Загадочность человеческого существа - [6]
Как бы то ни было, a везде и всегда существовало если и не ясное сознание, то смутное чувствование полной загадочности человека и его положения в мире. Никогда человечеству не мог казаться понятным сам собой факт пребывания его на называемом Землею космическом острове без знания им цели этого пребывания. Уже одно наше стремление получше устроиться на этом острове вызывается не только практическими нашими потребностями, но и объективным интересом и надеждой, что, может быть, на этом пути будет обретена нами разгадка нас самих; богословы же и философы неумолчно гласят, что одними естественнонаучными экскурсиями по нашему острову мы не добьемся ничего, что за всякой физикой должно скрываться нечто иное, метафизика, и что только там и может быть обретен ключ от извечных загадок.
В истории культуры часто наступают эпохи, в которые господствует всеобщая вера в метафизику, в которые она отливается даже в резко определенные формы. Но затем всегда наступают периоды сомнения не только относительно ее форм, но и относительно существеннейшей ее задачи. Тогда появляется та замечательная умственная болезнь, которую Шопенгауэр называет метафизической беспечностью и которая господствует в виде продолжительной эпидемии. Тогда тот, кто сохранил еще в себе настолько смирения и рассудительности, чтобы признавать загадочность мира и человека, считается мечтателем и самоистязателем. Эта болезнь приобрела в наши дни даже форму научной системы, именующей себя материализмом. Материалисты представляют нечто вроде общества воздержания от мышления: они утверждают, что нашему водворению на нашем космическом острове не предшествовало вообще ничего, и что за нашим его оставлением, за нашей смертью, также ничего не последует. В человеческом существе, мол, нет ничего загадочного, человек представляет продукт обитаемого им космического острова и состоит из того же, что и этот остров, вещества. Это земное вещество, материя, развилось в органическое вещество благодаря-де своим собственным силам (барон Мюнхгаузен вытаскивал сам себя за волоса из болота); жизнь и мысль якобы тоже результат деятельности материи.
Для материалистов мир представляет задачу физическую, человек – химическую. Бесспорно, что они таковы на самом деле; но это не препятствует им быть и задачами метафизическими. Если бы мир вдоль и поперек, начиная с величайшей звезды и кончая ничтожнейшей пылинкой, был разгадан нами, как физическая загадка, мы очутились бы в курьезном положении: всяк из нас, не потерявший рассудка, сейчас же пришел бы к сознанию существования метафизической загадки. Мы уподобились бы тогда индийскому королю, державшему при своем дворе множество ученых, на обязанности которых лежало собираться у него и поучать его; они отлично умели говорить обо всем, но не могли удовлетворить короля в одном: каждый раз, закрывая заседание и обращаясь к ним с вопросом: "ну так отчего же существует что-либо вообще?" король не получал от них никакого ответа.
Материалист видит в мире только механическую его сторону, и так как он знает только законосообразно действующие силы, то жизнь природы кажется ему бессмысленной, бесцельной игрою. Для него не имеет цели ни существование природы, ни существование нас самих. Для него механическая законосообразность и разумная целесообразность – несовместимые понятия. Это – краеугольный камень материализма, но вместе с тем и капитальнейшее его заблуждение: ведь цели вполне могут быть достигаемы, и разнообразно достигаются, на пути механического законосообразного действия. В таких случаях целесообразность даже тем неоспоримее и совершеннее, чем совершеннее механизм. В карманных часах, во всяком техническом изобретении механизм является на послугах цели; если же так, то то же самое вполне может иметь место и относительно мира.
Вообще естественнонаучное определение вещей касается только внешней стороны их, a отнюдь не их сущности. С этой точки зрения Гетевский Фауст разрешается в тряпичную бумагу и типографские чернила, ария Моцарта – в ряд последовательных колебаний воздуха. Но Гете и Моцарт ни за что не согласились бы с тем, чтобы такое определение исчерпывало определяемое, точно так же как всегда более рассудительные люди не соглашались с тем, что естественнонаучное определение мира исчерпывает мир. Бесспорно, мир есть естественнонаучная задача, но вместе с тем он есть и задача эстетическая, этическая и метафизическая. Это было признаваемо во все времена всеми людьми, дух которых не мог ограничиться тем, чтобы только скользить по поверхности вещей.
Никто не станет отрицать того, что естествознание выполнило только часть, и легчайшую часть, своей задачи: вышеупомянутые островитяне сделали бы еще очень мало для уяснения себе своего положения, если бы они даже в совершенстве исследовали свой остров; что же сказать о человечестве, не сделавшем ничего подобного относительно своего острова?
