На краю (в сокращении)

На краю (в сокращении)

— Я иду по лётному полю и думаю: «Мне тридцать, и сейчас сбывается моя детская мечта. Я иду к машине с реактивным двигателем, которой буду управлять на глазах у миллионов… десятилетний мальчишка внутри меня просто лопается от гордости».

Всего через несколько часов Ричард Хаммонд пережил чудовищную аварию, перевернувшись на скорости 232 мили в час, и чудом остался жив.

Перед вами — его удивительная история..

Жанр: Биографии и мемуары
Серия: Избранные романы «Ридерз Дайджест» №42
Всего страниц: 45
ISBN: 978-5-89355-248-5
Год издания: 2009
Формат: Полный

На краю (в сокращении) читать онлайн бесплатно

Шрифт
Интервал

Сокращение романов, вошедших в этот том, выполнено Ридерз Дайджест Ассосиэйшн, Инк. по особой договоренности с издателями, авторами и правообладателями.

Все персонажи и события, описываемые в романах, вымышленные. Любое совпадение с реальными событиями и людьми — случайность.

Глава 1

Интуиция подсказывала мне, что это только с виду легко, а на самом деле очень и очень сложно. Моя инструкторша без усилий скользила по заснеженному полю, длинные узкие лыжи двигались в заданном ритме, и казалось, будто она летит.

— Согни колени! Вот так! А теперь отталкивайся. Главное — поймать ритм.

Даже ее слова неслись над просторами упруго и ритмично. Ее палки, казалось, порхали вдоль лыжни. Инструкторша была шведкой и демонстрировала классический бег на равнинных лыжах, который у шведов в крови, так что казалось, будто она занимается этим с рождения.

Я понимал, что у меня и вполовину так хорошо не получится. Разумеется, я сразу же упал. И до меня стало доходить, что равнинные лыжи не просто сложно освоить, даже подступиться к ним непросто.

Обидно, конечно, но первая попытка закончилась даже не захватывающим дух полетом в сугроб на высокой скорости. Я просто несколько мгновений вяло скользил по лыжне, а потом завалился на бок, и мой нос оказался в нескольких дюймах от заснеженной земли. Однако на лыжи я встал не ради забавы. Через три месяца мне предстояло отправиться на этих самых лыжах к Северному полюсу. Но пока что я был не в силах пройти даже через заснеженный стадион, а это был уже третий день тренировок.

Наверное, причина — в моей травме. Прежде у меня все всегда получалось с первого раза. Да, после первого же занятия мне все надоедало. Но на начальной стадии я всегда все схватывал на лету. Обучался я быстро, просто не мог долго концентрировать внимание — именно так писали обо мне во всех школьных характеристиках. Я тут же вспомнил, как впервые встал на водные лыжи. Было это на озере Уиндермир. Я вполуха слушал парня, объяснявшего мне, что колени нужно держать вместе, не выпускать из рук трос и соблюдать еще тысячу всяких правил. Наконец я залез в ледяную воду, схватился за пластиковую перекладину, к которой был привязан трос. Катер тронулся, трос натянулся. Я удержал равновесие и восстал из пены брызг, как Нептун. Впрочем, для Нептуна я был мелковат и в гидрокостюме с чужого плеча смотрелся не очень элегантно. Но на водные лыжи я встал, и это оказалось удивительно просто.

Моя жена Минди ненавидит вспоминать наши первые совместные поездки верхом. Она сидит в седле с младенчества. Все детство на нее орали тетки в нейлоновых душегрейках: велели держать спину, правильно ставить ногу в стремя. Для нее верховая езда — это искусство, умение, в котором нужно постоянно совершенствоваться. К конной прогулке она относится с благоговением — как летчик-испытатель к очередному полету. Я же подошел к своей первой в жизни лошади, забрался в седло, спросил, как пустить лошадь в галоп, а как заставить остановиться, и пустился вскачь. Советовать мне, как натягивать поводья и как держать ноги в стременах, бесполезно. Верхом я езжу как умею. Минди это бесит. А я всегда был такой. Обожаю попробовать что-нибудь новенькое, и у меня с первого же раза получается. А когда приходит время обучаться всяким тонкостям, мне становится скучно.

И вот я лежал на снегу и думал о том, что не сумел поразить инструкторшу и сразу же стрелой промчаться по лыжне из-за той проклятой автокатастрофы. Я понимал, что бьюсь понапрасну, что у меня в мозгу что-то повредилось навсегда. Наверное, тот его участок, который отвечает за координацию. Или еще что. Стала намокать от снега флисовая куртка, которой меня снабдили специалисты-полярники, привезя нас сюда на предэкспедиционные тренировки. Где-то между полем, где я валялся, и аэропортом Страсбурга остальные ребята пили кофе на бензоколонке, разговаривали о доме. В то утро они улетали домой. Им незачем было учиться ходить на лыжах — на полюс они собирались ехать на грузовике. Этим холодным тоскливым австрийским утром они могли лететь домой. Я вспомнил Минди, детей, собак, наш дом. А еще — ту кошмарную катастрофу и боль, боль, боль…


Я, еще восьмилетний, прикидывал про себя, получится ли у меня полетать. Если трюк не удастся и я не рассчитаю скорость, скорее всего, полечу вверх тормашками. Я стиснул зубы и крепко взялся за руль. Народу собралось полно. И мне никак нельзя было выказывать свой страх.

