Месть женщины среднего возраста

Месть женщины среднего возраста

Роуз Ллойд даже не подозревала, что после двадцати пяти лет счастливого супружества ее муж Натан завел любовницу и подумывает о разводе. Но главное потрясение ждало впереди: любовницей Натана оказалась лучшая подруга Роуз и ее коллега по работе Минти…

Жанр: Современные любовные романы
Серии: Романтическая драма , Месть [Бушан] №1
Всего страниц: 100
ISBN: 5-483-00118-4
Год издания: 2005
Формат: Полный

Месть женщины среднего возраста читать онлайн бесплатно

Шрифт
Интервал

От автора

Всю информацию об индейцах племени яномами я почерпнула в «Таймс», а географические сведения о Риме – в «Нэшенэл джиогрэфик трэвелэр».

Я хочу выразить благодарность дамам Дженет Бак (они знают, о чем речь), Бенардет Форси за ее юмор и Памеле Норрис – за неизменную поддержку. Также огромное спасибо моему несравненному редактору Луизе Мур и всей команде издательства «Пингвин», Клэр Ледингхэм, моему агенту Марку Лукасу и, как обычно, Хейзл Орм, Кейт Тейлор и Стивену Райану. А уж о своих родных и друзьях я помню всегда.

Глава 1

– Вот, держи, – сказала Минти, моя ассистентка, и хрипло рассмеялась, – только что вышла рецензия. Классно его приложили. – Минти подтолкнула мне книгу под названием «Тысяча оливковых деревьев», автор – Хэл Торн; рецензия была вложена между страниц.

По какой-то непонятной причине я взяла книгу, хотя обычно старалась обходить все то, что было связано с Хэлом. Но сейчас мне казалось, что это неважно: я успокоилась, изменилась, у меня была своя жизнь – я давно сделала выбор.

Когда я впервые заговорила с Натаном о своем желании работать над книжной рубрикой, он заявил, что если мне когда-либо суждено реализовать мои амбиции и стать литературным критиком, я в конце концов возненавижу книги. Мол, близкое знакомство порождает презрение. Но я ответила, что мне больше нравится высказывание Марка Твена: близкое знакомство порождает не презрение, а совместных детей. К тому же слова Натана наверняка отражали его личное отношение к своей работе. На что он ответил: «Чушь собачья, я счастлив как никогда, – и добавил: – Подожди и сама увидишь». (Последняя фраза сопровождалась ироничной улыбкой из серии «я сильный мужчина, и мне лучше знать», которая мне всегда нравилась.) Прошло время, и я поняла, что он ошибался.

Для меня книги по-прежнему были полны ожидания новых открытий; они внушали мне чувство, что возможно все – все что угодно. В тяжелые времена книги оставались моей палочкой-выручалочкой, спасательным поясом; в юности я ссылалась на них, когда надо было принять решение. За долгие годы работы с книгами у меня развилось шестое чувство: одним прикосновением я могла отнести книгу к определенной категории. Толстые романы в мягких обложках напечатаны на грубой дешевой бумаге. Поэзия, балансирующая на грани невесомости, издается с широкими белыми полями. Биографии пестрят фотографиями и секретами из жизни их героев.

«Тысяча оливковых деревьев» была тонкой, компактной книжкой; типичный рассказ путешественника с не менее типичной фотографией на обложке: пронзительно синее небо и безлюдный каменистый берег. Побережье казалось жарким, иссушенным: на такой земле ступни соскальзывают со щебня, а между пальцами ног появляются синяки.

Минти следила за моей реакцией. У нее была привычка нацелить свои темные, слегка раскосые глаза на кого-нибудь и сделать вид, будто она не моргает. Возникал эффект пристального сопереживающего внимания, который очень нравился людям и, думаю, утешал их. Лично меня за те три года, что мы вместе работаем, не раз успокаивал взгляд ее темных, напряженных глаз.

– «Автор книги – мошенник, – зачитала она отрывок из рецензии. – А книга и того хуже…»

– Интересно, чем он заслужил такую желчность? – пробормотала я.

– Тем, что его книга расходится бешеными тиражами, – парировала Минти.

Я протянула ей «Тысячу деревьев».

– Будь по-твоему. Звони Дэну Томасу, пусть он быстро переделает статью.

– Ты что, Роуз? – медленно и задумчиво проговорила она, в ее голосе слышались незнакомые мне нотки. – Тебе не кажется, что ты вполне можешь и сама ее переделать?

