Война на море - Эпоха Нельсона - [3]
Сюффрен, имея дело с неприятелем, равным ему во всех отношениях, не смел пускаться в дерзкие, необдуманные атаки, потому что каждая ошибка могла иметь самые пагубные последствия; Нельсон, напротив, был твердо убежден в плохой организации французского флота, пришедшего в упадок из-за разрушительной политики французского правительства, и, отбросив старую стратегию, дерзкими нападениями одерживал победу.
II. Юность Нельсона
Мало кто начал обучаться профессии моряка в более молодом возрасте, чем Нельсон. Сын пастора в графстве Норфольк, он двенадцати лет оставил Норичское училище и под руководством своего дяди, капитана Сакклинга поступил на корабль "Ризонебль" - так его учеба была неожиданно прервана. Впрочем, английские офицеры, сражавшиеся с французами в последнюю войну по большей части учились не более Нельсона. При таком порядке вещей, конечно, люди ученые из них не выходили, но зато они становились хорошими моряками, и, с раннего возраста приучаясь к трудным испытаниям жизни особенной, своеобразной, приобретали вместе с тем благую привычку к безусловному повиновению. Наше время более взыскательно: теперь недостаточно требовать от офицеров, нередко получающих самые щекотливые поручения только простой исполнительности; но, конечно, было бы возможно доставить молодым воспитанникам средства выиграть два или три года службы на море, менее налегая на теорию, а стараясь, подобно англичанам, прилагать ее к практике. Этим был бы уже сделан большой шаг, потому, что чем раньше начать службу на море, тем лучше. Морская жизнь требует восприимчивости и гибкости, а слишком большой запас учености при начале карьеры может стать скорее обременительным, нежели полезным, потому что нужно очень многое приобретать наглядно, очень многому учиться из собственного или чужого опыта. Нельсон, мнение которого, конечно, имеет некоторый вес, часто говорил, что нельзя быть хорошим офицером, не соединяя в себе "практических знаний матроса и благородных привычек джентльмена". И потому он советовал молодым людям, желающим служить на море, после изучения навигации и французского языка, брать уроки танцев.
Неизвестно, до какой степени он сам следовал этому принципу, но известно, что когда мир, заключенный в 1783 году, дозволил англичанам ступить на твердую землю, Нельсон поспешил во Францию, чтобы изучить язык, знание которого он считал необходимым для каждого офицера Британского флота.
Что касается самого дотошного знания морского дела, то, конечно, никто не обладал им более Нельсона, и он ставил его так же высоко, как Наполеон превозносил знание любых мелочей, связанных с благородным ремеслом солдата. Недурно поставить в пример эти высокие умы, чтобы пристыдить чванное презрение, какое ныне привыкли оказывать к главному достоинству человека - к достоинству его как специалиста.
Совершив плавания на Ямайку, к северному полюсу и в Индию, Нельсон на девятнадцатом году жизни мог держать экзамен в лейтенанты, и аттестат на право получить этот чин был выдан ему, когда он предъявил свидетельство о своем шестилетнем пребывания на море; доставил журналы военных судов "Каркасс", "Сигорс", "Дольфин", "Ворчестер" и аттестации капитанов Сакклинга, Лютвиджа, Фармера, Пигота и Робинсона и доказал, что умеет "брать рифы" и "делать сплесень". С этим патентом он мог еще долго прождать лейтенантского чина, но к счастью, его дядя, капитан Сакклинг, был сделан контролером флота, и легко выхлопотал своему племяннику чин, о котором многие мичманы английского флота вздыхают напрасно целую жизнь. Таким образом первый шаг был сделан, и обрадованный Нельсон писал в тот же день своему брату: "Наконец я лейтенант... Теперь от меня зависит продолжать мою карьеру, и надеюсь, я исполню это с честью для меня и для друзей моих".
В то же время Нельсон поступил на фрегат "Лоустофф", и отправляясь на Ямайку, получил в напутствие назидательные советы своего отца и наставления капитана Сакклинга. Последний напомнил ему, что военное судно должно всегда иметь реи выправленные и снасти обтянутые; что ни одна веревка не должна висеть снаружи; что к 8 часам утра койки должны быть связаны и уложены в сетки; что палубы и наружность судна нужно обмывать каждый день, матросское белье стирать два раза в неделю и что никогда не должно ни ставить, ни убирать парусов поодиночке, ибо ничто не дает судну такого характера вялости. Когда вспомнишь о счастливых последствиях этих, на первый взгляд, педантичных и лишних забот, благодаря которым так быстро достигнуты успехи в сохранении здоровья экипажей и в эволюциях эскадр, когда подумаешь об огромных флотах Франции и Испании, дважды в течение одной войны доведенных цингой до совершенного бессилия, то невольно перестанешь улыбаться, читая эти наставления, и спросишь себя: в море, как и всюду, не эти ли казалось бы малозначащие вещи имеют действительную важность?