Велосипед выглядел сногсшибательно. Я перекинул через раму два школьных ранца — они походили на сумки на мотоцикле. К заднему колесу я привязал кусок картона. Когда велосипед ехал, картонка билась о спицы и издавала такой треск, что я чувствовал себя не на велике, а на мотоцикле — я был калифорнийским полицейским, преследующим преступника. И страстно мечтал, чтобы собравшиеся поглазеть на мой подвиг соседские дети тоже увидели меня таким. Все они втайне надеялись, что мой прыжок закончится неудачей, что прольется кровь, а если повезет, то я заработаю открытый — такой, где видна кость, — перелом. Ходили слухи, что год назад именно такой перелом был у мальчишки, который свалился с забора на мощеную мостовую и сломал себе руку. Мы часто это обсуждали. Нам нравилось говорить о крови, пролитой в бою.


Рекомендуем почитать
Привычки толстых. Диета наоборот

Мы не рождаемся полными. Полнотой награждает нас собственная лень и вредные привычки, избавившись от которых можно вернуть себе хорошую физическую форму. Нужно только определить у себя эти привычки, честно себе в них признаться и начать с ними непримиримую войну. Сложно, скажете вы? Да, сложно. Потому что бороться вам придется в первую очередь с самим собой, а это всегда нелегкая битва. Но если вы сможете одолеть свои привычки, результат получите просто потрясающий!


Как похудеть за 30 минут в день

Если вы начали читать эту книгу, значит, вас не устраивает текущее положение вещей и вы решили измениться. Первое, что может не нравиться человеку в себе, – это его внешность. Мы живем в постоянной суматохе и стрессе. У нас нет времени на себя. Мы многое делаем в спешке, на бегу. И именно такой образ жизни чаще всего сказывается на нашей фигуре, личной жизни, эмоциональном состоянии. Когда человек не доволен собой, как правило, он переносит все свои эмоции на окружающих. И мир вокруг него становится тусклым и неинтересным.Самая большая проблема тех, кто начинает худеть, – это обилие информации.


Нянька

Из сборника «О хороших, в сущности, людях!», Петербург, 1914 год.


О шпаргалке (Трактат)

Из сборника «О хороших, в сущности, людях!», Петербург, 1914 год.


Тайна смерти Рудольфа Гесса

Рудольф Гесс — один из самых таинственных иерархов нацистского рейха. Тайной окутана не только его жизнь, но и обстоятельства его смерти в Межсоюзной тюрьме Шпандау в 1987 году. До сих пор не смолкают споры о том, покончил ли он с собой или был убит агентами спецслужб. Автор книги — советский надзиратель тюрьмы Шпандау — провел собственное детальное историческое расследование и пришел к неожиданным выводам, проливающим свет на истинные обстоятельства смерти «заместителя фюрера».


Наедине с суровой красотой

Карен бежит от проблем в маленькую деревню в горах Колорадо и остается наедине со своими мыслями на фоне красоты и жестокости природы. Когда пожар уничтожает все, что у нее было, она еще сильнее замыкается в себе. Но, пытаясь примирить жажду одиночества с потребностью в обществе, Карен находит путь назад и становится счастливой. Эти вдохновляющие мемуары – дань уважения сорока сезонам, которые автор прожила в горах, а также признание в любви непредсказуемым и прекрасным силам природы.


Гибель Императорской России

Внук и сын солдата, убежденный монархист, занимавший высшие правительственные посты в последние годы Императорской России, Павел Григорьевич Курлов (1860–1923 гг.) в своих воспоминаниях восстанавливает правдивые факты и дает объективное отношение ко всему происходящему: «Я вижу Россию разоренную, залитую кровью и как бы вычеркнутую из списка не только великих, но и просто цивилизованных государств. Говоря о первой России, я опираюсь на факты и события, участником которых я был в силу своего служебного положения».



Строки, имена, судьбы...

Автор книги — бывший оперный певец, обладатель одного из крупнейших в стране собраний исторических редкостей и книг журналист Николай Гринкевич — знакомит читателей с уникальными книжными находками, с письмами Л. Андреева и К. Чуковского, с поэтическим творчеством Федора Ивановича Шаляпина, неизвестными страницами жизни А. Куприна и М. Булгакова, казахского народного певца, покорившего своим искусством Париж, — Амре Кашаубаева, болгарского певца Петра Райчева, с автографами Чайковского, Дунаевского, Бальмонта и других. Книга рассчитана на широкий круг читателей. Издание второе.


Октябрьские дни в Сокольническом районе

В книге собраны воспоминания революционеров, принимавших участие в московском восстании 1917 года.


Токсин

Захватывающий роман-расследование принадлежит перу признанного мастера медицинского триллера. Загадочная смертельная болезнь поражает Бекки Реггис в десять лет, ее отец решает ответить на этот вопрос, но поиски ответа едва не стоят ему жизни.


Невиновен

Между ними нет ничего общего. Уилл Роби — агент-киллер. Джули — девочка-подросток, ставшая свидетельницей убийства своих родителей. Когда их пути пересекаются (при более чем неблагоприятных обстоятельствах), им приходится бороться, спасая себя и друг друга.Сокращенная версия от «Ридерз Дайджест».


Обезьяна из мыльного камня

Эксперт-криминалист Линкольн Райм и его постоянная помощница Амелия Закс действуют в ситуации цейтнота — всего за сорок восемь часов им надо проникнуть в самые дебри нью-йоркского Чайнатауна и обезвредить безжалостного убийцу по прозвищу Дух. Если они не уложатся в этот срок, Дух вырежет две семьи ни в чем не виновных эмигрантов из Китая.


Лев

Прошло три года с того момента, как пересеклись пути спецагента Джона Кори и международного террориста Асада Халила. Лев вернулся и приступил к выполнению своего кровавого плана мести. У Кори, похоже, появился шанс свести счеты и отправить Халила туда, где ему место…