакерская тусовка круто пролетела. Такого предельно краткое содержание классической книги эксперта по компьютерной безопасности Клиффа Столла «Яйцо кукушки». В отличие от посвященных этой же проблеме американских фильмов, изрядно нашпигованных техническими ляпами, этот документальный детектив без ошибок описывает работу охотников за хакерами, которым удалось вычислить беспринципных немцев, передающих хакнутую пентагоновскую информацию советской разведке в обмен на деньги и кокаин. Так что можно сказать, что автор, ратующий за этическую неприемлемость хакинга заметно упростил себе жизнь, выведя в качестве своих противников хакеров, продающих информацию иностранной разведке, а не энтузиастов, бесплатно распространяющих ее по всему свету. Книга, конечно, уже историческая (действие происходит в 1986 году), но читается тем не менее, с интересом.

Жанры: Биографии и мемуары, ОС и Сети
Серии: -
Всего страниц: 116
ISBN: 5-900241-03-3
Год издания: 1996
Формат: Фрагмент

Яйцо кукушки или Преследуя шпиона в компьютерном лабиринте читать онлайн бесплатно

Шрифт
Интервал

1

Волшебник, я? Еще неделю назад я был астрономом и в свое удовольствие орудовал телескопами. Сейчас, оглядываясь на это времечко, я вижу, что подремывал годами, пока не уплыли последние денежки по моему гранту.

К счастью, в обсерватории Кек при Лаборатории Лоуренса в Беркли астрономов принимали на вторичную переработку — и вместо биржи труда я оказался в компьютерном центре, в подвале Лаборатории. Могу показать парочку компьютерных фокусов, чтобы потрясти астрономов. Гораздо быстрее коллег разбираюсь во всяких головоломных ситуациях. Выходит, я — компьютерный волшебник? Не знаю, все-таки главное для меня — астрономия…

А что теперь-то? Уныло глядя на терминал, я продолжал думать об орбитах планет и астрофизических явлениях. Как новичку, мне довелось выбирать между застекленным отсеком с единственным окном, выходящим на мост Золотые Ворота, и душным кабинетом, заставленным книжными полками. Наплевав на свою клаустрофобию, я остановился на последнем в надежде незаметно дремать за письменным столом. Рядом располагались кабинеты Вэйна Грэйвса и Дэйва Клэвленда — «зубров»-системщиков. Они громко и постоянно цапались между собой, поэтому я разузнал много любопытного. Вэйн находился в натянутых отношениях с остальными работниками — по его мнению, некомпетентными лентяями. Сам-то он систему знал назубок, начиная с программ-драйверов и кончая СВЧ-антеннами. Единственной приличной вычислительной машиной он считал ВАКС, выпускаемый фирмой ДЭК. Других компьютеров для него просто не существовало — он не признавал ни ИБМ, ни ЮНИКС, ни Макинтош.

Дэйв Клэвленд — безмятежный Будда ЮНИКСа — терпеливо выслушивал бурные речи Вэйна, который безуспешно пытался его подначить: «Ученые всего мира выбирают ВАКСы. Эти машины позволяют создавать надежные программы дюжиной способов!» Дэйв парировал: «Вы осчастливьте „фанатов“ ВАКСа, а я позабочусь об остальных». Увы, Клэвленд не раздражался, поэтому неудовлетворенный Вэйн угасал и погружался в ворчанье.

Прекрасно. В первый же рабочий день я оказался маслом на бутерброде, который регулярно падал мною вниз и тем самым прерывал мой дневной сон. Зато мой внешний вид вполне соответствовал стандартному облику сотрудника лаборатории Беркли: поношенная рубашка, потертые джинсы, длинные волосы и дешевые кроссовки. На управленце можно было иногда увидеть и галстук, но при этом заметно снижалась производительность труда.

В обязанности нашей тройки (Вэйна, Дэйва и мои) входило обслуживание компьютеров лаборатории. Мы ведали дюжиной больших машин — громадных «тяжеловозов», решающих физические задачи. Стоили эти «рабочие лошадки» примерно шесть миллионов долларов. Надо полагать, что ученые, использующие эти компьютеры, рассматривали их как простых производителей, надежных не меньше, чем взаправдашние кони: работать они должны круглые сутки, а мы — старшие конюхи — несли ответственность за каждый цикл вычислений. Из четырех тысяч сотрудников лаборатории услугами главных компьютеров пользовалась примерно четверть. Для каждого из этой тысячи ежедневно велся учет машинного времени, при этом «гроссбухи» хранились в компьютере. Час вычислений стоит триста долларов, поэтому учет надо было вести страшно скрупулезно, и нам приходилось гоняться за каждой выводимой на печать страницей, за каждым блоком дискового пространства и за каждой минутой процессорного времени. Для сбора такой информации имелся отдельный компьютер. Раз в месяц на нем распечатывались отчеты и рассылались по отделам.

Однажды ко мне ввалился Дэйв и невнятно забормотал о неприличном поведении системы учета ЮНИКСа. Кто-то использовал несколько секунд машинного времени, не заплатив за них. Баланс не сходился; по счетам за прошлый месяц на сумму 2387 долларов была обнаружена недостача в 75 центов. Докопаться до источника ошибки в несколько тысяч долларов — пара пустяков. Но причины недостач в несколько центов обычно зарыты глубоко, и такие раскопки — стоящая проверочка для начинающего компьютерного волшебника.

