Записки обольстителя - [8]
Первую из упомянутых мною женщин звали Анжела. Всех молодых девушек в наше время зовут Анжелами, Юлиями или Оксанами, — но, впрочем, я отвлекаюсь. Загадочный мрак ее кудрей, чувственный рот египетской царицы и лукаво прищуренные живые глаза произвели в моем сердце такое смятение, что я целый месяц разыскивал это дерзкое и беспокойное существо, словно своих забот мне уже не хватало. Она охотно согласилась встретиться со мною, ибо я тоже поразил ее воображение: в той компании, где мы познакомились, один я оживлял своими отточенными парадоксами натужный ход застольной беседы, посвященной невыносимо обыденным вещам. Первую ошибку я сделал уже на начальной стадии знакомства: меня не насторожило то усердие, с которым я добивался встречи. Другими словами, я не подумал о том, как опрометчиво сближаться с человеком, который при желании может вить из тебя веревки. Самым разумным было перетерпеть первый приступ любовного влечения, ибо боль, которую я испытал бы в этом случае, не идет ни в какое сравнение с тем, что мне пришлось пережить впоследствии. Я не сумел так поступить, поскольку в то время я был не мужчиной, а всего лишь юным самцом, уступающим всем своим сердечным и плотским капризам. Вторую ошибку я совершил тогда, когда вознамерился потрясти любимую своим благородством и чистотой намерений. Я полагал, что это сразу возвысит меня над толпой ее знакомых мужского пола, в обществе которых я провел как–то несколько мучительных часов, изнемогая в тяжелой атмосфере бездуховности. Анжела, в тринадцать лет совершенно добровольно лишившаяся невинности, и впрямь была озадачена моим поведением. Хотя она и успела уже к моменту нашего знакомства сбиться со счета самцов, которые ею обладали, мои почтительность, скромность и щедрость, соединенные с явным отсутствием низкой корысти, первое время не переставали ее удивлять. Однако от удивления она скоро оправилась и решила, как решило бы и большинстводругих на ее месте, извлечь из моих чувств наибольший гешефт. Дабы я не вздумал потребовать того, что, в сущности, давно уже принадлежало мне по праву, она принялась рассказывать мне о своей несчастной любви (любимый, по ее словам, удивительно походил на меня, и это мне отнюдь не льстило), о том, что рана в ее сердце еще кровоточит и потому она не может верить мужчинам, а к сексу испытывает отвращение. Подразумевалось, что сердце постепенно заживет, но для этого потребуется немалое время, в течение которого я должен довольствоваться чисто платоническим общением. По поводу таких противоестественных отношений один старый пьяница, мой приятель, всегда вспоминает грубоватый стишок: «Любит он, а делает Платон». Анжела не зря морочила мне голову этими баснями: в течение всего времени моих бескорыстных ухаживаний на меня дождем сыпались ее разнообразные просьбы, выполнение которых отняло у меня массу времени и сил. Было бы неуместным излагать здесь все бесчисленные услуги, которые я ей оказал. Важно то, что не омраченные взаимностью отношения вполне устраивали мою любимую. Периодически она куда–то исчезала, появляясь из отлучек лишь через несколько дней и объясняя свое отсутствие то свадьбой подруги, живущей за городом, то необходимостью ухаживать за теткиной собакой, и т. д. и т. п., а я имел глупость верить всей этой чепухе. Излишне говорить, что Анжела вовсе не испытывала того отвращения к плотским радостям, на которое так охотно ссылалась, дабы продлить выгодный период ухаживания. Периодические отлучки как раз и требовались ей для того, чтобы отдохнуть в компании знакомых самцов от стерильной чистоты нашей связи. Мало–помалу я наконец стал замечать, что развитие романа полностью прекратилось и это полностью устраивает Анжелу, которая отнюдь не собирается бросаться мне на шею в награду за возвышенность моих чувств. Признаюсь, что для меня и впрямь было не так уж важно затащить ее в постель: я любил ее, а истинная любовь бескорыстна и легко поступается материальными наградами. Но даже меня начал раздражать тупик, в который зашли наши отношения, основанные на отсутствии взаимности. Тут настал черед Анжелы совершить ошибку: она переоценила силу своего влияния на меня, а вернее, недооценила силу моей воли: когда мои законные требования были