Таковы были последние наставления капитана Сакклинга. Он умер вскоре после прибытия Нельсона на Ямайку; но последний не остался без покровителей. Командир фрегата "Лоустофф" очень полюбил его и упросил вице-адмирала Паркера, бывшего в то время главнокомандующим в этом море, взять Нельсона к себе на корабль "Бристоль". Никакое другое обстоятельство не могло быть более выгодно для возвышения молодого лейтенанта. Нездоровый климат Антильского моря беспрестанно освобождал на эскадре вакансии, и главнокомандующий мог по своему усмотрению заменять места выбывших офицеров. Посредством этих назначений, адмирал мог давать чины, соответствующие освободившимся вакансиям. Со временем это право было несколько ограничено, но в 1778 г. оно было в полной силе, и под небом Ямайки оно давало главнокомандующему возможность рассыпать очень большое количество милостей. Вскоре разгорелась война между Англией и Францией, и пришла на помощь Вест-Индскому климату. Капитан фрегата "Гинчинбурк", содействуя овладению одним французским фрегатом, был убит 2 июня 1779 г., и Нельсон, командовавший уже до этого бригом "Баджер", был, по расположению к нему адмирала, призван к этой новой должности, которой и обязан чином капитана корабля. Примечательно, что Нельсон, переходя с одного судна на другое, постоянно передавал свое место Коллингвуду, имя которого связано с именем Нельсона знаменитым военным братством. Коллингвуд заменил Нельсона на фрегате "Лоустофф" и на корабле "Бристоль"; ему же передал Нельсон командование бригом "Баджер" и позже фрегатом "Гинчинбурк". Казалось, судьба заблаговременно приготовляла этого соратника Нельсона быть преемником его при Трафальгаре.
![Полпред Назир Тюрякулов](/storage/book-covers/44/440c71166afe88166ed3155a673586c4abe214e5.jpg)
Многогранная дипломатическая деятельность Назира Тюрякулова — полпреда СССР в Королевстве Саудовская Аравия в 1928–1936 годах — оставалась долгие годы малоизвестной для широкой общественности. Книга доктора политических наук Т. А. Мансурова на основе богатого историко-документального материала раскрывает многие интересные факты борьбы Советского Союза за укрепление своих позиций на Аравийском полуострове в 20-30-е годы XX столетия и яркую роль в ней советского полпреда Тюрякулова — талантливого государственного деятеля, публициста и дипломата, вся жизнь которого была посвящена благородному служению своему народу. Автор на протяжении многих лет подробно изучал деятельность Назира Тюрякулова, используя документы Архива внешней политики РФ и других центральных архивов в Москве.
![Победоносцев. Русский Торквемада](/storage/book-covers/95/9579452c07f49a99e02db054d82c3c1f7b8b7ca2.jpg)
Константин Петрович Победоносцев — один из самых влиятельных чиновников в российской истории. Наставник двух царей и автор многих высочайших манифестов четверть века определял церковную политику и преследовал инаковерие, авторитетно высказывался о методах воспитания и способах ведения войны, давал рекомендации по поддержанию курса рубля и композиции художественных произведений. Занимая высокие посты, он ненавидел бюрократическую систему. Победоносцев имел мрачную репутацию душителя свободы, при этом к нему шел поток обращений не только единомышленников, но и оппонентов, убежденных в его бескорыстности и беспристрастии.
![Постышев](/storage/book-covers/56/5669232f728a792dc896446198e16d1da9f81179.jpg)
Из яркой плеяды рабочих-революционеров, руководителей ивановского большевистского подполья, вышло немало выдающихся деятелей Коммунистической партии и Советского государства. Среди них выделяется талантливый организатор масс, партийный пропагандист и публицист Павел Петрович Постышев. Жизненному пути и партийной деятельности его посвящена эта книга. Материал для нее щедро представила сама жизнь. Я наблюдал деятельность П. П. Постышева в Харькове и Киеве, имел возможность беседовать с ним. Личные наблюдения, мои записи прошлых лет, воспоминания современников, а также документы архивов Харькова, Киева, Иванова, Хабаровска, Иркутска воссоздавали облик человека неиссякаемой энергии, стойкого ленинца, призвание которого нести радость людям. Для передачи событий и настроений периода первых двух пятилеток я избрал форму дневника современника.
![Что память сохранила. Воспоминания](/storage/book-covers/65/65ab893f4f8dc3db2eafb918352227fb2e7d7d11.jpg)
В книге воспоминаний заслуженного деятеля науки РФ, почетного профессора СПбГУ Л. И. Селезнева рассказывается о его довоенном и блокадном детстве, первой любви, дипломатической работе и службе в университете. За кратким повествованием, в котором отражены наиболее яркие страницы личной жизни, ощутимо дыхание целой страны, ее забот при Сталине, Хрущеве, Брежневе… Книга адресована широкому кругу читателей.
![Лу Саломе](/storage/book-covers/4a/4ac73f40527f9cd2a79c0d29e7302a5b5776d64a.jpg)
Книга посвящена жизни и творчеству российской соотечественницы Луизы Андреас-Саломе (Лу Саломе), выдающегося деятеля культурной жизни Европы конца 19-го и начала 20-го века — философа, писателя, эссеиста, психоаналитика, врача-психотерапевта. Лу Саломе родилась в России, в Санкт-Петербурге. Отец — русский дворянин, генерал, тайный советник. В 19 лет она поступила в Цюрихский университет, так как в России женщин в университеты не принимали. Продолжала образование в Риме. Круг её интересов широк, а работоспособность феноменальна.