Мы обладаем крайне микроскопическими познаниями. Опытные наши науки еще очень далеки от состояния законченности, и можно сказать наперед, что в будущем наша наука будет разветвляться все больше и больше. Поэтому в настоящее время не может быть речи и о какой бы то ни было законченности нашей философии, нашего миросозерцания. Это следует уже из того, что необходимейшие для возведения здания миросозерцания явления природы – темнейшие и загадочнейшие. Обширнейшую область явлений природы обнимает и точнейшую картину их рисует нам астрономия, но объяснение одной внешней стороны природы представляет ничтожную философическую заслугу: теперь, как и прежде, созерцание небесных светил возбуждает в нас только чувство, мир же как был, так и остается для нас колоссальным вопросительным знаком. Обратившись к земле, увидим, что и здесь мы такие же ничегонезнайки. Яснее всего для нас область минералогии; но мы не можем извлечь из нее для себя никакой философической пользы; имеющая несравненно большую философическую цену биология полна загадок; человек же, это сложнейшее из всех явлений природы, – величайшая для нас загадка. Он никогда еще не был вполне определен с физиологической своей стороны; что же касается высшей его стороны, духовной, то психология представляет арену борьбы всевозможных, даже диаметрально противоположных мнений. Для одних психологов человек представляет кучу химических веществ, для других – эманацию Бога.
![Философия мистики, или Двойственность человеческого существа](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Звезды и художники](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Космогенезис (космическая эволюция)](/storage/book-covers/93/934d217fa58be4b72d45e34933695f4315a1c654.jpg)
Автор знакомит с некоторыми основными понятиями и символами «Тайной Доктрины» — уникального труда нашей великой соотечественницы Елены Петровны Блаватской, Посланницы Великих Гималайских Учителей. В этой книге, являющейся синтезом науки, философии и религии содержатся Откровения Ученых Шамбалы о происхождении и развитии Космоса, Земли и человечества.Издание предназначено для широкого круга читателей, прежде всего, для молодежи, интересующейся законами жизни не только видимого (физического) мира, но и невидимого (сверхфизического), составляющего, как утверждает «Тайная Доктрина», большую часть Космоса.
![Психическая жизнь: элементы и структуры](/storage/book-covers/08/086da96b0d59c79d06fde3c63f6f18da25ad3fc4.jpg)
Французский философ и педагог Учитель Омраам Микаэль Айванхов (1900-1986) родился в Болгарии и жил во Франции с 1937 года. Во всех его произведениях поражает многообразие точек зрения, с которых он рассматривает единственную проблему: человек и его совершенствование. Любая затронутая им тема неизменно трактуется с позиции пользы, которую может извлечь человек для самопознания, самосовершенствования и лучшей организации своей жизни. «Не существует представления человеческого существа, абсолютно точно отражающего его сложность; поэтому не стоит удивляться тому, что религии и различные философские системы не имеют единой концепции структуры человека.
![Заклятие домового](/storage/book-covers/ae/ae5be4edd0296f4cbc3e5101f79714393368afb2.jpg)
В жизни молодой женщины произошли загадочные и пугающие события. В её квартире поселился домовой. Существует ли заклятие, делающее из домового злобное существо? Кто поможет одинокой маме снять с домового заклятие, и как это отразится на её судьбе? Чем закончится история, вы узнаете из рассказа.
![Сны: подсказки и толкования](/storage/book-covers/db/db5e418656f1219a1641706e407142425e8e1cb8.jpg)
Эта книга содержит алгоритмы «чтения» снов и извлечения из них пользы наяву. Вы найдете в ней «ключи» к своему подсознанию, которое дает подсказки и предупреждения через сон. В книге приведены толкования множества символов сна современного человека, а также пошаговая стратегия, позволяющая реализовать или, наоборот, предотвратить значение сновидения. Кроме того, вы узнаете об осознанных снах, методиках погружения в них, перехода в «иную» реальность. И – о том, как с помощью… сна (воображения, мечты) влиять на жизнь, достигая поставленных перед собой целей (например, как добиться любви и благосостояния и уничтожить противников).Тот, кто научится понимать свои сны, станет неуязвим для врагов, избежит любых превратностей судьбы, оседлает удачу, разбогатеет, найдет свою любовь, будет жить долго и счастливо и оставит после себя благодарное потомство!