Я улыбнулась в ответ. Мне нравилось думать, что мы с Минти стали подругами: я доверяла ей, потому что она все время говорила то, что у нее на уме.

– Нет. Ни к чему испытывать себя. Я просто не хочу заниматься книгами Хэла Торна.

– Понятно. – Она обошла коробки на полу, доверху наполненные этими самыми книгами, и присела. – Как ты сказала, пусть будет по-моему.

Кажется, подруга меня не одобряла. Я тоже была собой недовольна: непрофессионально игнорировать книги, тем более ту, о которой будут писать все подряд.

Меня отвлек звонок по внутренней линии. Это был Стивен из производственного отдела.

– Роуз, извини, но придется вырезать страницу из книжной рубрики в номере за двадцать девятое.

– Стивен!

– Прости, Роуз. К вечеру успеешь?

– Но это уже во второй раз, Стив. Может, выберешь себе другого козла отпущения? Раздел кулинарии? Путешествий?

– Нет.

Стивен был издерган и нетерпелив. В нашем деле – издании газеты – всё решают сроки. Постепенно это становилось второй натурой, и мы разговаривали друг с другом словно стенографией. Времени на нормальные споры и доводы не было. Я взглянула на Минти: она прилежно стучала по клавишам, но я-то знала, что она прислушивается. Я неохотно проговорила:

– К завтрашнему утру сделаю.

– Только не позже. – Стивен повесил трубку.

– Не повезло. – Минти по-прежнему печатала. – И сколько?

– Страницу. – Я откинулась на стуле, чтобы обдумать эту проблему, и мой взгляд упал на фотографию Натана и детей, которая всегда стояла на моем столе. Это был снимок семейного отпуска в Корнуэлле, когда детям было десять и восемь лет. Они стояли на пляже, повернувшись спиной к серому штормовому морю. Одной рукой Натан обнимал Сэма, спокойно упиравшегося головой ему под мышку, а другой удерживал извивающуюся радостную Поп-пи – наши дети совсем не похожи друг на друга. Я только что рассказала мужу о том, что один знаменитый писатель снял дом в Требетанской бухте на шесть месяцев, чтобы отшлифовать роман. «Боже правый, – на лице Натана появилась смешная гримаса. – Вот уж не думал, что он так медленно читает». Я схватила фотоаппарат и сфотографировала Поппи – та залилась смехом в ответ на очередную ужасную шутку отца. Натан тоже смеялся – счастливо и радостно. Он будто говорил в объектив: вот видишь, мы счастливая семья.


Еще от автора Элизабет Бушан
Вторая жена

Минти украла Натана, мужа своей лучшей подруги Роуз и вышла за него замуж. Но, получив все, чего она желала — мужа, детей, большой дом — она столкнулась с неожиданными сторонами своего брака: неприязнь со стороны старших детей Натана, растущее отчуждение мужа… и необходимость признать, что первая жена не исчезла из его жизни.


Рекомендуем почитать
Странствующий рыцарь Истины. Жизнь, мысль и подвиг Джордано Бруно

Книга посвящена жизни, научным воззрениям и подвигу ученого-философа второй половины XVI века Джордано Бруно.


Инженеры Кольца

В сборник вошли одно из самых знаменитых произведений У. Ле Гуин «Левая рука тьмы», получившее высшие премии в области фантастики — «Хьюго» и «Небьюла», — и продолжение прославленного романа «Мир-Кольцо» Ларри Нивена «Инженеры Кольца».Содержание:Урсула Ле Гуин. Левая рука тьмы. Перевод М. А. КабалинаПриложениеЛарри Нивен. Инженеры кольца. Перевод И. Е. НевструеваСловарьПараметры КольцаИллюстрации: В. ВасильевойФорзацы: В. АнаНа обложке использованы работы: Б. Вальехо.


Муравейник

Весьма удачная повесть, завоевавшая серебряный приз на конкурсе «48 часов». Одно из очень немногих моих произведений, где нет ни одного дракона :) Рассказывает об удивительном мире, где невозможно жить на одном месте, поскольку зима несет с собой космический холод, и все жители вынуждены постоянно, век за веком, убегать от смерти.


Красавицы и чудовища

Моя самая мрачная фантастическая повесть рассказывает о мечтателе, встретившем реальность. Или о реальности, встретившейся с мечтателем. Или о нереальности, мечтавшей стать реальностью... Так или иначе, мечты не сбылись. Ни одна.Это печальная история, хотя вначале может показаться иначе. Я считаю повесть «Красавицы и чудовища» своей удачей, но вряд ли стану ее когда-нибудь перечитывать. Слишком уж... близкой к реальности она вышла.


