Вы любите Вагнера? - [51]
— Фашизм похож на кривое зеркало. Все, что оно отражает, становится мерзким. Он такая же болезнь, как чума или холера, и все прекраснейшие мысли, благороднейшие чувства и мечты становятся при фашизме никчемными и безумными. И это страшная болезнь — она превращает в грязную накипь самое святое в человеке. Но страшнее всего, что больные сохраняют поразительную ясность мысли! Здравый смысл — на службе у безумия. Рафинированный садизм. Даже музыка призвана на службу, как новобранец призывного возраста.
— Например, Вагнер? — отозвалась Мари-Те.
Его насторожил ее тон — воинственный и непримиримый. Сергей уселся напротив и задумчиво взглянул на нее.
— Вы не любите Вагнера. Он для вас только немец. Но разве вы больше не признаете трехцветное знамя национальной эмблемой только потому, что петеновское правительство загрязнило его? Гитлер, безусловно, использует музыку Вагнера, а точнее, нацизм взял на вооружение его мистику сверхчеловека. По-вашему, этого достаточно, чтобы опорочить Вагнера? Надо отбрасывать его идеологию, но нельзя не признать величия Вагнера, его гения. В мире нег более величественной поэмы о любви, воплощенной в музыке, чем его “Тристан”. Я люблю Вагнера. Я умею его любить. Любить сознательно, трезво.
После многозначительной паузы, как бы поясняя свои мысли, он добавил:
— Музыка — моя профессия.
Мари-Те попыталась переменить тему разговора. В чужой области она чувствовала себя неуверенно: искренность ее разбивалась о его логику. Вагнер не более чем повод. Разве можно посадить на скамью подсудимых весь народ? Ненавидеть всех без исключения?
— Вы должны, — сказала она, — как очевидец рассказать о концлагерях. Мы здесь ничего о них не знаем.
— После войны людям трудно будет поверить, что на земле существовали эти острова ужасов. Мир, спрятанный от посторонних глаз, кроме посвященных — палачей и жертв. А таких в Европе — десятки: мерзких, равнодушных ко всему на свете, приносящих прибыль даже с человеческих страданий и действующих с точностью часового механизма. Будет трудно представить, что в природе существовал унтерштурмфюрер СС Карл Шарц.
Дрожащими руками Мари-Те расстегнула шубку.
— Может быть, — сказала она задумчиво. — Но сегодня подобных шарцев приходится на Европу с избытком. Одного я могла бы назвать, видела как-то. Это полковник гестапо, в его глазах, холосе, походке — презрение ко всему роду человеческому. Нацистский символ предельного цинизма и жестокости. Когда же он улыбается, ласково и любезно, чувствуешь себя обреченной.
Она и здесь не могла сдержаться и убежденно добавила:
— И он, безусловно, любит Вагнера.
Сергей Ворогин невольно привстал. Мыльная пена высохла и февральской изморозью покрывала щеки.
— Видите ли, со всеми немцами, участвующими в войне Гитлера, я воюю без излишних размышлений. Без философских выкладок. Они мои враги, так же как и ваши.
XXVI
— Говорите, Клаус? Он в засаде у искусственного грота, в сквере, сразу же за магазином? Да, я понял, позади Галери де Жод… Нет, это название магазина! Такое впечатление, что он ждет кого-то? Очень хорошо… Возвращайтесь к Вальду и следите дальше… Разумеется, не на прогулке! Как мы и предполагали, он ждет русского… Если что-нибудь случится непредвиденное до нашего приезда? Немедленно действуйте! За магазином наблюдают со вчерашнего дня…
Этот разговор по телефону наполнил его радостью. Ганс фон Шульц медленно положил трубку.
“Вот теперь сообщения этого… — он взглянул в свой блокнот, — этого Даннери, безусловно, заслуживают внимания. Русский прячется в магазине, это и дураку ясно, и тот студент, — он снова заглянул в блокнот, с которым никогда не расставался, — Жюль Грак каким-то образом установил с ним контакт. Но каким образом? Без служащих магазина не обошлось. Перспективы неплохие — прихватить с этим славянином еще кое-кого”.
Единым духом он опорожнил рюмку с коньяком и позвонил Вернеру. “А его я отправлю на восточный фронт. Не отправить ли заодно и того толстого дурака Клауса?”
Фамильярно опершись на плечо Нептуна, равнодушный к холоду, Жюль Грак стоял в сквере и краем глаза следил за типом в кожаном пальто. Вот уже минут пять торчал он на перекрестке улиц Тур д’Оверн и д’Асса, не обращая внимания на густой снег.