встречены отговорками и увертками и наказаны очередным вояжем к подругам, я решительно прервал общение с любимой. Не скрою — я жестоко страдал, но и в этих страданиях меня утешало сознание собственного достоинства, сохраненного столь дорогой ценой. Кроме того, я уже понял, что Анжела не склонна изнурять себя строгим соблюдением моральных принципов, а значит, в трудную минуту поступится гордостью и рано или поздно позвонит мне. Так оно и вышло. Мы встретились вновь, но я уже был другим. После первых оправданий и смущенных нежностей Анжела ознакомила меня с реестром своих неотложных нужд, удовлетворением которых, по ее мнению, мне следовало заняться. В ответ я недвусмысленно сформулировал условия, на которых впредь намеревался предоставлять ей услуги. Любимая присмирела и обещала подумать. Впрочем, думала она недолго, так как не привыкла ограничивать свои прихоти, да и особенных жертв от нее, в сущности, не требовалось: награда, которой я желал, множеству самцов доставалась без всяких хлопот, как досталась бы и мне давным–давно, если бы я вел себя чуточку поумнее. Итак, на следующее утро Анжела сообщила мне о том, что она на все согласна и принадлежит мне отныне душою и телом. О душе речь зашла потому, что малютка решила извлечь выгоду из своей уступки и завлечь меня в брачные сети, изображая нежную покорность. Однако сознание мое к этому времени прояснилось, и я уже насквозь видел все ее незамысловатые хитрости. С горечью ощущая угасание любви в своем сердце, я тем не менее воздал должное чувственным радостям, до которых Анжела, как я и предполагал, оказалась великой охотницей. Желание Анжелы вступить в брак не нашло во мне отклика. Постепенно ее утомительные требования, предсказуемость всех ее поступков и слов, вызванная скудоумием, а также, видимо, чары очередных самцов вкупе с моей занятостью и тягой к переменам стерли силуэт Анжелы с моего горизонта — теперь уже навсегда.
![Смерть говорит по-русски (Твой личный номер)](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Это было его призванием, и он отлично справлялся с заданиями вне зависимости от собственных убеждений, признавая единственный принцип при выборе очередного места работы - размер предполагаемого гонорара. Коллеги знали его по татуировке на руке - личному номеру. Но однажды его, опытного бойца, киллера- профессионала, подставил старый приятель, крутой мафиози. Виктор Корсаков, американец русского происхождения, умел хорошо воевать. Отныне вся жизнь Корсакова направлена на месть. Готовя операцию против своего врага, он сталкивается с ошеломляющим фактом: на сей раз его цель совпала с интересами российских спецслужб.Новое издание романа "Твой личный номер".
![Орден куртуазных маньеристов](/storage/book-covers/63/63aabe0393f4a2236d14e5c002e22fa39fb722c6.jpg)
Орден куртуазных маньеристов создан в конце 1988 года Великим Магистром Вадимом Степанцевым, Великим Приором Андреем Добрыниным, Командором Дмитрием Быковым (вышел из Ордена в 1992 году), Архикардиналом Виктором Пеленягрэ (исключён в 2001 году по обвинению в плагиате), Великим Канцлером Александром Севастьяновым. Позднее в состав Ордена вошли Александр Скиба, Александр Тенишев, Александр Вулых. Согласно манифесту Ордена, «куртуазный маньеризм ставит своей целью выразить торжествующий гедонизм в изощрённейших образцах словесности» с тем, чтобы искусство поэзии было «возведено до высот восхитительной светской болтовни, каковой она была в салонах времён царствования Людовика-Солнце и позже, вплоть до печально знаменитой эпохи «вдовы» Робеспьера».
![Кольцевой разлом](/storage/book-covers/a8/a87217e3a8947d9dd0996c3e122a29f8b22cb4c4.jpg)
С Виктором Корсаковым, американцем русского происхождения и профессиональным солдатом, воевавшим в Латинской Америке, на Ближнем Востоке и других "горячих точках", читатель уже знаком по книге "Смерть говорит по-русски". В новом романе-боевике мы встречаем Корсакова уже в России, в момент вооруженного выступления мощной террористической организации, которое до основания потрясает все российские структуры власти. Драматические сцены насилия, предательства, любви, резкие повороты сюжета, непредсказуемый финал делают "Кольцевой разлом" желанным приобретением для всех ценителей "литературы действия".