Запретное влечение

Брат и сестра. Узы, скрепленные на небесах. Будучи всегда вместе: от возни в детской песочнице до поступления в один институт; они очень тонко чувствуют друг друга. Душевная близость, нежность, забота и взаимопонимание — все эти чувства взращены в них с младенчества. Но что будет тогда, когда к этим чувствам примешается непреодолимое влечение и страсть? Слишком запретное влечение... .


Худшие опасения

Английская писательница, сценаристка и драматург Фэй Уэлдон (р. 1931) — автор более чем двадцати романов, нескольких книг для детей, множества пьес для телевидения, радио и театральной сцены и бессчетного количества журнальных статей. В психологически остросюжетном романе «Худшие опасения» (1996) благополучнейшая из женщин — талантливая актриса, любимая жена, счастливая мать Александра Лудд вдруг становится вдовой, и тогда выясняется, что муж ей изменял и более того — был двоеженец, а значит, брак ее был незаконным; что он оставил ее без средств к существованию; что в театре ей быстро нашли замену… Ее горе и все ее воспоминания осквернены, но она находит в себе силы начать жизнь сначала.


Солнце ближе

…Скромная серая мышка готова под влиянием многоопытной лучшей подруги превратиться в прекрасную принцессу и найти своего принца?…Почти так. С одним маленьким «но» возлюбленный Вики — БЫВШИЙ МУЖ ее лучшей подруги Леры!Что определит теперь решение Леры — зависть к удачливой сопернице или преданная многолетняя дружба?Что решит судьбу Вики — женская солидарность или НАСТОЯЩАЯ ЛЮБОВЬ?


Ненавижу семейную жизнь

“Ненавижу семейную жизнь” — один из последних по времени романов блистательной англичанки Фэй Уэлдон. Продолжая классическую традицию женской прозы, Уэлдон начала писать в середине 60-х и с тех пор, помимо пьес и сценариев (в их числе знаменитый телесериал по книге Джейн Остин “Гордость и предубеждение”) с неизменным успехом публикует романы, читаемые во всем мире: “Род-Айленд блюз”, “Ожерелье от Bulgary”, “Жизненная сила” и др.Не приспособленная к роли домохозяйки Хетти мечтает после рождения дочери поскорее вернуться на работу.


Страх падения

Не могу вспомнить, когда я в последний раз чувствовала себя в полной безопасности. Безопасность для меня — это роскошь, предназначенная для тех, кому посчастливилось иметь идеальное детство. Для тех, у кого нет уродливых шрамов, из-за которых я и нахожусь в постоянном изнурительном страхе. Я же бежала от страха всю свою жизнь. Но встретив его, я поняла, что больше не хочу убегать. Он напугал, но при этом и взволновал всю меня, каждую клеточку моего тела. Но я чувствовала это не из-за его татуировок или пирсинга.


Сокровища

Издательство «Крон-Пресс» предлагает своим читателям захватывающую историю о драгоценностях и любви. Вместе с главной героиней, обворожительной Пьетрой, вы совершите увлекательное путешествие за сокровищами, которые она ищет. Надеемся, читателям понравится наша книга.


Раздел имущества

Эми Хокинз, молодая преуспевающая американка, исполнительный директор компьютерной фирмы, приезжает в Европу в поисках своих культурных корней. Поселившись в отеле в маленьком городке, расположенном во Французских Альпах, Эми становится свидетельницей и непосредственной участницей целого ряда событий: английский издатель, угодивший в снежную лавину, в тяжелейшем состоянии попадает в больницу; у постели умирающего собираются все его многочисленные родственники, желающие урвать свой «кусок пирога» при разделе наследства. Завершающая часть знаменитой трилогии.


Плач по красной суке

Российская действительность, Совдепия — главная героиня этого романа-плача, романа-крика.


Цыганочка с выходом

Собаки издавна считаются друзьями человека, но еще неизвестно, что они о нас думают…Вам предоставляется уникальная возможность прочитать книгу, написанную Лабрадором в соавторстве с одной очаровательной юной женщиной, на долю которой выпало немало испытаний.


Снобы

С тех пор как в 2002 году Джулиан Феллоуз получил «Оскара» за «Госфорд-Парк», он снова взялся за перо. Перед вами увлекательная комедия нравов из жизни аристократов и актеров конца XX века. Это история, достойная Джейн Остин и чем-то напоминающая Ивлина Во.