Смутная тревога шевельнулась в нем.
“Что ему надо здесь? Очень уж профессионально присматривается ко всему. Немец? Точно, немец! Похоже, не ради удовольствия торчит у магазина”.
Жюль вздрогнул.
К типу в кожаном пальто подошел еще один и встал рядом, прячась за столб с погнутым дряхлым знаком “Стоянка запрещена”.
Ему и в голову не пришло, что его могли выследить и что гестаповцы следили не только за магазином, но и за ним.
Жюль вышел из сквера и очутился на улице.
“Сегодня мне надо быть вдвойне осторожным: речь идет не только обо мне, но и о русском. Хорошо, что я подготовил машину. Запахнет горелым — и мы во весь дух пустимся к своему тарантасу на бульвар Дезе, ищи тогда ветра в поле”.
Жюль остановился, обдумывая сложившуюся ситуацию, вытащил носовой платок и сделал вид, что вытирает лицо. Он хотел было двинуться дальше, но заметил, как из магазина вместе с несколькими случайными покупателями вышла Мари-Те. Она приблизилась к нему и, проходя мимо, успела шепнуть:
![Разведчики 111-й](/storage/book-covers/aa/aa49f637c416eb3fdd4e553aeae99fad07d93e11.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Агент Зигзаг. Подлинная военная история Эдди Чапмена, любовника, предателя, героя и шпиона](/storage/book-covers/4c/4cdc613f66527a589dae9b117f7993f3356b2769.jpg)
История Эдди Чапмена — самого известного двойного агента Второй мировой войны. Фоном для этой головокружительной биографии послужили драматические и кровавые события середины XX века, невероятные успехи и обескураживающие ошибки спецслужб Британской империи и Третьего рейха, «тихая война» математиков и контрразведчиков за секретные шифры противника, невозможное сплетение судеб — словом все то, что мы привыкли видеть в лихо закрученных шпионских романах. Разница в том, что «Агент Зигзаг» Бена Макинтайра — хоть и увлекательное по форме, но серьезное по масштабу проделанной работы биографическое исследование, базирующееся на недавно открытых для историков архивных документах британской контрразведки МИ-5.
![Поздняя повесть о ранней юности](/storage/book-covers/62/623c37b54c2652e91d84569a510021b0fb3bc00e.jpg)
В биографических очерках рассказывается о трудном детстве, о войне и о службе в армии после нее. Главным в жизни автора было общение с людьми того исторического времени: солдатами и офицерами Красной Армии, мужественно сражавшимися на фронтах Великой Отечественной войны и беззаветно служившими великой Родине.Книга рассчитана на широкий круг читателей.
![Малыш и Странник](/storage/book-covers/59/5999c803a6d826ca5d55ec1ab840f958fe6cc498.jpg)
Автор: Буевич Владимир Вацлавович. Участник боевых действий в Демократической Республике Афганистан -1986-1987 ггПОВЕСТЬ О БОЕВОМ ПУТИ, ЖИЗНИ И СМЕРТИ ОТДЕЛЬНОГО РАЗВЕДВЗВОДА Н-ской ОТДЕЛЬНОЙ ГОРНОСТРЕЛКОВОЙ БРИГАДЫ В СОСТАВЕ ОГРАНИЧЕННОГО КОНТИНГЕНТА СОВЕТСКИХ ВОЙСК В АФГАНИСТАНЕ.
![Блок 11](/storage/book-covers/bb/bb8361f9ce10d6615ee0ed16cbbfafa1820f9d20.jpg)
Вторая мировая война, Освенцим. Десять узников концлагеря приговорены к расстрелу из-за того, что несколько их товарищей по несчастью совершили удачный побег. Но команда «Огонь!» так и не прозвучала. Комендант предложил смертникам самим решать, кому жить, а кому погибнуть. К восьми часам следующего дня заключенные должны назвать имя того из них, кто будет казнен…
![Взрыв](/storage/book-covers/2b/2bbeaccedab80ffc99f809076664b0d14c7b7bbe.jpg)
Роман ростовского писателя Павла Шестакова посвящен советским подпольщикам, сражавшимся против фашистских захватчиков в годы минувшей войны. Однако композиция романа, постоянно переносящая читателя в наши дни, помогает ему ощутить ту неразрывную связь, которая существует между погибшими и ныне живущими.
![Седьмой спутник](/storage/book-covers/59/5900370fa545c21f01ae102ebd450f30771d6681.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Дипломатическая тайна](/storage/book-covers/7d/7dbc9c0992c53539dfa5ae38f619e58df47a7f9c.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.