![Китаб аль-Иттихад, или В поисках пентаграммы](/storage/book-covers/58/58f3439ac47d65950eb4083c644dab8d03279a61.jpg)
Воспроизводится по изданию: Орден куртуазных маньеристов. Отстойник вечности. Избранная проза: — М.: Издательский Дом «Букмэн», 1996. — 591 с.
![Пресс-релиз Ордена куртуазных маньеристов](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Лопухи и лебеда](/storage/book-covers/2e/2e2a9ce2d03fd385743843b8f6f77c6dfdd02f7b.jpg)
Выдающийся режиссер и актер Андрей Смирнов, покоривший публику в 1971 году легендарным “Белорусским вокзалом”, лауреат двух премий “Ника” (в 2000 году за роль Бунина в фильме “Дневник его жены” и в 2012-м за фильм “Жила-была одна баба”), был отлучен от режиссуры советскими цензорами и много лет не снимал кино. Он играл в фильмах и сериалах (Владимир в “Елене”, Павел Кирсанов в “Отцах и детях” и др.), ставил спектакли и писал – сценарии, эссе, пьесы. Эта книга впервые представляет Андрея Смирнова-писателя.Проза Андрея Смирнова изначально связана с кино.
![Мой папа-сапожник и дон Корлеоне](/storage/book-covers/cb/cbdb24bb1016f5ad52d6b22841ed600e10ac8c61.jpg)
Сколько голов, столько же вселенных в этих головах – что правда, то правда. У главного героя этой книги – сапожника Хачика – свой особенный мир, и строится он из удивительных кирпичиков – любви к жене Люсе, троим беспокойным детям, пожилым родителям, паре итальянских босоножек и… к дону Корлеоне – персонажу культового романа Марио Пьюзо «Крестный отец». Знакомство с литературным героем безвозвратно меняет судьбу сапожника. Дон Корлеоне становится учителем и проводником Хачика и приводит его к богатству и процветанию.
![Ипостась](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Все может свершится неожиданно, не мне об этом говорить, но то как мы отреагируем или что совершим, примем, зависит только от нас не глядя и не воспринимая чье либо влиянье, мненье, попытки убеждений, как говорится «Все мое останется со мной» и это не материальная ценность. Все однажды свершится, все.
![Без мужика](/storage/book-covers/30/3059826850520ca87073747d301872590f977db6.jpg)
Евгения Кононенко — одна из самых известных писательниц современной Украины, представительница так называемой «новой» литературы, заявившей о себе с началом независимости страны. Автор поэтического сборника «Вальс першого снiгу» (1995) — лауреат литературного конкурса «Гранослов», сборника прозы «Колосальний сюжет» (1998), книжки для детей «Iнфантазiї», романов: «Iмiтацiя» (2001) — лауреат премии журнала «Сучаснiсть»; «Зрада» (Кальварiя, 2002); «Ностальгiя», сборника рассказов «Повiї теж виходять замiж».
![Вечер в Муристане](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Дрессированные сучки](/storage/book-covers/31/31037ad12f453c4dbc57cb06434cf69355451ee6.jpg)
Виржини Депант (род. 1974) — одна из самых модных современных французских писательниц, автор романов "Трахни меня" (Baise-moi, 1993), "Миленькие вещички" (Les Jolies choses, 1998, премия Флора) и "Дрессированные сучки" (Les Chiennes savantes, 1999).Главная героиня романа "Дрессированные сучки" Луиза живет в Лионе и танцует в пип-шоу. Да, грязно, да, опасно, да, наркота и выпивка, но ведь все так живут… И жизнь идет, как идет, пока на кафельном полу кухни не находят зверски убитыми двух стриптизерш-парижанок, которые черт его знает зачем приехали в Лион.
![Избранные письма о куртуазном маньеризме](/storage/book-covers/e4/e4cf6477041a35e1852be915248e1fc493a9bc41.jpg)
Воспроизводится по изданию: Орден куртуазных маньеристов. Отстойник вечности. Избранная проза: — М.: Издательский Дом «Букмэн», 1996. — 591 с.
![Черный пробел](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Черный пробел: Роман в 6 ч. / Андрей Добрынин. — [Балашиха]: Изд-во ТКО «АСТ»: Изд-во Моск. с.-х. акад., [1992?]. — 118 с.; 20 см. ISBN 5-88196-030-0: Б. ц.