— Чисто сработано, а? — наивно сказал я.

— Разберись с этим — и ты удивишь мир, — ответил Дэйв.

Детская забава! Я погрузился в программу учета. Она была похожа на кастрюлю со смесью всего на свете, куда начинающий кулинар закладывал любимые продукты, мешал, пробовал, а в результате дал дуба. Однако это рагу все же насыщало нашу лабораторию и просто вылить его было нельзя. В нем я нашел куски, написанные на Ассемблере, Фортране и Коболе — древнейших языках программирования. Я бы не удивился, встретив процедуры на древнегреческом, латыни или санскрите. Конечно же, никакой документации в помине не существовало. Только самый наивный поваренок мог отважиться сунуться со своей ложкой, не зная броду.

Худо-бедно, но все же было чем заняться после обеда. Кроме того, оставался шанс выловить из этого компота ягодку покрупней. Дэйв показал мне системную процедуру учета подключений к компьютеру, занесения в журнал имен пользователя и терминала. Система фиксирует каждое подключение, регистрирует идентификатор задачи пользователя, расходуемое пользователем процессорное время и время отключения. Дэйв объяснил, что есть две системы учета. Обычная программа учета ЮНИКСа просто заносит в отдельный файл записи событий. Но Дэйв создал вторую программу, которая обеспечивает хранение более подробных сведений о том, кто пользовался компьютером.


Рекомендуем почитать
Люцина и ее дети

Трагедия о современной Медее из польской провинции.


Тестостерон

Может ли свадьба без невесты быть удачной? Конечно! Достаточно семерых парней. Из контекста их разговоров вырисовывается портрет современного мужчины, переживающего внутренний кризис и полностью зависящего от собственных гормонов.Жаркие выяснения отношений, и почти детективная интрига с расстроенной свадьбой, и раскрытие семейных тайн. Но итог всего случившегося — радостный. Выпустив пар и разобравшись с собственными комплексами, обидами и переживаниями, герои смогут вернуться к нормальной жизни и — чем черт не шутит — обрести счастье.


Все, что мне нужно на Рождество

Иган, полицейский под прикрытием и по совместительству вампир, ищет серийного убийцу, охочего до крови мальчиков-подростков. Как-то он зашел за чашечкой кофе в закусочную Деллы, которая приняла его за бомжа и предложила еду в обмен на выполнение довольно странных заданий. Но Иган совсем не против: работа на красавицу Деллу — идеальное прикрытие, которое поможет ему остановить сорвавшегося с цепи молодого вампира.


Тени любви

Смелый, сильный Ягр никогда не ладил со своим кланом, однако даже ему приходится выполнять долг, возложенный, на него родными. Казалось бы, отыскать пропавшую красавицу Риган Гарнетт и вернуть ее в лоно семьи не так уж сложно… но что делать, когда выясняется, что девушка не имеет ни малейшего желания возвращаться?Принудить Риган к повиновению? Или поверить истории ее отчаянного побега от жестоких негодяев — и помочь отомстить?Здравый смысл советует Ягру исполнить долг и забыть о Риган. Но сердце, в котором пылает пламя жгучей страсти, велит совсем другое…


Адмирал Канарис — «Железный» адмирал

Абвер, «третий рейх», армейская разведка… Что скрывается за этими понятиями: отлаженный механизм уничтожения? Безотказно четкая структура? Железная дисциплина? Мировое господство? Страх? Книга о «хитром лисе», Канарисе, бессменном шефе абвера, — это неожиданно откровенный разговор о реальных людях, о психологии войны, об интригах и заговорах, покушениях и провалах в самом сердце Германии, за которыми стоял «железный» адмирал.


Значит, ураган. Егор Летов: опыт лирического исследования

Максим Семеляк — музыкальный журналист и один из множества людей, чья жизненная траектория навсегда поменялась под действием песен «Гражданской обороны», — должен был приступить к работе над книгой вместе с Егором Летовым в 2008 году. Планам помешала смерть главного героя. За прошедшие 13 лет Летов стал, как и хотел, фольклорным персонажем, разойдясь на цитаты, лозунги и мемы: на его наследие претендуют люди самых разных политических взглядов и личных убеждений, его поклонникам нет числа, как и интерпретациям его песен.


Осколки. Краткие заметки о жизни и кино

Начиная с довоенного детства и до наших дней — краткие зарисовки о жизни и творчестве кинорежиссера-постановщика Сергея Тарасова. Фрагменты воспоминаний — как осколки зеркала, в котором отразилась большая жизнь.


Николай Гаврилович Славянов

Николай Гаврилович Славянов вошел в историю русской науки и техники как изобретатель электрической дуговой сварки металлов. Основные положения электрической сварки, разработанные Славяновым в 1888–1890 годах прошлого столетия, не устарели и в наше время.


Жизнь Габриэля Гарсиа Маркеса

Биография Габриэля Гарсиа Маркеса, написанная в жанре устной истории. Автор дает слово людям, которые близко знали писателя в разные периоды его жизни.


Воспоминания

Книга воспоминаний известного певца Беньямино Джильи (1890-1957) - итальянского тенора, одного из выдающихся мастеров бельканто.